Драма в Тихом океане - Лариса Шкатула

Трудно спорить с тем, на виду у которого происходили все предшествующие события. Любой скажет, ему виднее. А Насте только и остаётся, как заниматься своими прямыми обязанностями и регулярно посещать камбуз с философствующим коком.

Анастасия поставила в холодильник пробы и села за стол, оглянувшись.

– А где все?

– До прихода в порт совсем ничего осталось, потому дел у каждого выше крыши.

– Антон, а вы со мной не поедите?

– Почему бы нет? – сказал самому себе кок и сбросил на разделочный стол свой безупречный фартук. – В самом деле, вместо почти семейного завтрака, я обошёлся бы хватанием на ходу. Нам с вами на мостике не стоять!

Он подал в окошко на камбузе поднос с едой и, садясь за стол, поставил на него небольшой графинчик с янтарной жидкостью.

– Коньяк. Мне один парнишка подарил. Армянин. Как ни смешно, из кулинарного техникума. На судне практику проходил. Надо Машу помянуть. Теперь, когда точно известно, что она убита.

– Вам кто рассказал?

– Олег. Мы ведь с ним не то, чтобы друзья, но дальние родственники. Он – двоюродный брат моей жены. Тесен мир…

– Ой ли? – нарочито покашлял собравшийся уходить Верещагин.

– Ладно, уже и приврать не дашь. Ну, хорошо, Олег взял меня к себе на судно без испытательного срока.Как вы говорите, сухопутную крысу… А что, у меня плохие характеристики или недостаточно профессионализма?

– Чего ты вскинулся? – примиряющее обронил старпом. – Уже и пошутить нельзя… Ну, я пошёл. Смотрите тут, без присмотра не напивайтесь!

Он подмигнул Анастасии и удалился.

Антон чуть виновато взглянул на неё.

– А что, я своим знакомством не злоупотребляю. Иной раз посидим с ним, почаевничаем. Он заранее звонит, просит: посиди, я зайду к тебе, Антоша, а то совсем на душе хреново. Он и в самом деле человек не шибко счастливый, так что ты, Настя, не злись на него. Мужику иной раз хочется отдушины.

– А чем Валерия не отдушина? – всё равно стала заводиться Анастасия.

– Злая она. Красивая, но злая, а такие женщины душе покоя не дают… Ты, наверное, думаешь, что он – трус? Так нет. Просто у него нервы на пределе. Скандалами запуган. Мужчины все этого бояться, а Олегу досталось больше других. Он хоть дома и недолго бывает, а всё же впечатлений хватает. У них дома медсестра живёт, так она с Лилией и управляется. Чтоб вовремя поела, чтоб никуда не сбежала.

– Выходит, наш капитан – сэр Рочестер.

– Имеешь в виду Джейн Эйр? – проявил осведомленность кок. – Можно сказать, и так.

– И всё-таки ему для Рочестера кое-чего не хватает, – продолжала упорствовать Анастасия.

– Все люди разные, – философски проговорил кок.

Но она хороша! Всё Демидова с кем-нибудь сравнивает. То с актером, то с английским аристократом. Злится, что не смогла с ним быть? А если бы смогла, то наверняка бы не смогла! Вот ведь какая фраза у не выстроилась!

Она отпила и в самом деле отличный коньяк, закусила лимоном.

– А вот с Анатолием мы дружили, – продолжал откровенничать кок. – И скажу тебе, он тоже не из счастливых. Поздняя любовь в его возрасте часто до добра не доводит.

– Так и не довела.

– Да, – вздохнул он, – я и думать не думал, что так всё закрутится… А ты не считаешь, что он мог… ну, что у него с головой не все в порядке? Понимаешь, я тут на досуге прикинул… что-то к носу: Анатолий ведь в своё время боксом занимался. Ну, а у них сотрясения мозга – не редкость. Может, теперь это и дало себя знать?

– Я то же самое предположила. Только ведь это всего лишь наши домыслы. Нужна серьезная экспертиза.

– Да, хуже нет: в море, у берегов чужой страны…

– Кто знает, может это для него и лучше. У нас закон иногда такие коленца выделывает!

– Есть у него проблемы с головой, нет, а в любом случае Анатолию сейчас не позавидуешь. Убить своими рукамиженщину, которую он любил больше жизни.

– Получается, что и обошлась ему эта любовь в немыслимую цену. Как раз размером в жизнь. Что ему теперь предстоит? Тюрьма? Здесь ли, на родине, какая разница. Только худшим тюремщиком Анатолию, чем он сам, вряд ли кто будет. Пропал моряк!

– Пропа-ал! – эхом повторил кок.

– Послушай, – Анастасия продолжала осторожные расспросы, – если вы были друзьями, то тебе как никому должно быть известно, как Щербонос к этому пришёл?

Антон Захарович без тоста выпил налитый в обе рюмки коньяк.

– Да она торчала у него в мозгу как заноза! Он ведь только о ней и думал!

– Говорили, он свою жену избивал…

– Так уж и избивал. Но пару раз действительно поднимал руку. Скорее, от отчаяния.

– Потому, что не мог её бросить?

– Просто этого от него никто и не требовал… Ну, как бы это объяснить? Маша от него такого вовсе не ждала. Представляешь, когда собираешься у ног женщины целый мир положить, а ей ничего этого не нужно!

– Тебе его жалко?

– Жалко. Давай выпьем за него.

– За убийцу? Не хочу!

– Настя, ты жестокая.

– А тебе уже хватит.

– Но ведь я же не за рулем. Или ты считаешь, что я могу ингредиенты перепутать: ну, там сахар с солью, а корицу с перцем? Всё равно от этого никто не умрёт.

Он тяжело вздохнул. Зря Анастасия его подкалывала. Глаза у кока были совершенно трезвые. Скорее всего, алкоголь его не брал, хотя ему этого явно хотелось.

– Кого мне в этой ситуации жалко, так это его жену, – заговорила Анастасия после того, как они помолчали. – Одной, с тремя детьми.

– Да, Татьяне трудно придётся. Не материально, нет. У них собственный продовольственный магазинчик. На бойком месте. Доход неплохой приносит…

– А она на Анатолия любит?

– Любит. Потому и детей нарожала, думала его этим удержать. Чувствовала, что он от неё уходит. Ну, в смысле, что ей уже не принадлежит… Младшему-то всего полгодика…

– А ты свою жену любишь?

Кок взглянул на Анастасию с усмешкой.

– Здравствуйте! С чего начала и чем закончила.

– Подумаешь, что здесь такого?

Ну и её понемногу коньяк расслабил, вот и болтает всё, что на ум приходит.

– По крайней мере, я бы из-за другой женщины свою жизнь ломать не стал. Мы с женой в прошлом году серебряную свадьбу отмечали. Так что, особые страсти-мордасти нам не грозят.

– Зарекалась коза капусту не есть!

Она посмотрела в его сердитые глаза и проговорила.

– Не ерепенься. Это я так, тебя подначиваю… Просто хочется понять, почему одни мужчины в мир страстей окунаются, а другие так до конца жизни и не знают, что такое роковая страсть?