Тесселис - Антон Чернов

— Ну что драк нет — наверное, и к лучшему, мастер?

— Наверное-наверное… Дальше, мы, Фиктор, не можем взять приличный заказ, — продолжил мастер. — Два корабля, склады товарами переполнены — специально проверяли! — а заказа не дают и товары нам не продают.

— Что, вообще?! — изумился я.

Потому что “заказ” на доставку… ну ладно, могут и не дать. Это вещь добровольная, а может, местным вид Сумбонта не понравился. Или как капитан на них посмотрел: это мы, на Британике, к сидхам привыкшие и на их взгляды свысока реагируем как на свойство. А не слишком с сидхами знакомые могут и обидеться… Хотя глупость, конечно. Но, предположим, нет заказов из глупости. Не знаю я ничего, что такому препятствует, так что предположим. Но вот чтобы не было возможности на торговом Номе товары КУПИТЬ… Что-то очень странное и непонятное. Я, конечно, не великий знаток нравов, обычаев и традиций, но это невыгодно, так ни один торговец не поступит!

— Да не “вообще”, парень. Пихают нам металл, живую рыбу, зерно, — хмыкнул мастер.

— Зерно? С каменистого острова?! — буквально вскричал я.

— Вот у нас, считай, такая же реакция. Продают товары объёмистые, недорогие и тяжёлые. А дорогие и малые — просто отказываются. Отговариваются контрактами, но врут парень, как пить дать врут, — задумчиво подытожил мастер.

— Это… кажется, я догадываюсь. Но что делать, мастер? — передёрнулся я после обдумывания.

Потому что такая “торговая политика” местных была ОЧЕНЬ однозначной и понятной. Если подумать со стороны. И мои неприятности с Кеалой и её семейкой и мистическим судьёй на этом фоне выглядят… Да чуть ли не как спасение, с определённой точки зрения. Не моей — мне этот вариант противен и неприемлем, но вот если смотреть вообще…

— Что делать, что делать, — передразнил меня мастер. — Нам — работать и поддерживать Котельную в идеальном состоянии, парень! Турбины у нас новые, да и… В общем, может, и ерунда всё это, — махнул он рукой с таким выражением лица, что видно было — ни цмыга он сам не верит, что это “ерунда”.

Ещё бы знать, кто этот такой “цмыг”. Потому что стучак — тварь известная, зловредная, описанная неоднократно. Брауни, из скальной крысы выведшийся, в подземельях вредящий и опасный. А вот цмыг — только от мастера и слышал. Надо бы как-нибудь уточнить, но не сейчас, прикинул я, поскольку мастер возился с машинами и хмуро сопел.

Впрочем, мне, механику Фиктору Хумануму, только и остаётся, по словам мастера, “работать и поддерживать Котельную в идеальном состоянии”. Потому что больше ничего и не сделаешь толком. На берег мастер больше не сходил, да и смен команды капитан не отпускал. Три дня поискал товары и, как он очень ядовито озвучил, “соблюдение несуществующих контрактов торговцами на Латиотти стало неукоснительным правилом”. Зерно и железо-сырец Вагус Сумбонт покупать не стал — как я понял, выгода с такого “товара” была столь мизерной, что даже не смешно. А перед самым отлётом некий “бригадир” прибыл к Сумбонту и предложил заказ по доставке… полусотни рабочих. Эти “рабочие”, пребывающие на плоту, имели вид столь разбойный, а взгляды столь жадные и хищные, что даже младенец не усомнился бы, в какой сфере “трудятся” эти “работные люди”.

Заказ, как понятно, был отвергнут. А на следующее утро Вагус Сумбон поднялся в воздух, ложась на курс к границе Нома и следующей точке маршрута. И ожидания от ближайшего будущего были не оптимистичные.

Преодолели грань Нома, я с облегчением вздохнул, прекратив “беготню на Грани”, и тут…

— Началось, парень, — смотря расфокусированными глазами в никуда мастер Креп. — Всё же хотят нас ограбить.

— Это неприятно, но ожидаемо, мастер.

И, раз уж уже всё случилось, решил я уточнить пару моментов. Раньше я о них не спрашивал, опасаясь “накликать”. Нет, я, конечно, механик. А примета — мистика, часто не работающая. Но “часто” — не значит, что не работающая вообще. Работали они, мистическим образом, логике и анализу с трудом поддаваясь. Так что я вслух вопрос не поднимал, да и думать особо не думал, в расчёте что “минует”. Но — не “пронесло”, как выражалась искусственная память, а значит и препятствий для удовлетворения любопытства нет.

— А почему на нас на острове не напали? — задал я естественный вопрос.

— Минимум две причины. Механическая и мистическая, парень, — невесело усмехнулся Креп.

— Механическая — видимо, лишние свидетели. Всех не заткнёшь, да и не думаю, что всё население острова — головорезы, — произнёс я.

— Думаешь слишком лестно для местных. Но в целом — “да”, не все. И вряд ли о пиратстве многие из простых жителей знают, — признал мастер.

— А мистическая причина в чём, мастер?

— Да лоа их цмыговы, — хмыкнул мастер. — Помимо того, что на острове я и Киру сможем устроить много весёлого, а Сумбонт Кузьмич прикроет, есть понятие “гостеприимство”. А мистические духи живут по мистическим законам. Не все, не всегда, по разным законам. Но долг хозяина перед гостем и гостя перед хозяином у большинства — Закон.

— И взбунтовались бы против местных магеров при злодействе?

— Взбунтовались — вряд ли. Но слушать бы многие перестали, а часть этих лоа откровенно вредить бы местным стали. Много неприятностей, толку мало. Потому нас тут этот ублюдок…хм, ублюдки и поджидают.

Дело в том, что мистическое окно было уже проявлено в Котельной без лишних слов. И если один из наших “соседушек” по стоянке Воздушных Кораблей ожидал нас в центре морского Нома и был виден, то вот второй — только что прорвал Грань Нома, вслед за нами.

— Загоняют, скорее, мастер, — выпалил я.

— Наблюдательный ты парень, сил нет, — проворчал цверг. — Ладно, сами виноваты, — не прекращая возни с машинерией, уставился он на мистическое окно.

И, в общем, правильно сказал: догоняющий вышел в пространство Нома точно по корме Вагус Сумбонта, где располагалась основная артиллерия Воздушного Корабля. А сам — только-только вышел, работа Очага Была нестабильной, в общем — небоеспособен. Единственное, что у меня вызывало сомнения — а порядочно ли стрелять первыми?

Впрочем, капитан и канониры Вагус Сумбонта подобными сомнениями не терзались. Не успел мастер Креп договорить, как от мистического огня послышался негромкий, я бы сказал — скучающий голос Киру Квалема:

— Огонь, — произнёс сидх.

И пиковые скачки части машин, вибрация