Ассегай - Уилбур Смит

Граф Отто повернулся к Деларею:

— Генерал, вашим переводчиком будет Хенни. Мы с полковником неплохо изъясняемся на английском, так что воспользуемся этим языком. Надеюсь, вы не против? — Хенни перевел, генерал кивнул, и граф продолжил: — Прежде всего я хотел бы передать вам рекомендательное письмо от нашего министра иностранных дел.

Он протянул письмо через стол.

— Я бы не согласился предпринять это ужасное подводное путешествие, если бы не знал, кто вы такой, граф, — сказал Деларей, внимательно выслушав перевод Хенни. — Германия была надежным союзником и добрым другом моего народа во время войны с британцами. Этого мы никогда не забудем. Я и сейчас вижу в вас друга и союзника.

— Спасибо, генерал. Вы оказываете мне и моей родине великую честь.

— Я человек простой и разговаривать предпочитаю открыто и начистоту. Скажите, зачем вы пригласили меня сюда?

— Вы продемонстрировали мужество и решимость в борьбе с британцами и тем не менее потерпели поражение, обернувшееся для вашего народа еще и ужасным унижением. — Генерал ничего на это не ответил, и граф, выдержав короткую паузу, продолжил: — Британцы — нация воинственная и алчная. Они уже захватили полмира, однако им и этого мало. Мы, немцы, народ миролюбивый, но всегда готовы защитить себя от агрессии.

Выслушав перевод, Деларей кивнул:

— В этом мы схожи. Мы тоже готовы отстаивать свободу от посягательств тирании. Эта борьба дорого обошлась нам, но я и те, кто разделяет мои убеждения, ни о чем не жалеем.

— Приближается время, когда вам, возможно, придется еще раз принять ответственное решение. Сражаться с честью или капитулировать с позором. Германия встанет перед этим страшным выбором.

— Похоже, судьбы наших двух народов связаны. Британия — очень сильный враг. Ее флот господствует на всех океанах. Если Германия вступит в схватку с ней, каким будет ваш план? Пошлет ли кайзер армию для защиты ваших колоний в Африке? — спросил Деларей.

— На этот счет есть разные мнения. В данный момент преобладает то, согласно которому защищать колонии до́лжно в Северном море, а не на их собственной территории.

— И вы, граф, разделяете эту точку зрения? Вы согласны предоставить африканские колонии и ваших старых союзников самим себе?

— Прежде чем ответить на этот вопрос, давайте рассмотрим факты. К югу от экватора у Германии две колонии, одна на юго-западном побережье и другая здесь. Обе не только отделены от Германии тысячами миль, но и находятся на значительном удалении одна от другой. Расквартированные здесь силы крайне невелики. В Германской Юго-Западной Африке это три тысячи регулярных шютцтруппе и семь тысяч поселенцев, большинство которых числятся в армейском резерве или прошли военную подготовку. Численность войск здесь примерно такая же. — Граф посмотрел на фон Леттова. — Я не ошибаюсь, полковник?

— Нет, они действительно примерно равны. В моем распоряжении двести шестьдесят белых офицеров и полтысячи аскари. Есть еще жандармерия — это сорок пять офицеров и чуть более двух тысяч полицейских-аскари, которые в случае необходимости выступят на защиту колонии.

— Как видите, силы совершенно недостаточные для обороны весьма обширной территории, — указал фон Мирбах. — Учитывая присутствие вблизи континента кораблей британского военного флота, шансы доставить сюда подкрепление и наладить снабжение этих двух крошечных армий крайне незначительны.

— Да, перспективы обескураживающие, — согласился Леттов-Форбек. — Нам ничего не останется, как взять на вооружение ту же партизанскую тактику, которую вы, буры, столь успешно использовали против англичан в Южной Африке.

— Ситуация, однако, может кардинально измениться, если Южная Африка вступит в войну на стороне Германии, — негромко сказал фон Мирбах, и оба немца пристально посмотрели на старого генерала.

— Все, что вы здесь рассказали, для меня не ново. Я не только думал об этом, но и консультировался с моими старыми товарищами по оружию. — Деларей задумчиво погладил бороду. — Однако Смэтс и Бота преданы британцам душой и телом. Власть полностью в их руках. И держат они ее крепко, но… Не стоит забывать, что значительная часть населения имеет британские корни и ее симпатии Британии несомненны.

— Каково состояние южноафриканской армии? — осведомился граф. — Ее численность? Кто командует?

— Все без исключения старшие офицеры — африканеры. Все дрались с англичанами. Как и Смэтс с Ботой, которые перешли потом к ним. Но немало и тех, кто не последовал примеру этих двоих.

— Война закончилась почти четырнадцать лет назад, — напомнил фон Леттов-Форбек. — С тех пор многое изменилось. Четыре южноафриканские республики объединились в Южно-Африканский Союз. Мощь и влияние буров удвоились. Удовлетворятся ли они этим или рискнут всем достигнутым, став на сторону Германии? Не устали ли буры от войны? Теперь они — часть Британской империи. Удастся ли Боте и Смэтсу удержать своих старых товарищей от союза с Германией?

Старый бур долго молчал. Двое немцев терпеливо ждали.

— Возможно, вы и правы, — заговорил наконец седой генерал. — Возможно, какие-то раны моего народа, африканеров, зажили, но шрамы остались. Однако я забегаю вперед. Давайте посмотрим, что представляет собой ныне существующая армия Южной Африки. Это весьма грозная сила, численностью в шестьдесят тысяч штыков, хорошо обученная и оснащенная. Она вполне в состоянии контролировать территорию всей Южной Африки, от Найроби и Виндхука до мыса Доброй Надежды. Правительство, располагающее такой армией, контролирует морские маршруты и бухты по всему континенту. Оно контролирует ресурсы золотых приисков Уитуотерстранда, алмазных рудников Кимберли и новых сталелитейных и оружейных заводов Трансвааля. Если Южная Африка бросит все это на чашу весов Германии, Британия окажется в очень сложном положении. Ей не только придется отвлекать из Европы немалые силы, но и взваливать на флот дополнительное бремя по их охране и обеспечению. Южная Африка может стать тем театром военных действий, на котором решится исход войны.

— Допустим, вы решите снова выступить против британцев. На чью сторону склонятся ваши прежние товарищи? Мы знаем, что Смэтс и Бота поддержат англичан, а каковы настроения других бывших лидеров? Девета? Кемпа? Бейерса? С кем они пойдут, с вами или с Ботой?

— Я знаю их всех, — кивнул Деларей. — Я воевал с ними и заглядывал им в душу. С тех пор прошло много времени, но они помнят, как англичане надругались над их женщинами и детьми, что делали со страной, которую мы все любили. В глубине души я уверен: каждый из них готов взять оружие и встать рядом со мной, если нашим врагом снова будет Британия.

— Это я и надеялся услышать от вас, генерал. Кайзер и правительство уполномочили меня обещать вам любую требуемую помощь — экипировкой, оружием и деньгами.

— Нам понадобится и одно, и другое, и третье, — согласился Деларей. — Особенно вначале, пока мы не отстраним Боту и не завладеем армейскими арсеналами и резервным банком в Претории, где и лежат деньги.