Битва за Балтику - Владимир Шигин

– Хорошо поют, – расплылся в улыбке Мусин-Пушкин. – И все ведь главное верно! Только вот насчет красавца, возможно, загнули немного. Ноне я уже не тот, что был раньше, хотя и счас, известное дело, орел! А ведь как поют! Аж за душу берет и, главное ведь, все верно!

Солдаты допели приказанную им песню до конца, и теперь с улицы до генеральских ушей доносился лишь дружный топот сапог.

* * *

Затем Мусин-Пушкин отважился перейти в наступление. 31 мая отряд генерал-поручика Михельсона атаковал у деревни Кири неприятельское укрепление, которое защищала тысяча шведов. На плечах неприятеля наши ворвались в Кири. Михельсон захватил две пушки. Развивая наступление, он занял городок Христину.

Теперь на очереди был городок Санкт-Михель, где находились главные шведские магазины.

Авангард, пройдя двенадцать верст, оттеснил неприятельские разъезды и приблизился к переправе у Санкт-Михеля, при деревне Парасальми. Шведы, получив известие о наступлении Михельсона, заранее стянули к Санкт-Михелю все войска и заняли переправу, которая и так была трудна. Дорога на Санкт-Михель проходила по узкому перешейку между озерами, в конце которого шведы поставили сразу две батареи. Попробуй пробейся!

Вечером 1 июня наш авангард, приблизившись к переправе, занял высоту против этих батарей. На следующее утро подошли главные силы. На высотах поставили пушки. Уверенный в успехе после победы при Киро, Михельсон не обратил внимания на трудность переправы, не произвел даже рекогносцировки местности и, не ожидая подхода двух батальонов лейб-гренадер, решил атаковать шведов в лоб.

Поначалу огонь наших пушек заставил шведские батареи замолчать, отошла с перешейка и шведская пехота. Затем наши войска, выстроенные в одну колонну и имея во главе батальон лейб-гренадерского полка, двинулись в атаку. С собой лейб-гренадеры тащили бревна для устройства моста через пролив. Несмотря на сильный ружейный огонь, колонна безостановочно прошла через перешеек и подошла к разобранному мосту. Лейб-гренадеры набросили на мост перекладины и бревна и начали переправляться через пролив. В этот момент шведы, получив подкрепление из Санкт-Михеля, снова начали палить из пушек, а подошедшая пехота, заняв господствующие высоты начала с флангов расстреливать гренадер на выбор.

Атака захлебнулась. Сбившиеся в кучу на узком перешейке и осыпаемые градом пуль, гвардейцы несли большие потери. Проклиная все на свете, Михельсон отдал приказание об отступлении.

Потеряв более половины батальона, лейб-гренадеры начали медленно отходить по перешейку, неся с собою всех раненых. Последним, со шпагой в руке, в полный рост шел по перешейку командир батальона секунд-майор Сазонов. Откатившись, наши выстроили фронт перед своей батареей и приготовились к встрече неприятеля, но тот атаковать не решился. Простояв до вечера у Парасальмской переправы, Михельсон решил дождаться прибытия подкреплений и отступил со всем отрядом к Кристине на соединение с двумя батальонами лейб-гренадерского полка.

Получив подкрепление, генерал-поручик Михельсон 7 июня на рассвете снова начал наступление на Парасальми. На сей раз он действовал предусмотрительнее и выслал егерский батальон и сотню казаков для обхода правого фланга неприятеля. А сам с главными силами налегке двинулся к переправе. Все обозы были оставлены позади. Для новой атаки батареи и ретраншамента был назначен сводный батальон гренадер с четырьмя пушками, который занял позицию на вершинах против переправы. Десять рот лейб-гренадер под началом генерал-майора Берхмана шли за колонной, назначенной для штурма шведских батарей. Резерв составил сводный гренадерский батальон. Приблизившись к неприятелю на пушечный выстрел, генерал Михельсон сейчас же приступил к постройке батарей на высоте, против переправы. Шведы встретили наступление русских войск сильным огнем, но наступившая ночь прекратила стрельбу.

К рассвету следующего для батареи были готовы, и наша артиллерия открыла огонь. В это же время пришло донесение, что егерский батальон, высланный для обхода правого фланга неприятеля, потерпел неудачу и отступает. На подкрепление егерей Михельсон немедленно выслал генерала Берхмана с его десятью ротами и тремя пушками.

Общими силами гренадеры и егеря перешли в контратаку и штыками выбили шведов из деревушки Тукала. Одновременно остальные семь рот лейб-гренадерского полка снова пошли в лобовую атаку. Впереди атакующих шел генерал Берхман. Несмотря на сильный ружейный огонь шведов, гренадеры деревню Никуренин взяли и обратили неприятеля в бегство. Озлобленные первым неудачным штурмом Парасальмской переправы, гвардейцы яростью преследовали бегущих и многих перекололи штыками. Для преследования убегавших к Санкт-Михелю шведов Берхман выслал казаков и секунд-майора Готовцева с тремя ротами гренадер.

Видя успешное наступление, Михельсон вызвал резерв и направил его для атаки переправы. Но это было уже излишне, шведы повсеместно бежали.

У Санкт-Михеля они заняли новую позицию позади испорченного моста и хотели было задержать наше наступление, но налетели казаки, а за ними набежали и гренадеры. Шведы побежали дальше. Оставляя Санкт-Михель, они зажгли город и взорвали пороховой погреб.

– Вот уж гады, так гады! – сокрушались наши солдаты. – Ни себе, ни людям!

Впрочем, заняв Санкт-Михель, русские войска нашли в нем большие продовольственные магазины – и солдаты сразу повеселели.

Граф Мусин-Пушкин, донося Екатерине Второй о взятии Санкт-Михеля, особо отмечал заслуги генерал-майopa Берхмана, «который, поступая храбро и расторопно, отбил неприятельский отряд, высланный на наших егерей, и скорым своим приближением привел в замешательство правый фланг неприятеля». Свое донесение главнокомандующий заканчивал представлением двух захваченных знамен и штандарта. Реляцию о победе и знамена повез герой сражения секунд-майором Сазонов.