Лавка страха - София Яновицкая

— Слышали, — Агата перестала выбивать ритм на поверхности стола и серьезно посмотрела на меня.

Я замер с надкушенным пирогом.

— И видели, — кивнула сестра. — И сейчас слышим и видим. Уже двенадцать лет, четыре месяца и, дай-ка сосчитаю, сколько с твоего дня рождения…

— Дура. — Я кинул в нее размокшим чайным пакетиком.

Агата увернулась, закинула в рот жвачку и зашагала к дверям.

— Хочу посмотреть «Лавку», — бросила она на ходу, надувая и лопая розовый пузырь.

Я быстро доел пирог.

— Мам, а ты?

— Угу, — рассеянно согласилась мама, судорожно оглядывая кухню.

Со вздохом я сунул ей в руки сумку, преспокойно лежавшую на стуле, где мама сама ее и оставила.

— Ох, спасибо! — Она торопливо чмокнула меня в лоб и пригладила волосы. — И что бы я без тебя делала!

Я взъерошил волосы.

— Ничего странного не слышала?

— А что, должна была? Вечером расскажешь, я ужасно опаздываю. — Мама заспешила из кухни, роясь в сумке.

Спустя час поисков я пришел к одному-единственному выводу — в доме живет чудовище. Не классный монстр из «Монстрыцарей», а жуткое, опасное и самое что ни на есть настоящее чудовище. Я ничего о нем не знал и понятия не имел, как раздобыть информацию. Стоп. Или имел? Я побежал на улицу.

При солнечном свете дом выглядел так же мрачно, как и ночью. Красно-черная громадина заслоняла собой полнеба. Каменная чешуя местами крошилась, а одну из стен захватил дикий виноград. Но витрины «Лавки страха» блестели чистотой.

— Ну ладно, — выдохнул я и толкнул красную дверь. — Просто магазин, подумаешь.

Как должно быть в магазине ужастиков? Пусто. Темно, как в подземелье гоблинов или гробу вампира. Сыро так, что от стен отваливается штукатурка. От холода сводит зубы и болят пальцы. Звуков нет вообще, как будто ты нырнул глубоко под воду. И главное, запах — такой особый запах, как бывает в подвале, от которого кружится голова и тошнит. Приторный запах гнили.

В «Лавке страха» оказалось как угодно, но не так. В воздухе гудели голоса многочисленных покупателей. Его пронизывали солнечные лучи, пробравшиеся сквозь витрины с большими буквами «АХАРТС АКВАЛ». В них едва заметно золотилась пыль. Деревянный пол мирно поскрипывал под кроссовками.

Я шагнул вперед. Книги толпились плотными рядами, создавая целый лабиринт из стеллажей. В глянцевых и матовых обложках, с потрепанными корешками, тонкие, как журналы, толстые, как энциклопедии, — передо мной простирались и вели вглубь целые улочки со стенами из книг. Я задрал голову — полки уходили вверх, к самому потолку — и тут же наткнулся на чью-то спину. Человек сидел на полу, скрестив ноги и уткнувшись в раскрытую книгу.

— Ой! — Я попятился. — Извините!

Человек никак не отреагировал.

— Вряд ли он заметил, — раздалось у меня за спиной.

Я резко обернулся, готовый к чему угодно. Но вместо мумии или оборотня передо мной стоял смуглый парень с шапкой кудрявых волос. Из-за огромного роста я принял его за взрослого, но потом присмотрелся и понял, что он, наверное, ровесник Агаты.

— Я Оскар. — Парень улыбнулся какой-то застенчивой улыбкой. — С ударением на «о».

Я открыл рот, чтобы представиться и спросить, зачем он говорит про ударение, но Оскар меня опередил.

— Многие путают.

Я покосился — человек на полу все так же читал, поглощенный книгой.

— Ему не до тебя, — пожал плечами Оскар. — Он же из ходиков.

Ходиков? Это еще что такое? Спросить я не успел.

— Гремлин, — из-за стеллажа выглянула Агата и ухмыльнулась мне, — поверить не могу, что ты все-таки решился.

— Так это твой брат? — Оскар прямо-таки засиял, глядя на нее.

С ума сойти, они уже познакомились.

— Поверить не могу, что кто-то провел в твоем обществе больше пяти минут и не сбежал, — огрызнулся я и повернулся к Оскару. — Я Вася.

Он протянул мне руку, и я удивленно ее пожал. Впервые здороваюсь за руку со старшеклассником.

— Сбежать не выйдет, я же на работе, — Оскар кивнул в сторону кассы, охнул и тут же заспешил туда — его дожидалась недовольная очередь.

По дороге он обернулся к Агате, покраснев:

— В смысле, я бы и так не стал.

Я снисходительно хмыкнул. Это пока.

У прилавка толпилась очередь еще больше, чем в кассу. Я протиснулся к ее началу. Там, зажатый между шкафами, стоял автомат. Похожий на те, что ставят в магазинах и кинотеатрах, только куда более старый на вид. Опускаешь монетку и вытаскиваешь жвачку или маленькую игрушку. Я подошел поближе — этот автомат был наполнен разноцветными шариками. Таких я никогда не видел.

К автомату подошла крупная женщина со светловолосым мальчиком лет четырех, сжимающим в руке игрушечного робота. Мальчик пихнул робота под мышку, высунув язык от сосредоточенности, опустил монетку в серебряную прорезь, с трудом повернул ручку. Внутри машины защелкало, заскрежетало, и из окошечка в подставленную ладошку выскочил шарик розового цвета.

— Это мячики или конфеты? — Я пошарил руками по карманам джинсов.

Мальчик протянул шарик своей маме — и она покрутила верхнюю и нижнюю половинки в разные стороны. Шарик раскрылся.

— Это твой страх, — зазвучал голос Оскара над ухом. — В «Лавке» нельзя купить книгу просто так. Только через этот автомат.

По коже побежали мурашки. Женщина вытащила из шарика свернутую в спираль бумажку и показала Оскару.

— А — семьдесят пять, — кивнул он, постучал по клавишам компьютера и уставился в экран. — Первый стеллаж справа от вас, на третьей полке снизу.

Мама с мальчиком пошли искать книгу, а Оскар принялся пробивать покупки одному за другим в очереди.

— В каждом шарике из автомата — код книги, — попутно сообщил он мне. — В той, что выпадет, будет то, чего ты боишься больше всего. Эту-то книгу тебе и нужно прочитать.

Я подозрительно сощурился на автомат. К нему подошел парень в кожаной косухе с металлическими шипами.

— Но как такое может быть? — недоверчиво протянул я. — Откуда автомату знать, кто чего испугается и что кому нужно? Ведь выпадает случайно!

Парень крутанул ручку и поймал шарик темно-зеленого цвета.

— За всю историю «Лавки» автомат ни разу не ошибся, — Оскар явно был в восторге от этого.

Я оглянулся на сестру — она поймала мой взгляд и ухмыльнулась, лопнув пузырь.

— Раньше ходили слухи, что тут не обошлось без черной магии. — Оскар помахал в воздухе книгой очередного покупателя. — Глупости, конечно, но…

— Чувак, я ехал сюда за десять тыщ кэ-мэ, — встрял парень в косухе, протягивая Оскару бумажку из шарика. — Через три часа поезд, пошевелись, а?