Корсары Мейна - Виталий Гладкий

Быстроходный двухпалубный фрегат новой постройки под флагом Испании вторую неделю крейсировал в Карибском море неподалеку от побережья Сан-Доминго. Назывался он «Нуэстра Сеньора дель Росарио», и командовал им капитан дон Энрике Альварес де Толедо. Он прибыл на Мейн недавно и хотел как можно быстрее отличиться в борьбе с пиратами, этими исчадиями ада, которые так мешают процветанию не только испанских провинций, но и метрополии. Дон Энрике происходил из знаменитой семьи, но самого капитана угораздило родиться в боковой, захудалой ветви рода Альварес де Толедо, поэтому командование королевским фрегатом пока было для него вершиной военной карьеры. Да и то, он попал на корабль благодаря связям и своей звучной фамилии.

Поэтому дон Энрике изо всех сил старался оправдать высокое доверие адмирала, командующего флотом Испании, который приходился ему дальним родственником, и отличиться в охоте за проклятыми еретиками, от которых сильно страдали интересы испанской короны. Его корабль как раз и был построен для этих целей: узкий, стремительный, имевший пятьдесят новейших орудий.

Был великолепный день. Недавно прошла гроза, изрядно освежив воздух, солнце светило не жарко, по небу бродили белые облака, ветер дул не сильно, приятно обвевая лицо, и капитан дон Энрике сибаритствовал на палубе фрегата в компании идальго, которого звали дон Педро Фернандес де Веласко. Особенно импонировало капитану то, что дон Педро был hidalgos solariego – «идальго по происхождению», как и он сам.

В Вест-Индии чаще всего можно было встретить hidalgos de sangre – «идальго по крови». Это были мелкопоместные дворяне, которые не помнили истоков своего происхождения и не имели какого-либо официального документа, подтверждающего статус. То есть они не были благородными с незапамятных времен.

Другое дело – «идальго по происхождению». Они считались самыми благородными и самыми уважаемыми. Правда, для этого требовалось доказать, что род такого идальго имеет право на свое высокое положение в обществе. Звание hidalgos solariego некоторые испанские дворяне получали и за выдающиеся заслуги, но такое случалось редко. Но кто в Испании не знает род, к которому принадлежал дон Педро? Взять того же Луиса де Веласко, который был вице-королем Новой Испании. Или коннентабля Хуана Фернандеса де Веласко, наместника Милана, – правда, почившего еще в начале века, – с которым, как оказалось, гость капитана был в близком родстве.

Впрочем, гостем дон Педро мог считаться только номинально. Его подобрали матросы на необитаемом острове, и бедный идальго провалялся в жутком состоянии почти двое суток, временами впадая в полное беспамятство. Скорее дон Педро должен считать дона Энрике Альвареса де Толедо не гостеприимным хозяином, а своим спасителем, что сильно возвышало капитана в собственных глазах.

Он уже придумал много разных историй о чудесном спасении де Веласко, которые расскажет по возвращении в родное Толедо, где у него пропасть кузин и приятелей. Они большие любители всякой экзотики. А что может быть интересней и увлекательней приключений, связанных с человеком, который оказался после кораблекрушения на необитаемом острове? К сожалению, дон Педро не очень словоохотлив. Наверное, сказались нечеловеческие условия, в которые он попал. Де Веласко больше слушает, нежели рассказывает сам. Они неторопливо потягивали великолепный испанский херес из винного погребка капитана, и дон Энрике с увлечением распространялся о своих любовных похождениях. Это была его излюбленная тема, что и неудивительно, – капитану фрегата недавно исполнилось двадцать четыре года.