Горячие блюда - Дмитрий Петюк

— Могли ли они после твоего побега её запереть, посадить в темницу или просто под домашний арест? — спросил я.

— Не знаю, но полагаю, что да. И это всё объясняет.

Я чувствовал её беспокойство, её тревожно бьющееся сердце и сильное чувство вины. Так не годилось. Впрочем, решение я принял уже давно, так что сейчас придётся лишь ускорить его реализацию.

Если убрать в сторону те чувства, которые я начал испытывать к Кенире буквально с первого момента освобождения из плена собственного сознания, те чувства, которые крепли с каждым прожитым мною днём, то с точки зрения голой корысти и трезвого расчёта она являлась невероятно ценным приобретением и самым важным членом команды. И даже если забыть человеческие качества — силу, надёжность, отвагу и жизнерадостность, и учитывать только магию, то только с её помощью я сохранил здоровье, сумел восстановить Таага и даже регулярно «заправлять машину». Даже горящие в доме светильники и бытовые приборы без магии Кениры функционировать не могли.

Так что если у меня появится ещё один подобный источник, тогда намного упростится проект превращения свалки в завод по переработке отходов, плюс можно будет дать Жагену задание проработать варианты продажи элир и зарядки накопителей. Я не рассчитывал, что Мирена примет веру Ирулин и отправится исполнять мой квест, но даже без этого её магия стала бы неоценимым подспорьем.

— Не скучаешь за Королевством? — спросил я, скверно ухмыльнувшись. — Я знаю одного принца, который слишком расслабился и давно не рассылал разыскные листы.

— Это слишком опасно! — возразила Кенира, мигом уловив мой намёк. — На этот раз нас будут искать намного серьёзней! Я не хочу подвергать…

— Не так опасно, как наша главная миссия, — перебил её я. — И, если честно, плевать. Ксандаш уже почти полностью здоров, у меня есть магия, да и ты уже не та беспомощная девчонка. Главное хорошо подготовиться, а с последствиями мы справимся.

Кенира вскочила из-за стола так резко, что стул отлетел прочь, подошла, опустилась и обняла меня так сильно, что затрещали кости. Чувствуя её благодарность, облегчение и всю ту же толику вины, я сказал:

— Я всё равно собирался это сделать, так что не вздумай себя винить. Если бы мои родители были живы и оказались в похожей ситуации, уверен, ты бы поступила так же.

Мне всего лишь хотелось сделать приятно своей любимой, убрать источник беспокойства, которое я регулярно ощущал через реликвию Фаолонде. Но при этом не взвесить «за» и «против» я никак не мог. И этих «против» имелось на удивление мало.

Неприятности для Сориниза? На них было плевать как мне, так и Кенире. Розыск, на этот раз настоящий, со всеобщим оповещением, полицейскими ориентировками и патрулями? Нужно всего лишь предусмотреть быстрый отход, а для этого у меня имеется специалист по диверсионной деятельности и по побегам с места диверсий. Международные осложнения? Мы с Кенирой — граждане Княжества Рахашнар, это даже засвидетельствовала богиня, а в Федерации нас никому не достать. Что касается мамы Кениры, то Мирена станет той одновременно и сестрой, уверен, Ридошан и Галида против прибавления в семействе не будут.

— Да о чём это вы? — возмущённо спросил Хартан, переводя взгляд с Кениры на меня и обратно. — Кто-то мне что-то объяснит?

Мы с Кенирой переглянулись. Она кивнула. Тогда я быстро и по порядку рассказал историю своей девушки, её взаимоотношений с королевской семьёй и пересказал события, случившиеся с момента нашей с ней встречи, опуская ненужные подробности о своём рабстве у Джорефа. Не то что я чего-то боялся, но Кенира заключила с торговцем божественный контракт. Керуват ценила не букву, а дух закона, и пока мы с Кенирой вместе, могло выйти так, что мою девушку настигло бы божественное воздаяние. Конечно, с того момента, как мы пересекли границу Федерации и оказались в безопасности, контракт следовало считать исполненным, но рисковать я не собирался.

— Ули, ты знаешь, что я давно считал тебя чокнутым? — спросил Хартан, выслушав нашу историю. — Ещё там, у Милых Глазок, когда узнал, что ты человек Повелителя Чар. Ну так вот, насколько размыло твои берега я даже не представлял.

— Не беспокойся, тебя-то это не касается никак, — заверил я. — Если с нами что-то случится, я позабочусь, чтобы у тебя осталось достаточно…

— Что ты несёшь, старик? — возмутился Тана. — Конечно же я иду с вами!

— Это опасно, — предупредил я, не обращая внимание на хамский тон этого сопляка.

— Опасней, чем Харж и его пятёрка, выбивающая из меня кровавые сопли? Или Милые Глазки и его армия Теней? Ули, я очень благодарен что вы с бабулей пытаетесь меня защитить…

— Бабулей? — прищурилась Кенира. — Похоже, в том переулке тебе надавали либо слишком много, да так, что повредили голову, либо слишком мало. И поверь, я могу запросто добавить.

— Алира хочет тебе намекнуть, — добавил я, — что можно быть наглой и бесцеремонной соплёй, а можно оставаться живой и здоровой наглой бесцеремонной соплёй, которая знает, с кем из людей следует сохранять хорошие взаимоотношения. Как нас обоих зовут ты прекрасно помнишь и так, а уличные привычки оставь на улице.

Несмотря на свой строгий тон, мне хотелось рассмеяться — никогда бы не подумал, что когда-то придётся воспитывать детей, сколь бы взрослыми они не были. И я ощущал, что Кенира полностью разделяет мои чувства и тоже смеётся.

— Ладно-ладно! — начал махать руками Тана. — Но я имею в виду, что даже не пытайтесь меня оставить! К тому же, куда бы вам ни требовалось забраться, лучше меня специалиста не найти.

— Принято, — согласился я. — Вот только времени у нас осталось… Алира, а оно точно осталось?

Кенира закрыла глаза и прислушалась к ощущениям.

— Не чувствую какой-то тревоги или страха, только злость. Думаю, ей ничего не угрожает. Но…

— Мы затягивать не будем! — решил я. — Но и бросаться без какой-то подготовки тоже. Отправляемся через две недели. За это время я подготовлю нужные артефакты и продумаю пути отхода. Тана, будешь спать с нами. Пригласим также Ксандаша и, наверное, Лексну. За это время… Эй, чего?

Хартан одарил меня таким ошарашенным взглядом, что захотелось