Тарзан и человек-лев - Эдгар Берроуз

– О, Боже! – воскликнул Орман. – И ты туда же! Он выскочил из-за стола и зашагал прочь. Остальные, наскоро закончив завтрак, приступили к своим обязанностям.

Все делалось молча. Не было того веселья, которым отличались предыдущие дни экспедиции. Ронда и Наоми собирали ручную кладь.

Бейн сидел за рулем и прогревал мотор. Гордон З. Маркус укладывал сумку с гримом.

– А где Билл? – спросила Ронда.

– Он сегодня поедет на грузовике, на котором установлена камера, – ответил Бейн.

– Вот как, – протянула Ронда.

Она поняла, что он избегает ее, но не могла понять причину этого. Девушка старалась вспомнить все свои слова и поступки, которыми могла обидеть его, но не находила объяснения его поведению.

Она чувствовала себя откровенно несчастной.

Несколько грузовиков уже двигались к реке. Арабы и аскари заняли свои места, охраняя экспедицию.

– Первой пойдет платформа с генератором, – сказал Бейн. – Если она пройдет, остальные машины тоже проскочат, если же она застрянет, то придется повернуть назад.

– Господи, сделай так, чтобы она застряла там навсегда! – взмолилась Наоми.

Но переправа оказалась намного легче, чем предполагал майор Уайт. Дно реки было каменистым, а противоположный берег пологим и твердым.

Не было видно никаких следов бансуто, и никто не напал на колонну, когда она углубилась в джунгли.

Экспедиция двигалась достаточно быстро, задерживаясь лишь изредка, когда нужно было расчистить дорогу от упавших деревьев, преграждавших путь тяжелым грузовикам. Кустарник, который поднимали их широкие шины, превращался в удобную дорогу для более легких машин, едущих следом.

По мере того, как время шло, а никаких признаков бансуто не обнаруживалось, настроение у людей улучшалось. То тут, то там возникали разговоры, иногда слышался смех. Даже к неграм возвращалось их обычное веселое расположение духа. Возможно, они заметили, что в руках у Ормана нет больше хлыста и он не принимает никакого участия в руководстве экспедицией.

Вместе с Уайтом он находился во главе колонны. Оба были настороже. В их отношениях еще чувствовалась заметная натянутость, и они разговаривали друг с другом только в случае крайней необходимости.

Сделав остановку на обед, экспедиция продолжила свой путь через заросли джунглей. Стук топоров о стволы деревьев теперь сопровождался смехом и песнями. Примитивные чернокожие уже совсем забыли свои утренние страхи.

Вдруг из чащи леса, казавшегося до сих пор необитаемым, вылетело с десяток стрел.

Двое негров рухнули наземь.

Майор Уайт, шагавший рядом с Орманом, схватился рукой за стрелу, вонзившуюся ему в грудь и замертво свалился к ногам постановщика. Арабы и аскари открыли беспорядочную стрельбу.

Колонна резко остановилась.

– Опять! – прошептала Ронда Терри. Наоми Мэдисон вскрикнула и медленно сползла на пол кабины. Ронда открыла дверцу и выпрыгнула на землю.

– Вернись назад, Ронда, – закричал Бейн. – Спрячься в машине!

Девушка отрицательно покачала головой.

– Где Билл? – спросила она. – Он там, впереди?

– Он далеко, – отозвался Бейн. – Через несколько автомобилей от нас.

Из машины выскочили мужчины и залегли с винтовками наготове, всматриваясь в молчаливый лес и стараясь разглядеть противника.

Один из мужчин быстро заполз под автомобиль.

– Что вы там делаете, Оброски? – раздраженно спросил Нойс.

– Я… я собираюсь немножко полежать в тени, пока колонна не двинется дальше.

Нойс скорчил презрительную гримасу.

В хвосте колонны О'Грейди остановился и присвистнул.

Вместе с аскари, охранявшим машину, он пристально вглядывался в чащу джунглей. К ним присоединился человек, ехавший в последнем грузовике.

– Хотелось бы хоть раз увидеть, – сказал он.

– Да, с такими мне еще не приходилось сталкиваться, – согласился О'Грейди.

– Они выслеживают нас, как куропаток. Интересно, кого они подстрелили на сей раз. О'Грейди пожал плечами.

– Судя по их тактике, – продолжал мужчина, – следующими будем мы, как это случилось вчера.

О'Грейди взглянул на него. Он увидел, что тот не напуган, а просто констатирует факт.

– Не надо так говорить, – невольно вырвалось у О'Грейди. – Чему быть, того не миновать.

– Вы верите в судьбу? Мне бы тоже хотелось верить.

– А почему бы и нет? По крайней мере, это успокаивает нервы.

– Не знаю, – неуверенно произнес его собеседник. – Вообще-то я не суеверен.

Он помолчал, прикуривая сигарету.

– Я тоже нет, – ответил О'Грейди.

– Сегодня я надел один носок наизнанку, – задумчиво сказал мужчина.

– Надеюсь, вы его не сняли? – поинтересовался О'Грейди.

– Нет.

– И правильно сделали.

По колонне пронесся слух, что убит майор Уайт и два аскари. О'Грейди вздохнул.

– Майор был отличным парнем. Он стоил намного больше, чем все эти бандиты вместе взятые. Надеюсь, мне удастся отомстить им за смерть майора.

Чернокожие носильщики были напуганы до смерти.

Квамуди подошел к О'Грейди.

– Мои люди дальше не пойдут, – сказал он. – Мы возвращаемся.

– Вам лучше остаться с нами, – ответил О'Грейди. – Если вы отправитесь обратно, вас всех перебьют, потому что у вас не будет охраны. А завтра мы должны выбраться из этой проклятой страны. Ты бы лучше уговорил своих людей, Квамуди.

Квамуди что-то пробормотал и направился к туземцам.

– По-моему, Квамуди блефует, – обратился О'Грейди к стоявшему рядом мужчине. – Не верю, что они не понимают, что не смогут в одиночку пройти по стране Бансуто.

Наконец колонна снова двинулась в путь, и люди Квамуди шли вместе со всеми.

На передней машине покоились тела майора Уайта и двух аскари, которых участники экспедиции решили похоронить надлежащим образом на следующей остановке. Орман шел далеко впереди. Его лицо было хмурым и мрачным.

Аскари, необычайно встревоженные, двигались чуть сзади. Группа негров, в чьи обязанности входила расчистка завалов, была на грани истерии. Арабы отставали. Они верили майору Уайту, и его смерть ввергла их в уныние. Остался только Орман. И хотя все помнили хлыст и злые окрики, его мужество не вызывало сомнений, к тому же он вел себя теперь так, как должен был вести с самого начала.