Подземный мир - Вольфганг Хольбайн

Реакция его немного запоздала. Вольф оказался сзади, и Михаэль ничего не успел сообразить, как грубый толчок загнал его в машину. Одновременно сильные руки схватили его изнутри, Михаэль вскрикнул и попытался вырваться, но все произошло очень быстро. Дверца закрылась, чья-то сильная ладонь зажала ему рот, и в следующее мгновение Вольф уселся на среднее сиденье «мерседеса». Раздался металлический щелчок, мотор завёлся, и машина рванула с места.

Михаэль в отчаянном усилии вырвался из цепких лап схватился за ручку двери, но она не шелохнулась. Он понял, что значил металлический щелчок: все двери были заблокированы.

- Успокойся, мальчик, - сказал Вольф почти ласково. - Признаюсь, ты храбро защищался, но теперь уже поздно. Не усложняй нам всем жизнь, это тебе не поможет.

Михаэль посмотрел ему в лицо, потам медленно перевёл взгляд вправо. Рядом с ним сидел черноволосый, чернобородый великан в накидке из чёрной шкуры.

- Анзон... - непонимающе прошептал Михаэль. Секунду он посидел, потом в ужасе вскрикнул и снова принялся истерично дёргать заблокированную дверцу, пока Анзон грубо не схватил его за руки.

- Не делай ему больно, - сказал Вольф.

И только теперь Михаэль понял. Он все понял ещё до того, как Анзон отпустил его руки, покорно склонил голову и, повернувшись к Вольфу, сказал:

- Слушаюсь, мой господин.

Глава восьмая

ИСПЫТАНИЕ

Как и сказала Лиза, на обед пришли Эрлик и седой чародей Марлик, действительно оказавшийся братом Эрлика, - в Подземье все люди состояли друг с другом в большем или меньшем родстве. Но явились они не столько ради обеда, мастерски приготовленного матерью Лизы, сколько для того, чтобы засыпать Михаэля вопросами. Братья были так же доброжелательны и предупредительны, как и на совете, но при этом твёрды и непреклонны. Вскоре Михаэль перестал удивляться - и втайне сердиться – их докучливым вопросам. Они хотели знать не только о том, каков верхний мир, кто им правит, кто что делает, кто распоряжается и кто подчиняется. Их интересовали и всевозможные мелочи, и подробности повседневной жизни: например, в каких отношениях он и его родители с соседями, как они обращаются друг с другом, как принимают чужих и так далее. Через некоторое время Михаэлю бросилось в глаза, что в беседе участвует только он, Эрлик и его брат, хотя за столом сидели также Вольф и семья Лизы. Все внимательно слушали, но король Подземья обращался в основном к Михаэлю. Он не мог бы сказать, почему это было так, но из некоторых косвенных замечаний понял, что с Вольфом у них уже состоялась продолжительная беседа.

Вскоре этот допрос утомил его. Он начал путаться, перестал понимать вопросы и даже впадал в противоречия - к очевидному удовлетворению Эрлика. Михаэль обрадовался, когда король наконец объявил, что на сегодня достаточно. Он подчеркнул: «на сегодня».

Эрлик и его брат встали из-за стола и простились с семьёй Лизы, но когда они уходили, Михаэль спросил:

- Что с нами теперь будет? |

В первый момент этот вопрос, казалось, смутил короля, в затем ой улыбнулся:

- Ах да, я чуть не забыл. Я уже сказал это твоему другу - Он указал на Вольфа. - Вы можете передвигаться свободно, за исключением некоторых мест, которые вам укажет охрана. Но в ваших интересах пока не покидать пределов города. Во всяком случае, без сопровождения. Наш мир хоть и меньше и проще вашего, но и в нём есть опасности.

Михаэль был ошеломлён:

- Передвигаться свободно? Значит, мы больше не под арестом?

- Да, - ответил Эрлик с улыбкой. - Зачем же нам держать вас под арестом? Я не верю, что вы те, за кого вас принимает Анзон. Да и не верил никогда. Уже не говоря о том, что вам все равно не выйти из Подземья, даже если вы и захотите.

- Но вам не надо даже пытаться, -| добавил Марлик немного серьёзнее брата. - Не стану скрывать от вас, что Анзон не согласен с нашим решением. Но вы его уже знаете. Лучше не давать ему повода подстрекать против вас народ. - Он скользнул взглядом по лицу Лизы, будто задавая ей безмолвный вопрос, и, получив такой же 6езмолвный ответ, снова обратился к Михаэлю: - Мне кажется, вы с Лизой хорошо понимаете друг друга. Почему бы ей не поводить тебя по нашему городу, не показать тебе его?

- Я с удовольствием. - Лиза просияла.

Михаэль все ещё сомневался; правильно ли он понял чародея.

- И я могу... ходить по городу, куда захочу?

Марлик тихо засмеялся:

- Да. Но, как я уже сказал, лучше не делай того, что может быть запрещено. В случае сомнений спроси Лизу.

- А как же люди, которые хотели нас вчера повесить на городской башне? - вмешался Вольф.

По лицу Эрлика пробежала тень.

- Я понимаю твою обиду, - сказал он. - Но она несправедлива. Они были возбуждены речами Анзона. Не бойтесь, вам ничего не будет. Мы уже оповестили всех, что вы под нашей защитой, и никто не посмеет нарушить приказ. Пришельцы для нас друзья - до тех пор, пока не обнаружат свою враждебность к нам. Гостеприимство считается у нас высшей добродетелью. У вас разве не так?

- Не всегда... – помедлив, ответил Вольф, - Но ты прав: так должно быть. Извини нас за этот вопрос.

Марлик улыбнулся Вольфу, но в глазах его промелькнуло нечто такое, что заставило Михаэля содрогнуться. Этого холода не было во взгляде Марлика, когда он говорил с Михаэлем. И Михаэль невольно задумался, о чем же король и чародей говорили перед этим с Вольфом.

Оба повелителя Подземья удалились, и через минуту откланялся Вольф, поднявшись в свою комнату. Во время обеда он не обменялся с Михаэлем ни словом, только бросал на него завистливые взгляды. Михаэль вспомнил о том холодном отчуждении, с которым Марлик смотрел на Вольфа, и связал непривычную молчаливость Вольфа с их беседой. Видимо, эта беседа правителей с Вольфом протекала не так дружелюбно, как с Михаэлем. Но, с другой стороны, Михаэль был рад, что избавлен от необходимости выслушивать вдохновенные тирады писателя об их фантастическом открытии.

Мать Лизы принялась убирать