Плоды проклятого древа - Demonheart

Bagrat (Ветеран) (Знаток)

Ответил 4 ноября 2010

Мои инсайдеры говорят, что с наименьшие шансы попасть под раздачу у Африки, после атаки на Кейптаун, 4% по совокупной оценке Умников-аналитиков. Самые высокие — у Южной и Центральной Америки, 41%. Северная Америка на втором месте с вероятностью 33%. Европа и Азия делят между собой третье место с шансом 11%. Про Австралию, по-моему, все просто забыли.

Это почти наверняка будет Бегемот, но атака Симург также возможна. Скажу честно, это отвратное чувство, когда знаешь, что беда близко, и ее никак не остановить. Что можно только надеяться, что тебя не заденет.

Miss Mercury (Работник Протектората)

Ответил 4 ноября 2010

Сейчас нет оснований предполагать, что ущерб от атаки будет более тяжелым, чем можно ожидать. Пусть никого из Губителей не удавалось до сих пор убить, но мы учимся. Адаптируемся, вырабатываем тактики противодействия, пополняем ряды новыми сильными кейпами, способными нанести Губителям критический объем повреждений, быстро доставить подкрепление в любую точку мира или вернуть в строй выбывших.

Space Zombie

Ответил 4 ноября 2010

@ Miss Mercury, вы это не всерьез, я надеюсь? Средний уровень потерь последние десять лет стабильно держится на 90%. Из них 30% — летальные. И черт с кейпами, их и правда можно новых набрать. Но любая атака — это стертый с лица земли город и сотни тысяч, миллионы жертв. А в случае Симург — лучше бы жертв.

Miss Mercury (Работник Протектората)

Ответил 4 ноября 2010

Не вижу смысла вступать в бессмысленную дискуссию. Могу лишь заверить вас, что ситуация под контролем.

Space Zombie

Ответил 4 ноября 2010

Да-да, как же.

* * *

— Сложно. Не получается, — Кэсси отшвырнула ручку и откинулась на спинку стула. — Не понимаю, не получается. Сложно!

— Нет там ничего сложного, — я краем глаза заглянул в ее тетрадь. — Это всего лишь квадратное уравнение. — Ну подскажи хоть!

— Ладно, смотри. В таких задачах главное не испугаться кажущейся сложности. Даже самое страшное и жуткое уравнение можно разложить на простые компоненты. Вот например здесь можно числитель представить как произведение разности и суммы. А в знаменателе общий множитель выносится за скобки.

— И какой толк? Сверху (а — 5), а внизу (5 — а).

— А такой, что в знаменателе меняем эту фигню местами, а у всей дроби разом меняем знак. И тогда спокойно зачеркиваем и сверху, и снизу. И тогда все очень красиво сворачивается. Дальше только сократить все множители в левой части и задача решена.

— Блять, вот когда ты объясняешь, тогда все просто. Была бы я технарем, тоже с алгеброй бы проблем не было.

— Можешь не верить, но я знаю технаря, который в математике еще хуже чем ты. Наши силы не имеют ничего общего с нашими реальными умениями и знаниями. Давай, следующее уравнение сама.

— Сейчас, сейчас… при делении степени вычитаются, да?

— Ага. Но только если основание одинаковое. Не торопись. Сначала взгляни на задачу целиком, и попытайся увидеть, что общего у всех компонентов.

— Нууу… цифры четные?

— Близко. Все постоянные величины являются числом 2 в разной степени. 2, 4, 16, 64. То есть первая степень, вторая, четвертая и шестая.

— Так, погодь, — от усердия Кэсси высунула кончик языка. — Вот я везде заменяю на 2, да? А степени складываю?

— Угу.

— Ааааа, поняла! Теперь x оставляю слева, остальную херню всю направо, и все поделить! А раз везде двойки, то степени надо вычесть!

— Ну вот можешь же, когда хочешь.

— А награду за старания? — она вдруг обвила мою шею руками и притянула к себе.

— Пока аванс, — как можно тише шепнул я, когда наши губы слегка соприкоснулись. — Остальное когда закончишь.

Кэсси недовольно надулась, став до оскомины похожей на одного не к ночи помянутого грызуна, но все же позволила мне отодвинуться. Ее огорчение настолько бросалось в глаза, чем мне пришлось себе напоминать, что это для ее же пользы.