Патриоты - Джек Кавано

Андре протиснулся мимо него.

— Можешь оставаться. Я пойду.

— Подожди. — Исав схватил друга за руку. — Ты ничего не замечаешь? На лодке нет белого флага. А вдруг это ловушка? Давай я заменю тебя. Тогда в их сети попадется мелкая рыбешка. Если же Арнольд и впрямь ждет тебя на берегу, я постараюсь убедить его подняться на корабль.

— Нет. Я сойду на берег. Всегда приходится отклоняться от первоначального плана. Ты со мной?

— Только возьму шинель.

Перед тем как молодые люди сели в лодку, Сутерланд предложил им переодеться в штатское платье. Андре отказался. Он уже дважды проигнорировал приказы генерала Клинтона и не хотел делать это еще раз.

— А это кто? — мистер Смит жестом указал на Исава. — Речь шла только о Джоне Андерсоне. Мне это не нравится…

— Он со мной, — резко отчеканил Андре.

— Его я не возьму! — Смит был напуган.

— У вас есть выбор. — Взгляд Андре стал жестким, голос тоже. — Либо вы перевозите нас обоих, либо вы вылезаете из лодки, и мы добираемся до берега самостоятельно.

Мистер Смит уставился на них небольшими злыми глазками, потом что-то буркнул себе под нос и взялся за весла. Когда лодка отошла от корабля и стали видны лишь его бортовые огни, Исав принялся осматривать берег. Сосновый лес спускался к самой воде. Луна лила свой жидкий свет на узкую полоску берега.

Дорогой они молчали. Когда лодка причалила к берегу, Смит махнул в сторону леса:

— Он там.

Впереди шел Андре, за ним изо всех сил поспешал Исав. Походка Андре была тверда и уверенна. А вот Исав уверенности не ощущал. Деревья росли густо. Было темно. Под ногами трещали ветки и шуршала посохшая листва. То и дело тишину нарушали непонятные, пугающие лесные звуки.

— Стой или буду стрелять!

Молодые люди застыли на месте.

— Кто вы такие?

Сердце Исава бешено бухало.

— Джон Андерсон. — Голос Андре был на удивление спокойным.

— Он должен быть один.

Исав узнал говорящего.

— Сэр… Генерал, это я. Исав Морган.

— Исав? — Голос Арнольда звучал недоверчиво. — Вы оба, подойдите ближе. Я хочу вас видеть.

Молодые люди шагнули вперед.

— Исав! — В руках Арнольда был пистолет. — Вы! И в форме. Я думал, вы умнее. Вас обоих чуть не подстрелили. Мы ждали мистера Андерсона.

— Присутствие Исава — не единственное изменение в наших планах. Почему вы не захотели встретиться на борту «Грифа»? — заговорил Андре.

Арнольд хмуро смотрел на него своими умными серыми глазами и молчал.

— Генерал, — подал голос Исав, — позвольте представить вам майора Джона Андре.

Пистолет опустился.

— Я не мог уйти раньше, не возбудив подозрения.

Арнольд не принес с собой никаких бумаг и привел только одну лошадь — для Андре. К большому неудовольствию мистера Смита (оказывается, это было его настоящее имя), его кобылу отдали Исаву. Бедняге Смиту пришлось отправиться за лошадью в Хаверстро. А Андре, Исав и Арнольд тем временем направились к его дому — он располагался к северу от города.

На подъезде к Хаверстро их остановили часовые. Однако тут же отпустили. Увидев генерала Арнольда, едущего ночью по городу в сопровождении двух англичан, часовые, надо полагать, очень удивились.

Добравшись до дома Смита, заговорщики тотчас начали совещаться. Арнольд разложил карты Вест-Пойнта на большом столе. Он детально описал форт, отметил все его слабые места, многие из которых возникли не без его, Арнольда, помощи. Так, генерал указал на огромную дыру в стене — ее пробили по его приказу (Арнольд настоял на ремонте форта). Кроме того, генерал с самодовольным видом поведал молодым людям следующее: он удалил одно звено в железной цепи, препятствовавшей проходу кораблей по Гудзону. Звено было заменено другим, очень непрочным — оно не выдержит самого слабого удара.

Затем Андре и Арнольд перешли к обсуждению денежного вопроса. Тон генерала тотчас стал жестким. За свои услуги он требовал десять тысяч фунтов стерлингов. Кроме того, его и Пегги должны были переправить в Нью-Йорк до начала операции. Андре был уполномочен вести разговор только о шести тысячах фунтов стерлингов, тем не менее он пообещал убедить генерала Клинтона выплатить коменданту Вест-Пойнта требуемую им сумму.

— Он может это сделать? — обратился генерал к Исаву, — Послушается ли его Клинтон?

— Думаю, да, сэр. Генерал Клинтон высоко ценит майора Андре.

— Неплохо.

Было четыре часа утра. За окном уже начало светлеть. Арнольд извинился перед молодыми людьми и, прихрамывая, покинул комнату — он пошел узнать у Смита, не может ли тот организовать для них завтрак.

— И что ты об этом думаешь? — зашептал Андре.

— Он способен это сделать, не сомневаюсь.

— В таком случае, что тебя беспокоит?

— Это совсем другой человек, не тот, с которым я скитался по Мэну. Видимо, раны и политика наложили на него свой отпечаток. Он стал жестче, циничнее, корыстнее. Было время, когда я им восхищался… А сейчас… Я не уверен, что он мне нравится. Слышал, что он говорит? Он собирается перейти на нашу сторону по двум причинам: месть и деньги. В Канаде у него были идеалы. От них не осталось и следа.

— Клинтон его презирает, — сказал Андре. — Он уверен: Арнольду не хватит пороху перейти на нашу сторону.

— В таком случае, зачем вы затеяли эту игру?

Андре еле слышно хмыкнул.

— Наивный ты человек. Клинтону нужна победа. Очень нужна.

За завтраком у всех было приподнятое настроение. Вот только Смит ужасно волновался: как-никак ему предстояло средь бела дня сопровождать двух англичан, а он не желал рисковать. По его мнению, молодым людям было бы лучше отправиться на корабль под покровом темноты.

Бабах!

От орудийного выстрела зазвенела посуда.

Бах! Бабах!

Арнольд выскочил из-за стола и пулей вылетел из дому. Андре и Исав бросились к окну. На той стороне реки, в Верпланк-Пойнте, американцы обстреливали «Гриф». Рядом с капитанским мостиком вздрогнула и взорвалась палуба. Во все стороны брызнули щепки. Однако огня видно не было — похоже, ущерб кораблю нанесли небольшой. Но Сутерланду и этого хватило — «Гриф» снялся с якоря. Вскоре он исчез из виду.

Генерал ворвался в дом, ругаясь почем зря.

— Кто дал им пушку?! — воскликнул он и, изрыгнув из себя чудовищные проклятия, вновь риторически вопросил: — Кто дал им эту пушку?

Глаза Арнольда обежали комнату — он обдумывал случившееся. Чуть позже, все еще пребывая в ярости, он объяснил:

— Командир этого поста уже дважды требовал дать ему пушку. Я ему дважды отказывал, потому как понимал: это опасно для вашего корабля. Майор, вы должны мне верить. Не знаю, где он раздобыл орудие, но я это выясню.