Пирамида - Джеймс Роллинс

Генри впился глазами в спящую фигуру Христа.

— Не думаете же вы...

— Мы считаем, что впервые обнаруженная в Новом Свете el Sangre попала в руки церкви по воле Провидения. Она оказалась для нашей веры истинным испытанием. Божьим испытанием. Если мы соберем достаточно этой божественной субстанции, Божественный разум войдет в этот сосуд и вдохнет в него жизнь. — Аббат Руис обратил на Генри блестящие от религиозного пыла глаза. — Наша задача — вернуть на землю живого Бога.

— Вы хотите устроить Второе пришествие! — воскликнула Джоан.

Аббат Руис кивнул и обернулся к золотистой фигуре.

— Христос вновь родится на земле.

Это было настоящее безумие. Генри лишь покачал головой.

— Но мы-то здесь при чем? Зачем мы вам понадобились?

Руис улыбнулся и отвел гостей в сторону.

— Вы обнаружили останки отца Франсиско де Альмагро, одного из наших предшественников. В шестнадцатом веке его послали проверить слухи о залежах el Sangre, таких богатых, что, по словам инков, металл «стекал с горных вершин, словно вода». Де Альмагро не вернулся, и его сочли убитым. Но когда я получил известие от архиепископа Керни из Балтимора, наша надежда возродилась. Возможно, наш предок нашел основную жилу и погиб, не успев передать эту весть. — Он посмотрел на фигуру Христа. — Мы уповаем, профессор Конклин, на то, что вы наткнулись на средство приблизить нас к Богу.

— Вы действительно думаете, что на моих раскопках находится эта мистическая жила?

Аббат поднял брови.

— До нас дошли сведения от местного агента. Признаки многообещающие. Но после неприятностей с подземным храмом нам потребуется время, чтобы...

Генри напрягся.

— Каких неприятностях? О чем вы говорите?

Лицо Руиса помрачнело.

— О да, все верно. Откуда вам знать о разрушениях?

Аббат быстро рассказал о случившемся на развалинах. У Генри от лица отхлынула кровь.

— Но не беспокойтесь: хотя студенты и не могут выбраться, судя по их последнему сеансу связи, они укрылись в природной пещере.

— Мне необходимо туда попасть! Сейчас же! — выпалил Генри, вырывая руку из ладони Джоан.

Весь его интерес к происходящему в аббатстве сразу угас. Профессор с ужасом подумал, что совсем забыл о Сэме, о том, что племяннику тоже может угрожать опасность.

— Вы ничего не сможете сделать. Я поддерживаю связь со своими людьми, находящимися там. Любая новость — и я немедленно вас оповещу.

Теперь Генри бросило в жар.

— Вы не добьетесь от меня помощи до тех пор, пока я не узнаю, что мой племянник в безопасности!

— Успокойтесь, профессор Конклин. Я уже отправил на подмогу команду спасателей.

Генри сцепил пальцы. Джоан приблизилась к нему и обняла за плечи, но он словно ничего не чувствовал. После гибели жены и брата Сэм остался для Генри единственным членом семьи. В душе профессора не оставалось места больше ни для кого. Если бы он так не увлекся, то был бы внимательнее и предотвратил беду. Освобождаясь от руки Джоан, Генри процедил аббату сквозь стиснутые зубы:

— Если с Сэмом что-нибудь случится, я вас убью.

Аббат Руис чуть отстранился, а отец Карлос со своим «глоком» предостерегающе двинулся к Генри. Голос аббата слегка дрогнул:

— Уверен, что ваш племянник в безопасности.

* * *

Еще одна ловушка!

Когда золотой пол задрожал, Сэм притянул Мэгги к себе. Та пыталась отпереть дверь в статуе, но безуспешно.

— Возьмите себя в руки! — крикнул Сэм, перекрывая нарастающий снизу рев. — Приготовьтесь!

Сквозь ботинки рокот отдавался у него в ногах, ребрах и позвоночнике.

Чуть в стороне Денал поддерживал Нормана. Глаза юного индейца стали огромными, как блюдца.

Неистовый рев оглушал, пол под ногами Сэма бешено сотрясался.

— Держитесь!

Неожиданно раскаты заполнили все вокруг. Пол дрожал так, словно сдерживал невероятное давление. Раздался громкий треск, как будто что-то сломалось. Платформа под ногами студентов рванулась вверх. Норман упал на руки и колени, крича от боли: его раненая нога ударилась о металлический пол. Остальные пленники золотой статуи, скованные ужасом, не проронили ни звука.

Платформа качалась и подпрыгивала, однако продолжала двигаться вверх — сначала медленно, затем быстрее, немного поворачиваясь по мере прохождения по шахте. Под ногами студентов по-прежнему что-то дрожало. Денал помог Норману подняться.

— Гидравлика! — прокричал фотограф сквозь шум.

— Что? — спросил Сэм.

Высвободившись из его рук, Мэгги внимательно разглядывала пол.

— Наверно, они воспользовались подземной рекой, возможно, притоком той, по которой мы вчера сплавлялись. Ведь эта хреновина — гидравлический лифт!

Сэм запрокинул голову вверх.

— Но куда он нас везет?

Мэгги нахмурилась.

— Если бы они просто хотели грохнуть непрошеных гостей, то вряд ли пошли бы на такие ухищрения, — сказала она, осматривая плывущие мимо гладкие стены. — Кажется, мы поднимаемся.

— К потолку? — спросил Сэм, вспоминая позу вождя инков, как бы поддерживавшего ладонями свод пещеры.

— Надеюсь, нас не расплющит в лепешку, — проворчал Норман. — После столь славного начала дня.

— Вряд ли, — неуверенно ответила Мэгги.

Денал вдруг с криком показал наверх.

— Смотрите!

Мэгги направила туда луч фонарика, хотя этого и не требовалось. Высоко над их головами показался золотой купол, внутренняя часть короны статуи. Сквозь равномерные трещины в потолке струился свет. Затем, словно лепестки цветка, раскрылись шесть частей купола. Внутрь хлынул яркий солнечный свет.

— Выход! — воскликнул Сэм, сорвал с себя шляпу и радостно присвистнул. — Мы выбрались!

Норман добавил:

— Но не все.

Улыбка Сэма померкла. Он снова надел шляпу. Норман сказал правду. Стыдно ликовать по случаю собственного спасения, когда один из товарищей погиб.

Мэгги придвинулась к нему ближе. Ее глаза блестели от радости и от горя. Склонив голову набок, девушка вглядывалась в раскрывающийся купол.

Сэм обнял ее.

— Уверен, что Ральф был бы доволен, что мы вырвались.

— Возможно... — пробормотала она.

Он крепче стиснул Мэгги.

— Мертвые не завидуют живым — ни Ральф, ни даже твой ирландский друг Патрик Дуган...

К этому списку он мысленно добавил своих родителей.

Мэгги оперлась о него и устало произнесла: