Во мрачной тьме - Demonheart

И отрезал еще треть уха.

- Что ты делал в «Шести цветках»?

Последние остатки левого уха упали на пол, и Вертер взялся пальцами за правое.

- Декацио! – выдохнул сквозь зубы культист. – Декацио Марест.

- Молодец. Кто такие Пророки?

Деко ответил лишь гневным шипением. Вертер стиснул его большой палец на левой руке и нарочно грубыми движениями даже не срезал, а буквально сорвал с него ноготь вместе с частью мяса. Комнату наполнил очередной вопль боли, но и только. Вертеру пришлось повторить действие, прежде чем услышал хоть какой-то ответ:

- Я не знаю!

- А я считаю, что знаешь, - возразил Вертер, не поднимая тона. – Ты с ними связался. Каким образом? – И продолжил отрывать культисту один ноготь за другим, после каждого повторяя тот же вопрос.

Деко выдержал экзекуцию всей левой руки и три пальца на правой, прежде чем хрипло выплюнул единственное слово:

- Объявление.

Вертер кивнул и поднес к губам допрашиваемого бутыль с водой, позволив сделать пару глотков.

- Какого рода объявление? – уточнил он, держа окровавленный нож в поле зрения.

- Простое. На пергаменте. По… повесил.

- Где ты его повесил? – нож коснулся указательного пальца правой руки.

- Тоннель DO-39! На углу, где он выходит на пищераспределительный блок, есть доска объявлений!

Вертер вызвал в памяти виртуальную карту, которую составлял в процессе своего спуска, но ему это название ничего не говорило. Зато говорило Варезу.

- Я вижу, где это, - сообщил он по воксу. – Палец-2, Палец-3 и Палец-4 не слишком далеко, я сейчас им сообщу. Выясни, что они должны искать.

- Что было в объявлении?

- «Восторгайтесь Бессмертным Императором, ибо велика его жертва»! Только одна фраза!

- И только этого хватило, чтобы передать шифрованное послание? Ты что-то умалчиваешь, - один за другим Вертер срезал с пальцев культиста последние два ногтя. – Зачем ты это делаешь? Я не хочу тебя мучить. Мне также больно, как тебе. Но ты вынуждаешь меня своим упрямством. Видишь, у тебя ногти кончились. Но зато на её руке их еще целых пять штук.

Он указал на подругу Деко, которая могла лишь нелепо дергаться на полу и мычать сквозь кляп.

- А ведь я собирался отпустить вас. Я не с вашего мира, мне безразличны ваши внутренние дрязги. Можете катиться в подулье, если хотите, я не собираюсь вас преследовать. Мне нужна только информация, и головы главарей, - Вертер присел над еретиком, склонившись к самому его лицу. – Деко, не будь дураком. Твои увечья мучительны, но не смертельны, они довольно скоро заживут. Если поторопишься, то и оторванная рука твоей Эси не будет проблемой, ведь даже грубая аугментика лучше, чем ничего, а единственная инъекция спасет ее от заражения крови.

- Истинный Император… - прошетал культист. – Он придет и спасет нас от еретиков, исказивших его учение, подменивших Его слова ложью Бога-Трупа.

- И чем же он спасет вас?

- Он дарует нам счастье, радость и блаженство! Это священники Трупа говорят, что мы должны проводить жизнь во тьме, не зная ничего кроме рабского труда и тяжелого забытья после него! Император любит и защищает! Он не мог желать для нас такой судьбы!

- Я не силен в вопросах веры. Но если ты продолжишь упорствовать, тебя не ждет ни радость, и наслаждение, а только лишь страдания и смерть. А со смертью, Деко, все заканчивается. Тело обращается в прах, из которого возникло, сознание гаснет, точно задутая свеча, а душа растворяется в течениях варпа. Не остается ничего, кроме следа, который ты смог оставить при жизни. Ты оставил этот след, Деко? Ты ведь не великий герой, не святой или творец. Готов поспорить, у тебя нет детей. И не будет, если я сейчас превращу в фарш твое достоинство, или вырежу матку твоей Эси из ее чрева. Не лишай себя будущего, - нож Вертера заскользил по голому животу культиста вниз. – Ответь мне, чем выделяется твое объявление, кроме текста? Ведь кто угодно может повесить на доску пергамент со строчками из молебна Императору.

- Оно красное. Обязательно на красном пергаменте. И левый верхний угол должен быть надорван посередине, - пробормотал допрашиваемый.

- И что же значит этот сигнал?

- Вторая строчка из Молебна – известие о беде. Красный цвет пергамента – что пролилась кровь. Надорванный верхний левый угол – провал. Я не знаю, кто должен прочесть его, но знаю, что пройдет день, прежде чем весть будет получена.

- Она дойдет до Пророков, - кивнул Вертер. – Вот видишь, Деко, ты не глуп, и умеешь поступать верно. Я тоже продемонстрирую свои добрые намерения.

Он подошел к Эси, беззвучно рыдавшей на полу, и потратил половину оставшейся воды, чтобы промыть страшную рану. Затем он из обрывков простыни он быстро нарезал бинтов и сделал перевязку, не забыв посетовать на отсутствие даже местных анестетиков и дезинфицирующих средств. Заодно Владислав снял наручники-стяжку, усадив культистку в менее мучительной позе, но вынимать кляп не стал, после чего вернулся к Деко.

- Ладно, продолжим. Пророки – это ваши лидеры?

- Да.

- Сколько их?

- Не знаю. Немного, я думаю.

- Верю. Где они скрываются?

- Где-то в улье, иначе бы вести не доходили так быстро.

- Улей или шпили?

- Не знаю. В шпилях светло, чисто, богато. Зато в улье затеряться проще простого.

- Палец-5, спроси его непосредственных связях. Кто ему приказывал, с кем он контактировал.

- Логично. Эта женщина, Саломе, руководила только «Шестью цветками», или же ее влияние было шире? - Вертер снова коснулся ножом кожи, но пока не делал надрез.

- Бордель был ее собственностью. Она была в числе первых, кто услышал глас Истинного Императора. Ее знали и почитали все.

- Она была одним из Пророков?

- Я не знаю. Может быть и так.

- Ты выглядишь не лучше тех людей, что я видел в тоннелях. Ты такого же невысокого роста, а твои кости искривлены. Ты родился в улье, и твоя жизнь прошла в нищете и голоде. Как ты попал в шпиль?

- Я