Как управлять вселенной не привлекая санитаров - Григорий Хайт

к операции готовят — работа рутинная. Хирург к операции готовится — работа тоже рутинная. Боря же, в это самое время, развивает же совершенно не рутинную деятельность. Был в то время в нашем городе один главный то ли хирург, то ли врач. Короче некий С. курирующий медицинские учреждения. И вот к нему Боря направляет делегацию своих родственников. Со сложностями, но как бы то ни было, они пробиваются к С. на прием. Понятно, что дело срочное, безотлагательное. Детали разговора конечно же никто и не помнит, но канва разговора такая.

Теща: Кто у вас в больнице номер 1 самый лучший хирург?

Главный врач С: У нас все хирурги очень хорошие.

Теща: Верим что ваши хирурги очень хорошие, но кто у вас самый лучший?

Главный врач С: Ну к примеру доктор Дундуков. Прекрасный, ответственный хирург с тысячью успешно проведенных операций.

Теща: Это как раз то что нам нужно. А не могли ли вы позвонить доктору Дундукову и попросить его успешно провести хирургическую операцию. Ну а мы вас отблагодарим.

Далее из тещиной сумочки-чемоданчика извлекается тогдашняя валюта советской интеллигенции — коньяк Наполеон и подарочный набор конфет Ассорти. Все это сопровождается словами — "Это половина, а вторая половина после успешно проведенной хирургической операции."

Ну что остается главному городскому врачу С? Позвонить доктору Дундукову и просить успешно провести хирургическую операцию. Кстати говоря, ничего определенного главврач С. о докторе Дундукове не знал. Сказал так, навскидку, дабы не ударить в грязь лицом, шоб никто потом не говорил "то ж мне главврач, который своих подчиненных не знает."

Но это происходит за пределами городской больницы номер 1. А в пределах той самой больницы, доктор У. готовится к операции. Борю же к той самой операции готовят. Далее следуя мемуарам доктора У, в то время когда он уже облачился в хирургический халат, почти домыл руки и почти одел хирургические перчатки, в предоперационное отделение врывается разгоряченный доктор Дундуков.

"Мне только что позвонил сам С. и просил самолично провести операцию вашему пациенту."

"Ну хорошо" — отвечает доктор У. — "Пациент готов, палата тоже. Мойтесь, облачайтесь, начинайте, а я вам буду ассистировать.

"Отлично" — сообщает доктор Дундуков — "тут только вот проблема. Я прямо вот сейчас должен ехать на дачу. Давайте-ка вот что сделаем. Пациент стабилизирован, кровотечение остановлено. Сегодня пятница. Если начнем делать операцию, я тогда на дачу точно не попаду. Давайте перенесем операцию на понедельник. Все равно за два дня ничего с ним не случится."

"А если случится?" — поинтересовался доктор У. — если опять начнется кровотечение?"

"Да ничего не будет" — продолжал доктор Дундуков — "полежит на диетке пару деньков, а дальше в понедельник, прямо с утра все и сделаем."

"Ну а если все-таки что-то произойдет?" — продолжал настаивать доктор У.

"А …" — задумавшись произнес доктор Дундуков — "тогда вы позвоните ко мне на дачу и я тут же приеду."

На сём и расстались. Боре сообщили о переносе операции. Боря был несказанно счастлив. Операцию он воспринимал как предстоящую казнь, а два предстоящих дня — как чудесный божественный подарок. Впрочем, радости Бори доктор У. не разделял и на всякий случай попросил медсестру заглядывать почаще к блатнику Боре, присматривать за ним. Ну а сам доктор У. тоже уехал на дачу, но свою, не Дундуковскую. Теперешняя молодежь наверняка не знает это вожделенное советское слово "дача". Поинтересуйтесь у своих "предков" — бабушек, дедушек, на худой конец у родителей. Авось просветят.

Далее происходит вот что. В воскресенье с утра раздается звонок телефона на даче доктора У. Подозревая что-то весьма неприятное, доктор У. снимает трубку телефона. На проводе медсестра, которую попросили почаще навещать блатника Борю. Взволнованным голосом она сообщает, что пациент в сознании, но весь белый. Пульс есть, а вот давление не прослушивается. Вам это ни о чем не говорит, а вот врач сразу понимает. Серьезное желудочное кровотечение.

"Ну а доктору Дундукову вы звонили?"

"Да, звонила. Но он трубку не берет."

Судя по всему, весьма ответственный доктор Дундуков, хорошо отметил приезд на дачу, совершенно забыл и о пациенте, и о советской валюте в виде коньяка с конфетами. Но это выяснили потом. А сейчас нужно было срочно добираться в больницу. А как? Был у доктора У. срочный, как сейчас говорят, эмэрдженси номер, также как и телефон, проведенный, сказать неслыханно, в деревенский дом. Ну вот набирает доктор У. срочный номер СанАвиации. Не удивляйтесь, пожалуйста. Доктор У совершенно не собирался лететь в город на самолете и выбрасываться с парашютом. СанАвиация — это не только самолеты и вертолеты. У них естественно есть и автобусы и автомобили, потому что если пациента доставляют на аэродром, далее колесами его надо везти в город, в больницу.

Злая перепалка с диспетчером СанАвиации все же заканчивается в пользу доктора У, который уже угрожал, что если через час он не будет в больнице, то пациент умрет, а диспетчер за это ответит. Итого, все решилось хорошо. Прислали автобус, который и докатил доктора У до больницы.

Ну а теперь маленькое отступление, отсылка к действиям самоубийцы Бори. Что он там натворил. Собственно ничего особенного. Собственно это теща поучаствовала в столь нежелательном течении событий. В субботу с утра она начала печь пирожки. На вопрос — "Мама, что ты делаешь?", Борина теща сообщила, что Боре предстоит тяжелая операция и потому Боре надо набираться сил. На несмелые возражения дочери, что мол доктора велели Боре сидеть на диете и ничего не кушать, Борина теща, эдак подбоченясь, уперши руки в бока, заявила — "Доктора велели Боре не есть больничную еду, которая, как известно, сплошная отрава. А вот кушать домашнюю еду — это можно и даже очень полезно.

Короче румяные пирожки поджарились и перекочевали в корзинку, в которую также был поставлен горшочек масла. Далее мама, тепло одевшись, поехала навещать больного Борю. Для полного сходства со сказкой Шарля Перо не хватало лишь красной шапочки в гардеробе и серого волка в парке возле больницы.

Кстати хочу поделиться с вами последними историческими исследованиями сказки Шарля Перро. Оказывается, что там было все не так. Волк, как известно сначала съел бабушку, потом Красную шапочку, а потом решил закусить пирожками. Сожрал всю корзину пирожков. От обжорства живот у него лопнул и оттуда выскочили живые и невредимые бабушка и внучка Красная Шапочка. Охотники же явились потом и нагло присвоили себе героический поступок по ликвидации волка.

Собственно примерно то же самое произошло с Борей. Не выдержав, соблазненный