Забавы волшебников - Игорь Евгеньевич Кулаков

знает медицину. Я так понимаю… — эльф улыбнулся — дружинник к какой-то из них неравнодушен. Очень переживал, что не смог им правильно объяснить, зачем они идут сюда. Про еду и про какой-то предмет редкий рассказывал. Я толком не понял, о чем он говорит. Думаю, что сам Вам всё расскажет.

— Арнон, спасибо тебе за подробную информацию. Будь она доставлена чуть раньше, возможно это как-то смогло бы повлиять на наш утренний разговор. Пока ничего серьезного не произошло, но впредь докладывай мне сразу. Да, чуть не забыл… Девушек я поселил у себя в замке. Предупреди всех до единого в отряде, чтобы относились к ним хорошо, не обижали. Надеюсь, ты меня понял? Они наши гостьи, окажите им соответствующий прием и уважение.

— Понял. Обязательно выполню. А если они захотят покинуть расположение отряда?

— Пусть покидают. Я их не ограничиваю. Во время разговора я им об этом прямо сказал. Они не пленники, они наши гостьи! Запомни и донеси это до эльфов. А если уйдут, доложишь мне незамедлительно! Надеюсь мы поняли друг друга! Еще раз акцентирую, незамедлительно! Но думаю, что такого не будет, они явно ждут ответов и на… свои вопросы.

— Я Вас понял. Виноват в том, что произошло ранее! Больше такого не повторится. Обо всем, буду информировать своевременно.

— Рад.

Тут маг отметил ещё кое-что для себя — хоть Арнон позволил себе определять важность новостей, он довольно таки наблюдательный и не зря я в своё время нанял именно эльфов. Информация о девушках сходится. И даже про медицину, странно-обрывочное знание латыни и симпатию Радонида к какой-то из девиц подметил… знаю я уже всё, так и есть. Кто будет следующий? А поговорю как я с Радонидом… молодой человек с девушками общался больше и в менее формальной обстановке… Заодно и узнаю у него о странном предмете, если сам не обмолвится.

— Арнон, пригласи ко мне в эту комнату Радонида. Хотелось бы с ним пообщаться лично.

— Да, сейчас все будет сделано!

* * *

— Как-то на эмоциях я совершенно не рассмотрела комнату.

— Да и не удивительно. Мы за последнее время столько мест сменили… Хотя в этой мне кажется как-то понадежней. Вон какие двери дубовые.

— Ага. И в окно никто не залезет. Смотри как мы высоко.

— Смотри, что нам передали. Какая сумка большая. Мы с собой в дорогу взяли, наверно, меньше, — Юлия стала рассматривать вещи. — Ооо, знакомые платьица. А это видимо что-то потеплей. Ткань какая-то непонятная. Из чего это?

— Они нас сюда навсегда определили что-ли? У меня нет слов!

— Да ладно тебе. Ирия тоже ведь не могла знать, насколько мы сюда идем. Позаботилась о нас. Радуйся, что тебе есть, что надеть, и есть люди, которым ты не безразлична. Другие даже под крышу своего дома не пустили бы, оставили тебя там на площади и иди куда хочешь. А эти приютили, накормили, одежду дали и отправили к Леотиру не одних, а с охраной.

— Да не убеждай. Я все прекрасно понимаю, просто неприятно как-то. Вся эта семейка… Я думаю, что также легко и радостно общаться, как раньше, я уже не смогу. Нас в аптеке учили мысленно ставить блок, когда не хочешь общаться с нежелательными для тебя людьми. И если хоть раз меня кто-то обижал, я не могла потом с этим человеком спокойно разговаривать. Старалась практически молча отпустить лекарство, которое просит и побыстрей отправить, несмотря на улыбки и добрые взгляды. Так и тут.

— Да-да… Помню я твои «успехи в психологии» пару дней назад… и вообще — это лженаука. Ладно, со своими блоками и комплексами разбирайся сама, девочка взрослая, ты мне лучше вот что скажи, как обстоят дела с дневником?

— Ааа, я же про него со всеми этими событиями забыла! — запереживала Татьяна, — Точно! Вылетело совсем из головы. Надо обязательно записать всё с момента, как мы на пляже сидели вечером, как собирались, шли… все-все-все. Только сейчас, совершенно на других эмоциях, возможно и повествование будет другое, более осмысленное без «розовых очков».

— Зря. Надеюсь ты не поменяешь предыдущие записи?

— Нет. Пусть останется для истории. Надо еще записать, как в отряде приняли и разговор с Леотиром.

— Обязательно, и спрашивай, я все хорошо помню. Не забудь указать про дорогу, которая похожа на ту, что в нашем мире ведёт к Солох-Аулу. Вообще, похоже, наши слова про параллельный мир оказались пророческими. Кстати, я за твоей спиной пока шла, фотки сделала.

— Отличное замечание. Я бы это упустила. Как мы шли и прятались. А фотки пусть у тебя побудут. Надеюсь, мы в наш мир вернёмся. Наши записи и фото принесут нам миллиарды!

— Как бы за них не прикопали уже у нас, когда поймут, что мы не врём.

— Там видно будет.

— Тань, просто сделай заметку, что это у меня на смартфоне.

— Ага. Вот насчет фоток, это ты здорово напомнила. Здесь из окна можно будет поснимать и никто не заметит. Виды сама понимаешь какие. И отряд, и эльфов…

— Да. И пока солнечно, можно раскинуть зарядное устройство. Не думаю, что Леотир именно сейчас придет, он явно тоже осмысливает происходящее…

— Ой, да задвинем шторой наш агрегат на окне и не заметит.

— Да, главное самим не забыть и случайно не выронить. Давай тогда прикроем створки.

— Да прикрой. И все, пока не отвлекай… Я пишу. — Татьяна приставила палец к губам, изображая «тихо!».

— Ой, важная писательница, «блоггерша с миллионом подписчиков»! Не отвлекаю, у меня тоже есть о чем подумать. Пиши свои ценные путевые заметки.

Пока Татьяна в подробностях описывала прожитые дни в «новом мире», её подруга размышляла над тем, как дальше строить разговор с Леотиром.

Надо аккуратно выдавать информацию, чтобы опять не взболтнуть что-то лишнее. Ведь он точно будет задавать свой вопрос — «Где это у вас?». Как ему объяснить, это «у нас». С чего