Кровавые вороны Рима - Саймон Скэрроу

– Ну, что будем делать с этим Маридием? – поинтересовался Макрон, грея руки над жаровней.

Хотя приближалось лето, окутанные туманами и омытые дождями силурские горы продувались холодными ветрами. За стенами здания штаба ледяной ветер стучал в ставни кабинета Катона. Децимус принес друзьям тушеное мясо. Лошадей, раненных во время недавнего сражения, объездчик лошадей фракийской когорты признал негодными для дальнейшей службы, и их пустили на мясо. Гарнизон Брукциума несколько дней наслаждался дополнительными порциями мяса, готовясь, впрочем, вскоре перейти на привычную похлебку.

Катон налил в кружку поску – традиционный напиток легионеров, представляющий собой разбавленное вино.

– Повезло, что парень попал к нам в руки.

– Верно, – согласился Макрон. – Однако хотелось бы знать, что он делал в этой деревне.

Отхлебнув из кружки, Катон на мгновение задумался.

– Возможно, его послал туда Каратак, чтобы завербовать новых сторонников. Или лично посмотреть, какое впечатление производит Квертус на его союзников, и переманить их на свою сторону. Лучше, если он сам расскажет.

– Он не произнес ни слова. Ребята Севера над ним славно потрудились, но мерзавец оказался крепким орешком. В данном случае внешность не обманчива. Ничего путного выудить не удалось. Может быть, сегодня вечером повезет больше.

– Надеюсь. Я приказал Квертусу подключить к допросу его людей.

– Зачем понадобилось прибегать к его помощи? – насупился Макрон.

– Я – префект фракийской когорты и командующий фортом, а потому считаю необходимым при каждой удобной возможности напомнить об этом Квертусу и его… моим людям.

– Не думаю, что фракийцам повезет больше, чем моим парням, – устало вздохнул Макрон. – Хотя один их вид способен повергнуть в ужас кого угодно, хоть и Маридия. И все же я не разделяю твоих надежд.

– Если не заставим заговорить, можно использовать Маридия в качестве заложника, уповая на братские чувства Каратака. В любом случае, его нужно доставить в Глевум. Маридий слишком важный пленник, и держать его здесь неразумно.

Макрон согласился с другом и перевел разговор на другую не менее важную тему.

– А как поступим с остальными пленниками? Не держать же их в форте.

После сражения, состоявшегося восемь дней назад, в плен сдалось всего около пятидесяти человек. Большинство предпочло смерть в бою, или их зарубили фракийцы, и свой выбор эти люди сделать не успели. По возвращении когорты в Брукциум всех пленных согнали в одну из пустующих казарм и надежно заперли. Кормили их скудным пайком раз в день, а каждое утро разрешали выносить парашу. Воины гарнизона уже съели большую часть продуктов, награбленных в деревне, и скоро придется расходовать запасы, хранящиеся в крепости в хлебном амбаре.

– Я уже определил их судьбу, – сообщил Катон. Он сидел за столом на кóзлах, который служил вместо письменного. Откинувшись назад, он наблюдал за Децимусом, который снял с подноса миску с едой и бронзовую ложку и поставил перед командиром. – Их отправят под охраной в Глевум. Сопровождать пленных будут четыре эскадрона фракийцев под командованием Квертуса.

Оторвавшись от своей миски, Макрон удивленно поднял брови.

– С чего ты взял, что он согласится?