Марвел: Спектр - borbos

К любым представителям правительства у Криса было не самое радужное отношение.

Во-первых, он вырос в самых-самых низах американского гетто, полного «бандитских» понятий и различных стереотипов, возникших не на пустом месте. Крис, конечно, белый, но вырос он среди чёрных. И пусть все будут уверены, и у полиции, и у «гетто» были справедливые — ну, с какой стороны посмотреть — претензии друг к другу. Можно сказать, что опасение полиции — это условный рефлекс, вбитый ему с «молоком матери». Даже если он ничего противозаконного не совершал.

Во-вторых, к «государственному аппарату» так же имелись претензии и не маленькие. Хотя, тут с какой стороны посмотреть. Крис с самого рождения был сиротой, поэтому был на попечении государства. И многие скажут ему быть благодарным даже за то, что ему перепало, но Крис на собственной шкуре ощутил разницу в социально структуре. Скажем так, два сиротских приюта, один из которых находиться в Гарлеме, — самом бедном и опасном районе Нью-Йорка — а другой на Лонг-Айленде — самом богатом районе города — отличаются. Очень сильно отличаются. Даже если на бумаге их бюджет должен быть равен друг другу.

Не стоит думать, что в США нет коррупции. Она есть везде.

Но конкретно эти претензии носят сугубо «подсознательный» характер. Ведь по факту, государство действительно содержало его до совершеннолетия. Но «как» она это делала…

В общем, Крис заведомо пристрастно относиться к любым винтикам государственного механизма. Просто потому что среда, в которой он вырос, навязала ему свою точку зрения.

— Полиция не станет вмешиваться в бандитские разборки, — помотала головой Джессика. — Тем более, когда жертвой выступает лишь один пенсионер и его наличные, а трупов так и не появилось, — девушка кинула на Криса незаметный взгляд. — Почти не появилось.

— Верно, — подтвердил мистер Крамер. — Приедут, составят протокол, дело, но позже… Всё заглохнет.

Синхронный вздох выразил всеобщее мнение о не идеальности государственного аппарата.

— Я одного не пойму, старик, — Джессика нахмурилась, пытаясь сформулировать мысль… потактичнее. Но тактичность и Джессика — это две совершенно разные вещи. — Какого хрена они решили прокопаться именно к тебе? Они ирландцы, ты ирландец… Разве это не ставит вас, ну хотя бы не по разные стороны баррикад?

— О-о-о, Джессика, — Крамер категорически поцокал. — Ты кажется кое-чего не понимаешь. Я ирландец. А они — тупые шавки, дрючащие друг друга в очко.

— Ага-ага, — с улыбкой покивала Джессика. — Кажется я поняла, где тут собака зарыта…

— Всё, чего я добился — я добился своими собственными руками! — Сжались его руки в кулаки. — Честным трудом! Кровью и потом! А эти ублюдки всего лишь паразиты, которые возомнили, что раз уж я ирландец, то и «защита» их мне необходима! — Выдохнул накопившуюся злость Крамер. — Короче, они пришли ко мне, предложили «помощь» за процент, а я послал их отсасывать друг у друга…

— Видимо твоё предложение им не понравилось, — кивнула Джессика.

— Гомофобы, скорее всего, — пожал плечами Крис и покачал головой. — А предложение мистера Крамера исходило от чистого сердца! А они, эх…

— На сегодня я магазин закрою, — поджал губы Крамер. — Посмотрим, что можем сделать. Когда надо будет выйти — я позвоню.

— Я же не уволен, да?

— Нет, — улыбнулся мистер Крамер. — Ты сделал всё красиво. Хотя, в следующий раз так лучше не делать. Могут и застрелить…

— Ага, — немного неловко улыбнулся Крис.

* * *

Выйдя из магазина, Джессика и Крис пришли к единому мнению. Необходимо прогуляться и прочистить мозги. А заодно узнать друг друга получше, раз они теперь «друзья».

— Старику ты нравишься, — кинула на него пытливый взгляд Джессика. — Как вы познакомились?

— Мы лежали в одной психиатрической клинике, — после небольшой заминки ответил Крис. — У него было посттравматическое расстройство…

— Точно, он же ветеран Вьетнама, — кивнула собственным мыслям Джессика и сделал осторожную попытку узнать о Крисе. — А ты почему там лежал?…

— Я… — Крис нервно поджал губы, пытаясь унять ускорившееся сердцебиение. — По мелочи, там-сям…

— По мелочи в такие места не кладут, — сделала справедливое замечание Джессика. — Тем более ты пробыл там четыре года. С четырнадцати до восемнадцати. А позже, невероятно удивительным образом, ты «излечился» прямо в момент совершеннолетия, когда государственная медицинская страховка у сирот заканчивается. Узнаю нашу калечную систему…

— Да говорю же, ничего особенного! — Огрызнулся раздражённый Крис.

— Остынь, — подняла руки в знак примирения Джессика. — Я просто пытаюсь понять природу твоих способностей. Может быть это типичный сценарий с страшной-престрашной больницей, которой заведует сумасшедший учёный-маньяк?

— Попридержи воображение, — мотнул головой Крис. — Я лежал в Манхеттенском психиатрическом центре. И там ничего «невероятно жуткого» не происходило. Люди, как люди, врачи, как врачи…

— Ну, если так подумать, ты действительно не мог знать, откуда у тебя появились силы. Чтобы их активировать, ты должен был, ну… — Джессика пожала плечами. — Умереть, типа того. Но бессмертие — это тоже круто!

— Не бессмертие, — отрицательно помотал головой Крис. — У меня осталось десять жизней.

Божья Длань: Двенадцать Великих Подвигов [ 10/12]

СИНХРОНИЗАЦИЯ: 2%

— Что? — Ошалело посмотрела на него Джессика. — В каком смысле десять жизней⁈

— В прямом, — пожал плечами Крис. — Я могу умереть ещё девять раз.

— А потом⁈

— Потом видимо, всё? — Сам не был уверен в ситуации Крис.

— У тебя было десять жизней⁈

— Двенадцать, если быть точным, — поправил её Крис. — Две я уже… ну, потратил.

— Да в это же нет никакого нахрен смысла! — Взорвалась Джессика от негодования. — Почему именно двенадцать жизней⁈ Типа ты в детстве съел кошку, а потом… ещё треть кошки или что⁈ Почему так конкретно⁈ Откуда ты знаешь⁈

— Я не знаю, — раздражённо ответил Крис. — Точнее, я просто знаю, что осталось десять жизней. Потом всё. Капут.

— Ты можешь чуть-чуть поднапрячься и подумать, откуда ты это знаешь⁈ Хрен его знает, божье откровение, гадалка, карты таро, семицветный клевер в заднице тупого единорога или что⁈ Откуда взялось это число⁈

— Я не знаю, — нервно ответил Крис.

— Крис, ну напрягись