Хуже всех (сборник) - Сергей Литовкин

Надо сказать, что я, чуть было, не добрался до этого заманчивого карьерного уровня, но к моменту достижения мною соответствующего ранга, вся государственная система стала сбоить и выстраданные ранее соответствия руководящих задниц и транспортных средств нарушились и перепутались. Оно, может, и к лучшему. Ведь привычка к дармовщине портит людей с гарантированной неизбежностью.

Одновременно произошли некоторые государственно-финансовые диверсии с вбросом в страну массы подержанных иномарок. В результате, – отечественные авто так упали в цене, что мне удалось приобрести у сослуживца не сильно заезженный «Запороже» почти даром, не выходя из генштабовской курилки второго этажа с видом на задворки кинотеатра «Художественный».

После обретения «Запорожца» я пустился во все тяжкие и решился взять на довольствие собаку в виде черного щеночка – ризена, которого мне искусно навязала соседка по даче из многочисленного выводка своей суки.

Для полного счастья оставалось только уйти в запас, что я сделал, воспользовавшись очередным ухудшением состояния здоровья. А у кого оно не ухудшится после тридцатилетней военной службы и ежедневного наблюдения за буйным развалом того, чему эти годы посвятил.

Теперь у меня появилось время на освоение автомобиля и воспитание маленькой Данаи. Для того, чтобы надолго не расставаться с ней я даже снял переднее правое сиденье и оборудовал там лежачье-собачье место. Все было бы хорошо, но «Запорже» ломался почти при каждом выезде, а на дороге мою машину никто транспортным средством не считал, игнорируя попытки перестроиться или выйти на поворот. Данка тоже вела себя слишком самостоятельно и слабо реагировала на команды. Ори, не ори, – толку чуть…

Я обложился книжками по устройству и ремонту автотехники, правилам вождения, воспитанию собак и начал их штудировать, проверяя на практике рекомендации. И если мне, все таки, удалось добиться от хитрой украинской колесницы безаварийного пробега в пару сотен километров, то с уважением на дороге и дрессировкой собаки успехи были намного скромнее.

Так бы все и продолжалось, не попадись мне случайно по телевизору иностранная передача о собачьем воспитании. То, что там говорилось, я уже где-то слышал, но только после рассказа именно этого дрессировщика с этим переводчиком до меня дошло самое главное.

А главное, вот что:

– Собака это животное стайное, и подчиняется только вожаку.

– Если нигде поблизости вожак не просматривается, то собака сама считает себя вожаком и никому не подчиняется, требуя подчинения себе окружающих.

– Вожак отличается тем, что никого не пускает впереди себя, первым берет пищу и не стесняется дать по морде любому члену стаи.

Даже единственный практический эксперимент с Данкой, получившей по морде при попытке залезть первой в машину, триумфально подтвердил теорию. Собака стала шелковой и перестала корчить из себя вожака. Выполнение ею команд «Сидеть!», «Лежать!», «Ко мне!» и пр. уже не вызывало нареканий. Только не пускать собаку впереди себя – и вся премудрость.

Теперь и в поведении на наших дорогах большинства водителей я обнаружил много общего с Данкиными закидонами.

Стало понятно, что все эти участники движения, от владельцев «копеек», до водителей «мерсов» и прочих «буммеров» чувствуют себя вожаками каких-то виртуальных стай железных коней. Они главные и никого вперед себя не пропустят, особенно какого-то «запора», стеснительно мигающего поворотниками. Хрен ему! Вожак никого не пропустит.

Что делать? Хоть это и некоторое нарушение человеческих ПДД, но способ маневров среди вожаков только один:

– лезешь наперерез в самый узкий прогал и включаешь поворотники и фары только в самый последний момент, когда уже почти закончил перестроение. Тогда ты вожаки на всех…..

Они, вожаки, это и делают. Такая, вот, психология у них. Собачья.

Сам я, хоть и понял правила дороги, очень редко так поступаю. Только по крайней необходимости. И, к радости своей, начал замечать на улицах нормальных людей-водителей, а не вожаков, которые и сами дорогу уступят (Спасибо, дорогой!) и при перестроении не нахамят. Их пока мало. Им трудно. Но они уже есть….

С большим удовольствием вспоминаю это время исполнения желаний.

У меня потом было много всяких автомобилей, но никогда более не ощущалось той стремительности и пронзительности полета, как тогда на «Запорожце» по загородной дороге в град и ливень, на страшной скорости 40 километров в час. Под испуганное повизгивание Данки, пытающейся запрыгнуть ко мне на колени при каждом ударе грома. С отрывом передних колес машины от трассы на каждом бугорке…

Полетели!