Дети света - Дина Терентьева

– Мама, – покачала я головой, – ты не представляешь, как я хочу тебя забрать.

Она помотала головой, словно воробышек, который стряхивает капли дождя.

– Неужели так хорошо?

– Конечно!

– Но мне и здесь неплохо! – махнув рукой, засмеялась она.

– Ты невыносима! Вы же любите друг друга! – я встряхнула руками.

– А Роб… – послышались шаги Роберта, и мама осеклась. – Роберт, проходи на кухню! Сейчас налью тебе кофе. А это – мои фирменные круассаны, – мама снова вспорхнула из-за стола.

– Спасибо, миссис Стюарт! – Роберт сел за стол и улыбнулся мне так, что в душе я вспылила. И что он себе позволяет? Он что, на самом деле издевается надо мной?

Время за завтраком тянулось неимоверно долго. Эмили в основном разговаривала с Робертом, расспрашивала его об Англии и о том, как ему работается с отцом. Роберт, с присущей ему дипломатией и умением выкручиваться, отвечал на все вопросы мамы, а она, в свою очередь, восхищалась чуть ли не каждой его фразой.

– А вот я в Англии никогда не была, – сказала мама с сожалением.

– Значит, я вас приглашаю в гости, – сказал беззаботно Роберт.

– Правда?! – она от радости чуть не выронила чашку из рук.

«Ну и ну! Вот подхалим!» – подумала я. «Зачем ему приглашать Эмили в гости? Она ему кто, подружка?» – не укладывалось в моей голове.

– С Алексой, – добавил он и посмотрел на меня и подмигнул.

«Что-то я совсем ничего не понимаю».

Мама весело смеялась, а морщинки в уголках глаз придавали ей еще больше задорности и совсем ее не портили. По крайней мере, ей весело, а с Робертом при случае я разберусь. Я прищурила глаза и искоса посмотрела на него. Он допил кофе, поставил аккуратно чашку на блюдце и, мило улыбнувшись, сказал:

– Алекса, я поехал в гостиницу, позвоню тебе после полудня. Надеюсь, ты к этому времени отдохнешь?

– Да, конечно.

– Отлично! Будь готова, я тебя заберу! До встречи! Миссис Стюарт, спасибо за чудесный завтрак! Вечером увидимся! – попрощался он и встал из-за стола.

– На здоровье, Роберт! – мама так и млела перед ним, что меня, мягко говоря, раздражало.

Роберт взял свою дорожную сумку и вышел. Как только за ним закрылась дверь, мама предложила мне перейти в гостиную. Эмили присела на диван, повернулась ко мне и многозначительно посмотрела мне в глаза.

– Алекса, скажи мне, а у вас с Робертом…

– Нет, мама, что ты! – я перебила ее и попыталась говорить как можно убедительнее.

– Странно! – хмыкнула она.

«Прямо как папа», – подумала я. Меня это даже позабавило.

– Почему?

– Человек, которому ты безразлична, не задержит взгляд на тебе, а он так смотрит на тебя, будто не видел сто лет и сейчас не упускает шанса наверстать упущенное. – Мама всегда была проницательной, и мне стало не по себе от ее слов.

– Тебе это показалось, мама. Ему нет причины смотреть на меня так. У него ведь есть девушка. – Я посмотрела в пол и сникла.

– Девушка? Ну-ну! – как-то ехидно она произнесла эти слова, будто усомнилась.

– Мама, не смотри на меня так. Ты пробуравишь во мне дырку. Да, он мне сам сказал, – пожала я плечами.

– Понятно, – кивнула она головой, теребя кончик шелковой бежевой рубашки.

Эмили меня ни о чем больше не стала расспрашивать и сменила тему, спросив, как живется с отцом. Я рассказала подробнее о доме, его друзьях, как моя жизнь изменилась с тех пор. Еще раз упомянула о поездке в Лондон, при этом умолчав о приключениях, как и в письме. А мама, в свою очередь, рассказала о своей жизни без меня и еще раз не забыла подчеркнуть, что пока ей и одной неплохо. Она приобрела новые хобби, круг ее знакомств пополнился и ей скучать некогда. Нашу милую беседу прервал звонок телефона. Это был Роберт.

– Алекса, я через полчаса подъеду. Буду ждать внизу.

– Хорошо, Роберт! Увидимся! – я положила трубку. – Не заметила, как время пролетело. Роберт меня скоро заберет.

– Вы уедете, а я приготовлю ужин, как только вернусь с йоги.

– Спасибо тебе, мама! Ты у меня самая неугомонная!

Я спустилась вниз налегке: оставила даже сумку и ключи от дома. Как мы и договорились, Роберт приехал через полчаса и ждал меня внизу в машине, только уже другой. Я собралась шмыгнуть на переднее сиденье невзрачного серого форда, но он опередил меня и успел открыть мне дверь.

– Как тебе это удается? Ты очень быстро двигаешься! – я все еще не могла привыкнуть к его быстрому перемещению.

– Тренировка, – он довольно улыбнулся и хлопнул по рулю.

– Новая машина?

– Да, решил не светиться.

– Куда едем? – спросила я.

– К родителям Марины. Кто, как не они, могут подробно рассказать о ее жизни? Покажешь, где она живет?

– Да, конечно! Всего в трех кварталах отсюда.

– Будешь моим штурманом! Поехали! – он нажал на газ.

Отметив про себя, что дела отвлекают от грустных мыслей, я почувствовала, как груз, отягощающий мое существование, постепенно упал с моей шеи. На лице Роберта сияла улыбка, а от прохлады не осталось и следа. Интересно, почему? Может быть, он почувствовал облегчение после того, как сказал, что у него есть девушка?

Мы подошли к входной двери квартиры Марины, и я робко нажала на звонок. За дверью послышалось шарканье старых тапочек.

– Кто там? – спросил мужской голос. Похоже, отец подруги: больше некому.

– Мистер Питерсон, это Алекса! – крикнула я как можно громче.

Защелкой двери два раза клацнули.

– А-а, Алекса, дорогая! Рад тебя видеть! – мистер Питерсон открыл дверь. Пожилой мужчина, как всегда, был одет в неизменную вытянутую майку, брюки на подтяжках, а в руках держал газету.

– Я не одна, со своим одноклассником.

– Хорошо, хорошо! Проходите!

– Добрый день, мистер Питерсон! Меня зовут Роберт! – поздоровался мой ангел.

– Рад знакомству, Роберт! Сильвия! Где ты? К нам гости! – крикнул мистер Питерсон своей супруге.

– Иду, иду!

Из спальни вышла мама Марины, в старом свитере с юбкой, волосы уложены в куль на затылке, по бокам рассыпались непослушные седые пряди, а на переносице красовались толстые очки. Она так же шаркала старыми тапочками, передвигая с трудом ноги. Марина была поздним и единственным ребенком у супругов Питерсон. Мне стало жаль их. Одна дочь, и та попала в беду. Добродушные родители Марины всегда относились ко мне приветливо. Когда я гостила у подруги, миссис Питерсон баловала нас свежей выпечкой, а ее супруг не пропускал нас, не пошутив и не сделав комплимент.