Марвел: Спектр - borbos

Уэйд получил свой хэппи энд, правда, не во всём закрыл галочки. Как оказалось, Френсис — или Аякс — и отдалённо не представлял, как вернуть внешность наёмнику, и возможно ли это в принципе. Тот был лишь исполнителем, экспертом в своей уникальной стезе — провоцирования сыворотки гена Икс в подопытных, то бишь вивисектором и мучителем со стажем. Крису уже закрадывались подобные мысли в голову, — ещё во времена их первых облав на скрытые базы — но тогда ему не хватило смелости произнести свои подозрения. Да и всегда ему казалось, что Уэйд подсознательно знал правильный ответ на свой вопрос, просто не мог смириться с риском того, что Ванесса может его оттолкнуть. Ну, может Дедпула назвать красавчиком уже язык не повернётся, но свою любовь он вернул, а это главное.

А что же случилось с ним, Кристофером «взрослом во всех отношениях» Уоллесом?

Ну…

Он достиг ещё одного пика своей жизнь…

— Пф–ф–ф, — Нежданно–негаданно Эмма не смогла удержаться и усмехнулась.

— Ага, — «грозно» нахмурился Крис, одним движением переворачивая Эмму на спину, вызвав у последней визг. — Опять читаешь мои мысли⁈

С подобным обвинением он начал безжалостную атаку на её шею, покусывая и целуя, поднимаясь вверх, пока не добрался до уже привычных, но от этого не менее желанных губ.

Крис хотел развить успех непродолжительного сеанса поцелуев, начав с некоторой настойчивостью мять бедро Эммы, но та отстранилась, вызвав приступ вселенского облома. Не сказать, что данный жест был непредсказуемым, но всё равно…

— Милый, — пропела Эмма с улыбкой на лице, выставив между их губ свой указательный пальчик. — Душ, завтрак, одежда, работа.

— Эмма…

— Никаких «но»…

— Э–эх, — горестно вздохнул Крис, вставая с кровати. Его «готовность» с ним была не согласна, но ничего не поделаешь. — Хорошо…

В первые разы ещё получалось «разводить» Эмму на утренние сеансы «веселухи», но позже осознав, что такой подход влияет на работу — та начала жестко следовать за графиком. Молодыми миллиардерами не становятся те, кто наплевательски относятся к своей работе, а Эмма была трудоголичкой до мозга костей. Правда, это не мешало ей требовать сладкого во время рабочего дня. И это было не маленьким таким утешением, да…

— Вместе? — С потаённой надеждой пошёл Крис за Эммой в ванну, но…

— Нет, — захлопнулась у него дверь перед носом.

Да…

Сложно жить с партнёром, который любит закрадываться в твои мысли. Никаких, мать его, сюрпризов! Ну, ничего, в квартире Эммы несколько ванн, он не гордый, передёр… Будет настраиваться на рабочий лад!

Так вот, он официально встречается с Эммой! И это было просто… охренительно.

Он всегда мечтал о девушке, о любовном интересе, который ответил бы взаимностью. И эти две недели напоминали настоящий рай, честно говоря! Он больше не чувствовал одиночества, у него были друзья и любимая девушка, высокооплачиваемая работа и невероятные силы… А всего четыре месяца назад он работал у кассы в захудалом магазинчике Гарлема!

Приняв душ, побрившись и уложив волосы, Крис сверился с часами на телефоне. У них была оформлена ежедневная доставка на восемь часов…

Звонок в дверь — ровно в восемь часов утра — ещё раз утвердил силу денег и качества. Каждый день, без перебоев, минуту в минуту.

Приняв от курьера пакета с едой и оставив чаевые, — чаевые Крис с недавних пор оставляет всегда, ещё в бытие барменом он осознал насколько это важный аспект трудовых отношений — он направился на кухню, где в тонком халатике уже сидела Эмма. Без косметики с лёгким румянцев от горячего душа, но «домашней» её назвать язык не повернётся. Даже в таком состояние она излучала ауру роковой сексуальности.

— Спасибо, милый, — подмигнула ему Эмма.

Крис лишь закатил глаза.

— Так–с, — Крис достал из пакета большую пластиковую миску. — Твой боул с курицей, булгуром, варёной свеклой, тыквой, огурцами, морковкой и красной капустой. Как всегда, сбалансированно, легко и неоправданно дорого для салата, который даже смешать не потрудились…

В этот раз глаза закатила Эмма.

— И… — Крис с предвкушением достал картонную коробку. — Моя Маргарита! О великолепная, королева всех пицц — Маргарита!.. — Он с гордостью продемонстрировал ей кусок пиццы, будто бы сам её сделал. — Вот, попробуй. Это еда! Настоящая пицца. Нет каких–то извращённых начинок, нет тонны теста, которое перебивает вкус. Тончайшее тесто, хрустящий корж, соус, сыр, помидоры — всё идеально сбалансировано.

— Ох уж это ваше уникальное высокомерие, присущие только уроженцам Нью–Йорка. Тут даже итальянцы не захотели бы с вами связываться. Больше головных болей, чем конструктивного спора…

— Это не высокомерие, — горделиво фыркнул Крис. — У нас лучшая пицца в мире. Это факт! Может быть Италия и создала пиццу, но именно мы сделали её знаменитой на весь мир!

— Слишком… консервативно, — со скепсисом она обозрела кусок пиццы в его руках. — Я бы не отказалась от авокадо в пицце. Где смелость? Где изюминка?

Крис замер, недоумённо моргнул, а затем расхохотался.

— Авокадо? На пицце? Ты серьёзно?

— Абсолютно, — парировала Эмма, невозмутимо поглощая свой собственный завтрак. — У нас в Лос–Анджелесе пицца — это искусство. У нас есть пицца с авокадо, козьим сыром, руколой… Моя любимая — с креветками и чили.

— Креветки и чили? На тесте? — Крис смотрел на неё так, будто она только что предложила заменить сыр на брокколи.

— Да, — невозмутимо продолжила Эмма. — А чикагская пицца? Слои начинки, будто лазанья, глубокая, насыщенная. Это гастрономическая романтика, а не просто тонкая лепёшка.

— Я даже слушать не хочу ничего о Чикаго! — Крис поставил свой кусок на тарелку и сложил руки на груди. — Это не пицца, а запеканка в форме теста. Её вообще есть ложкой надо.

Эмма усмехнулась, наблюдая за ним, словно за ребёнком, чью игрушку кто–то посмел оскорбить.

— А Нью–Йоркская пицца, по–твоему, это вершина кулинарии? Просто кусок хлеба с томатным соусом и сыром?

— Да, — ответил он, наклоняясь вперёд. — Потому что это честно. Это о вкусе, а не о показухе. У нас не надо ничего усложнять, чтобы сделать вкусно.

Она вздохнула, подперев голову ладонью.

— Ах, Нью–Йорк. Никогда не изменяет своим традициям. Такая… надёжная скука.

— Скука? — Возмутился Крис. — Ты сейчас хвалишь пиццу, которая больше похожа на салат или пирог, и называешь нашу скучной?

Эмма