Медвежья гора - Олег Кировский

несуществующих ворот и вошел во двор, постепенно забиваемый колючим кустарником. Дом был лыс, он стоял без крыши, с недостроенной дальней стеной. Стройка замерла, когда окна второго этажа только начали оформляться кирпичом. На первом этаже оконные проемы были заколочены досками и железным листом, основательно проржавевшим. Рядом с домом стоял сарай, также без дверей и крыши, заваленный внутри битым силикатом, пустыми консервными банками и стеклом. На стене сарая кто-то размашисто написал зеленой краской внятный призыв — Уйди. Иван все же обошел дом по периметру. Дом был задуман с размахом, эдаким византийским теремом, сзади была проложена грунтовая дорога, по которой подвозили стройматериал, просека все еще была широка. Внутри дома кирпич с обрушившихся стен порос высокой травой и крапивой. Через одно из окон Иван увидел стоящий поодаль синий вагончик на спущенных колесах, который был вывернут наизнанку, на земле вокруг валялись истлевшие матрасы и черная ветошь.

Ниши и дверные проемы вели к лестнице наверх, на второй этаж, но дорогу наверх преграждала бадья с застывшим цементом и замурованной в ней совковой лопатой. Иван сделал шаг назад и неосмотрительно наступил на дверное полотно, скрытое травой, нога, скользнув, провалилась, за стеной дома что-то обрушилось и раздался треск ветвей, сквозь которые кто-то продирался, удирая со всех ног. Иван остолбенел, замер, прислушиваясь, осторожно освободил ногу и покинул дом. Собака? Зверь? Уйди!

— Уже ухожу, — уведомил Иван анонимных сторожей.

Дома он тщательно почистил костюм, запачканный кирпичной крошкой и пылью, переоделся, постучал хозяйке, но дверь осталась закрытой. Прокручивая который раз в голове забавный эпизод с собственным бегством, Иван открыл холодильник, полностью занятый громадной кастрюлей с желтыми щами. Наедаться с утра кислым было нелепо, а кроме щей и гречки на кухне ничего не было, даже хлеба. Иван надел рюкзак, вышел из дома и посмотрев на холм, пошел вверх по Лесной в поисках магазина.

Первая встретившаяся ему по дороге точка внушала подозрение своими малыми размерами, вторая была закрыта, он решил идти в центр, шел и все не мог его найти. Дома были рассыпаны по селу как попало, он растерянно кружил по частному сектору и в конце концов стал спрашивать дорогу местных — те искренне улыбались и махали ему рукой кто куда. Через десять минут, шагая чуть не по огородам, он все же попал на центральную площадь, главное место на которой занимала администрация, из-за которой хитро выглядывал нарядный маркет. Народ, минуя особняк с триколором, направлялся в основном именно туда. Иван до отказа набил провизией два больших пакета, чеки спрятал в карман и вышел на площадь, которая носила имя Ленина. Можно было попробовать позвонить, Иван купил бутылку тархуна и чебурек и провокационно расположился на лавке администрации. Телефон Клима был под рукой.

— Алло!.. — отозвался после пяти гудков небрежный голос.

— Алло! Добрый день, можно услышать Клима, я звоню от Артура, — Иван, как бы извиняясь за звонок в ранний час, глухо прокашлялся.

— Да, это я, слушаю.

— Еще раз здравствуйте, Клим. Меня зовут Иван. Я бы хотел поговорить с вами. Артур посоветовал вас, как хорошего гида. Нельзя ли нам встретиться сегодня? — он посмотрел на часы.

В трубке, на заднем плане визжала болгарка, Клим, казалось, размышлял.

— Алло, — осторожно добавил Иван.

— Да, я слышу, давайте в шесть в фойе гостиницы, знаете где это?

— Да, конечно. Хорошо, Клим, в шесть я буду ждать. Извините за ранний звонок. Спасибо. Как я вас узнаю?

— Я буду там один.

— Спасибо, Клим, до встречи.

— До встречи.

Что бы это значило — я буду там один?

Пока все складывалось хорошо, Иван не терял времени и Аркадий был бы им доволен. Иван пошатался по селу и укрепился во мнении, что самое интересное здесь скрыто в горах, взять хотя бы его утренний поход. Доверившись задней памяти, по заборам и приметным углам улиц он свободно дошел до дома. Отложив в сторону конфеты для Нины Ивановны, он рассовал продукты куда положено, чеки подцепил в блокнот, поставил чайник и вытащил во двор один из колченогих стульев, со спинкой. Со дна чемодана извлек небольшой бинокль, вышел из дома, уселся на стул и наведя объектив на холм, попытался найти заброшенный дом.

Буран, поднявшись с брюха, попытался подойти к Ивану, но цепь закончилась задолго до стула, он сел на задние лапы и обиженно заскулил. Иван улыбнулся псу, свистнул и отвернувшись, продолжил поиск.

* * *

Иван решил ни в коем случае не опоздать на встречу, но все же, провалившись дома в обеденный сон, едва не оплошал. В пять сорок, проклиная акклиматизацию, которая вероятно была не при чем, и придумывая по пути убедительные объяснения, он выскочил из дома и спешно направился к гостинице. К счастью его теория о том, что время почти не движется, если о нем не думать, сработала. Без двух минут он был на месте. Тут же на ходу он придумал шутку — он пожмет руку и скажет — Клим, вы ошиблись, но не намного, вы не один, нас двое. Впрочем, это был идиотизм.

В фойе, у стойки высокий парень в спецовке, похожий на электрика, разбирал допотопный телефон, расстроенно брякающий при каждом повороте отвертки. Администраторша, включив для него желтую настольную лампу, заинтересованно наблюдала за операцией, держа трубку у уха.

— Вообще не гудит, может провода, а, Клим?..

Лица девушки он не разобрал, а у парня было острое, несколько ассимметричное, но приятное лицо, он был худощав и русоволос. Он уже бросил работу и шел к нему. Под спецовкой была черная майка с надписью серым — ОДИН. Переиграл, подумал Иван. Он искренне улыбнулся и протянул руку.

— Иван.. Клим…  — они пожали руки, ладонь Клима была узкая, крепкая и какая-то шершавая. На вид ему было чуть меньше, чем Ивану, лет под тридцать. Он был чуть выше Ивана, наверное метр восемьдесят пять.

— Где поговорим? — Клим стоял, сунув руки в карманы. Иван заметил, что у него было слегка порвано правое ухо в верхней части.

— Не хотелось бы предлагать «Ромашку», но других мест я не знаю, — Иван развел руками.

— Нет, там сейчас полно народа, давайте тогда здесь, за столиком. Не против? Оксана, разреши нам посидеть минут двадцать у вас?

— Хорошо, хорошо, — Оксана с любопытством вытягивала шею, рассматривая Ивана, боковой свет лампы придавал ее лицу гротескный вид.

Они сели по обе стороны журнального столика, на котором в кино мог бы стоять графин с водой, но его там не было. Фикус благожелательно склонил между ними длинные ветки. Клим спокойно смотрел на Ивана и