Царь Гектор - Ирина Измайлова

Сети раздумывал, как ему поступить: показаться ли в комнате либо просто дождаться, пока Рамзес уйдёт в свой спальный покой и тогда, отдав распоряжения страже, поскорее покинуть дворец. То, что он услышал, вызвало в душе начальника охраны смятение — он прекрасно понимал, что фараон не зря устроил так, чтобы он услышал весь этот разговор, зная о его дружеских чувствах по отношению к Гектору. Но чего он от него ждал?

— Эй, Сети, ты не заснул там? Иди сюда!

Голос фараона прозвучал совсем рядом и, резко обернувшись, Сети увидел его тень в дверном проёме.

— Ну и надоел же мне этот Панехси! — почти весело воскликнул Рамзес, когда начальник охраны вошёл в комнату. — Как же он любит меня пугать... Дождётся ведь, что когда-нибудь я сам его напугаю!

— Я буду рад помочь тебе в этом, о Великий Дом! — проговорил Сети с такой искренней надеждой, что фараон рассмеялся.

— Какую нежную любовь вызывает везир у большинства моих подданных! И тем не менее он всемогущ, и ему никто не смеет перечить... Никто не смеет пойти против его воли.

Сети покачал головой.

— Нашлись бы такие, о мой повелитель, очень даже нашлись бы, лишь бы ты показал, что твоя воля не совпадает с волей везира!

Стремительный взгляд, который фараон бросил на царедворца, был пойман на лету и выразил больше, чем произнесённые затем слова:

— Я видел слишком много предателей, Сети. Слишком много.

— Я тебя не предам, — сказал молодой человек, твёрдо взглянув в глубокие глаза Рамзеса.

— Верю. Я верю, что ты не предашь никого из своих друзей, Сети! — фараон сделал особое ударение на слове «никого». — К сожалению, таких, как ты, мало.

Начальник охраны молчал. Он понимал, что сейчас Рамзес скажет то, ради чего его позвал.

— Ну как бы мне хотелось хотя бы день-два не видеть Панехси! — уже вновь шутливым тоном произнёс фараон. — Ну хоть бы спрятаться от него на пару дней, что ли, чтоб он мне не надоедал!

— Разве у нас можно где-то спрятаться? — Сети усмехнулся, но при этом внутренне весь напрягся, отчего-то понимая, что задаёт, возможно, самый важный вопрос. — Разве такой заметный человек, как ты, о повелитель, мог бы здесь где-то укрыться оттого, кто знает всё о Египте?

— Ну, только не считай Панехси богом! — воскликнул Рамзес почти гневно. — Если он пока что имеет в наших землях неограниченную власть, забывая и о том, кто здесь хозяин, и о том, что человек смертен, то это не означает, что ему всё и обо всём известно! Я думаю, если мне захочется, я от него так спрячусь, что он голову сломает, разыскивая меня. Жаль только, фараону нельзя исчезать надолго!

Сети смотрел на повелителя жадными, вопрошающими глазами.

— И где бы ты спрятался, о Великий Дом?

Рамзес вновь рассмеялся, и на этот раз в его смехе послышалось облегчение — он понял, что Сети сделает то, на что он рассчитывал, затевая с ним этот разговор.

— Тебе ведь случалось сопровождать меня на охоту два года назад, когда мы пересекали Средний ном по ту сторону Хани и добрались до границы пустыни? — спросил фараон.

— Конечно, я был с тобой, как и всегда до того, — ответил Сети.

— Не всегда, а лишь с тех пор как ты — начальник моей охраны... И, если ты помнишь, там пустыня отодвинулась далеко от реки. Плодородная земля, рощи и луга тянутся на два дня пути. И там есть цепь холмов, а вдоль них... Помнишь, что там, да, Сети?

— Там лежит один из древнейших городов мёртвых — он весь в руинах.

— Да, да. И гробницы там примыкают вплотную к скалам. Помнишь?

— Конечно, помню, великий! — голос Сети вдруг чуть заметно задрожал.

Фараон вновь сел в своё кресло и взял со стоявшего рядом столика чашу с пивом. Он обожал нить его именно на ночь.

— Третья гробница, если считать с востока, как бы вдастся прямо в скалистый кряж. Вход в неё завален камнями, он кажется непроходимым, на самом же деле там очень легко пройти. Внутри — обычный лабиринт, по которому опасно ходить. Но если запомнить... У тебя хорошая память, да? Так вот, если запомнить: второй поворот налево, четвёртый направо, потом третий налево, дальше — развилка, и в ней нужно выбрать правый коридор. И там опять — второй поворот налево. Коридор приведёт к началу прохода прямо через скалу и выведет в великолепную скальную пещеру. Посреди неё — озеро с очень чистой водой, сбоку в него втекает источник. В озере водится рыба. Кто знает, как она попала туда? Свет проникает в пещеру через многие отверстия в стене скалистого кряжа, туда влетают ласточки и иногда кружат над озерцом... С другой стороны пещеры — ещё один проход, он выводит в ущелье, где любят пастись маленькие рыжие антилопы. Там можно жить хоть год, и никто никогда тебя не найдёт.

У Сети перехватило дыхание. Он наконец понял...

— Но кто-то же знает об этой пещере, повелитель? — прошептал он.

— Только я, — фараон опять засмеялся. — Знал ещё один охотник по имени Маашу. Он случайно нашёл эту пещеру, он и открыл мне секрет гробницы. Но Маашу давно состарился и умер. И если бы... — тут голос Рамзеса стал глух, и он отвернулся, будто говорил уже с самим собой. — И если бы мне, к примеру, пришлось от кого-то бежать и я не мог бы сразу решиться на опаснейший путь через пустыни и леса к морю, огибающему наши земли, — ведь через Египет не убежишь, не так ли? Если бы я был болен, например, или мне пришлось взять с собою маленьких детей... Вот в этой пещере я бы и скрылся на время, усыпил бы внимание моих врагов и преследователей, а потом... Но что это я говорю? Разве мне, фараону, пристало думать о бегстве, даже если бы я и боялся кого-то! Как ты думаешь, а, Сети?

— Я думаю, что мы, те, кто тебе верен, сумеем тебя защитить! — твёрдо произнёс начальник охраны, вновь, во второй раз за этот вечер, чувствуя, как его спина сверху донизу покрывается потом.

— Я в этом не сомневаюсь! — сказал Рамзес и одним глотком допил пиво. — Ну, а теперь ступай, мой верный Сети, ступай и поспеши. Не то проклятый всё воет так, будто его наняли выть. Спеши, Сети!

— Благодарю тебя! — воскликнул молодой человек, в порыве восхищения и благодарности склоняясь до самого пола, чего он прежде не делал, когда они с Рамзесом бывали с глазу на глаз.

Спустя полчаса он бегом влетел в свой дом, но прошёл не в свои покои, а на половину Хауфры.

— Зови скорее хозяина! — крикнул он выбежавшему ему навстречу рабу-нубийцу. — И скажи служанкам госпожи Альды, что если она не спит, то пусть тоже выйдет ко мне...