Тайна Каркассона - Татьяна Рубцова

Энтони свирепел на глазах.

– А вежливость вы оставили в своем родовом поместье?

– Вот именно, господин без имени.

– О нет. Имя у меня есть в отличии от вас.

– И какое же, если не секрет?

– Секрет. По крайней мере, от вас.

– К чему столько чести? Чем заслужил?

– Наглостью.

И молодой храмовник схватился за меч.

Но у Энтони оружия не было. И юноша быстро осмотрел сарай в поисках хоть чего-то, чем можно было обороняться.

– Выйдем наружу… Не хочу вашими кишками портить христианскую крышу.

– Хорошо сказано, только ваша кровь прольется раньше.

И оба молодых человека прошли, сильно толкаясь, через дверной проход, очень узким для двоих. Толкаясь и громко дыша, они все-таки продрались в проем, причем хуже всего пришлось туники доуана.

Оказавшись во дворе оба юноши стали прогуливаться друг перед другом, меряя каждый своего противника презрительным взглядом.

– И с чего вы начнете, сударь? – спросил Энтони насмешливо. – Разрубите меня пополам? Чем? Вы так же безоружны, как и я.

– Я просто поколочу тебя. Мне и меч не потребуется. Достаточно будет этой палки.

ДОуан сделал шаг в сторону и поднял с земли толстую палку, которая лежала в связке таких же, приготовленных верно для заграждения.

– О, отличный выбор, мне нравится, – заметил Энтони, на которого снизошло шутливое настроение. – А теперь любезно выберете ту, которая понравиться вам. Вашим же плечам достанется от нее.

ДОуан только лязгнул зубами, схватил еще одну палку и бросил противнику.

– Плохой выбор. Она толстая и длинная. Думаю, на пару дюймов длиннее вашей.

– Да заткнись, ты!

ДОуэн бросился на противника с поднятой палкой.

Искусство палочного боя в те года было на высоте и им не брезговали даже аристократы. Юноши неплохо владели таким оружием и показали это в первую же минуту, первый нанося, а второй отражая неплохие удары. Но дОуан был слишком горяч, а Энтони – насмешлив, чтобы нанести серьезные увечья.

Дразня противника и уворачиваясь, Энтони улучшил миг и провел удар, которому его научил его друг – Денис. Этот волшебный прием нацелен на то, чтобы обезоружить противника. Калечить незнакомого рыцаря Энтони не хотел. Выбив палку из рук шевалье, Энтони мастерски провел подножку и бросившись на упавшего противника сверху, прижал его палкой к земле, требуя:

– Извинитесь же, сударь! И я отпущу вас.

– Никогда! Никогда потомок рода Бофремонов не унизится до такого. Перед простой чернью.

– Он не чернь!

Анет возникла за ними и стала с усилием стаскивать Энтони с поверженного шевалье.

– Антуан, уймитесь. Что вы творите! Стоило вас оставить одного, как вы ввязались в драку!

Энтони послушался и поднялся, опираясь палкой о землю. ДОуан, тут же покрасневший, отвернулся, поворачиваясь на бок.

– Сударь, – Энтони протянул руку.

Тот тяжело задышал.

– Дайте ему руку, что вы как дитя!

ДОуан подчинился, и Энтони рывком поднял его.

– Этот грязный смерд…

– Он сам ко мне привязался…

– Перестаньте, вы оба как простые мальчишки! Шевалье, я искала вас, чтобы обратиться за помощью. Но про это не должен знать никто, а особенно наш опекун.

– Сир Арль? Что же это за тайна?

– Поклянетесь?

– Да, с удовольствием. Но при мне нет ни меча, ни Библии.

– Клянитесь на той реликвии что висит на вашей груди. Дело серьезное, кузен, отнеситесь к нему подобающе.

– Согласен, – дОуан, заинтригованный, вытащил из-за ворота небольшой медальон с изображением Девы Марии.

Взяв его в левую руку, правую он протянул к девушке.

– Покровом пресвятой Богородицы, чья часть досталась мне по наследству, клянусь хранить тайну, которую откроет мне дева Анет сейчас, не сходя с этого места. Если я не сдержу клятву, пусть весь христианский мир считает меня бастардом.

Анет опустила голову, скрывая усмешку, а Энтони не понимая, смотрел то на одного то на другую.

– Говори же, кузина, я сгораю от любопытства.

– Помнишь, дядя Арль рассказывал про земли аббатства Бонневаль? Западные поля и лес принадлежат сиру Бретани. Но церковь их уступать не хочет. Помнишь, дядя говорил про письмо парижского нотариуса Жака Лё Пеня. Так вот оно нашлось, и сейчас Антуан везет его на судебный процесс. Да, Антуан просто посыльный в этом деле. Знаешь же сам, что дядя не позволит с ним ехать человеку, который что-то замышляет против церкви. Вот я и хочу помочь человеку добраться до Тулузы.

– А где его лошадь?

– Его ограбили в дороге. Нужно помочь ему, дорогой кузен. Пожалуйста. Мне всегда было жалко семью графа Ренна, а особенно Констанцию.

– Неверую в башмаки?

– Неверую, аминь.

Энтони слушал этот разговор, ничего не понимал и хмурился.

Молодой человек и девушка рассмеялись.

– Хорошо, милая кузина, я устрою малого среди слуг. Идем, Антуан, я скажу, что сам нанял тебя.

Энтони посмотрел на свои башмаки, вздохнул и последовал за шевалье.

– Значит ты служишь у нотариуса? – спросил дОуан, шагая вперед юноши.

– Нет.

– А как же письмо оказалось у тебя? – удивленно оглянулся шевалье, все еще высокомерно.

– Попросили, – коротко ответил Энтони, проклиная в душе необходимость выкручиваться.

– Ты – дворянин?

– Да.

– Шевалье?

– Да.

– Врешь, не похож на рыцаря. И говоришь не совсем правильно.

– Я вырос в Корнуолле.

– Норманн?

– Да. Из дома Монфоров.

– Тогда мы с родни. Я из дома Бофремонов. Младший или бастард?

– Младший.

– Понятно. Монфоры – сильный дом. А чем он связан с домом Плантагенетов?

– Понятия не имею.

ДОуан посмотрел на спутника с подозрением.

– У моей кузины, золотой Анет привычка помогать всем нищим и обездоленным, – громко и четко сказал он, но Энтони промолчал на его выпад.

ДОуан, хоть и ворчал, но сделал все, как обещал. Он устроил Энтони помощником к кучеру первой грузовой телеги. Это был большой фургон, везущий сундуки, принадлежавшие почтенному прелату и его свите.

До Тулузы кавалькада доехала без приключений.

Остановившись в доме, который де Монфоры даровали епископу Арлю, Анет поспешила устроить Энтони в помещении для слуг. Управляющий и доверенные лица епископа привыкли уже к тому, что их господин целиком положился на девушку, практически сделав ее ключницей и управительницей своих владений.

Энтони держался от всех особняком.

Анет нашла его, едва он пообедал за общим столом и позвала с собой.

– Есть возможность попасть в замок герцога. Мой опекун едет туда. ДОуан сопровождает его. Пойдете, как его оруженосец.

Энтони, по складу своему прямой и честный, не понимал этой игры. Ему казалось, стоит только подойти к воротам, как граф Амори сам выйдет ему на встречу с раскрытыми объятиями.

Оруженосец Энтони дали верхнюю рубашку-тапперт синего цвета до колен, которую он надел прямо поверх своей, того же цвета шоссы-мужские чулки