Корсары Южных морей - Эмилио Сальгари

В шесть часов вечера Каменная Башка, различив несколько темных пятен у западных берегов Лонг-Айленда, увел шлюпку прочь от каналов и, решительно борясь с высокими волнами, ушел дальше в море.

– Держитесь покрепче! – кричал он товарищам. – На этих шлюпках можно хоть в кругосветное путешествие пуститься!

Непримиримые волны яростно захлестывали шлюпки корсаров, но семеро моряков упорно держались под шквалами, и к семи вечера, несмотря на шторм, лодки вошли в Бруклинский порт, всего в двух милях от Нью-Йорка.

– Да это же эскадра баронета! – радостно воскликнул боцман.

Всего в семистах футах от них стояли четыре американских и три корсарских корабля, готовые выйти в море, несмотря на свирепый шторм. Каменная Башка вновь снялся с якоря и направил шлюпку к «Кабото», на грот-мачте которого развевался алый флаг Маклеллана. Боцман молниеносно взобрался по веревочной лестнице и спрыгнул на палубу прямо перед баронетом и мистером Говардом, которые занимались вооружением корабля и ничего не знали о прибытии боцмана.

– Ты!.. – воскликнул сэр Уильям и прижал старика к сердцу. – Ты прибыл из Санди-Хука?

– Да, капитан, вместе со шлюпкой, которую вы отправили вслед за нами, – отвечал доблестный бретонец.

– С какими же вестями ты спешил ко мне? – побледнев, спросил баронет.

– Я привез вам печальные известия. Это правда: через пять – нет, уже через четыре дня ваш брат женится на вашей невесте. После последней победы англичан он уверен, что корсары не осмелятся ему помешать.

– Но его флот ушел из Санди-Хука? – воскликнул Корсар.

– Да, капитан, – отвечал Каменная Башка.

– Скажи же, ты видел ее?

– Это мне оказалось не под силу, капитан. Нас едва не схватили, и мы были вынуждены бежать. Однако это не единственная новость. У меня для вас есть еще ценные сведения.

– Какие же?

– Церемония бракосочетания будет проходить за стенами крепости – в часовне Святого Иакова. В наших руках подземелье под самой часовней.

– Но как тебе это удалось? – изумленно воскликнул Корсар.

– Все благодаря Вольфу! В Санди-Хуке он нашел своего старого друга из Богемии, а тот согласился открыть для нас вход в подземелья. Мы схватим маркиза, прежде чем он скажет «да»!

– Но что, если это коварное предательство? – недоверчиво спросил мистер Говард.

– Здесь со мной храбрый Ульрих, брат Вольфа. Мог ли он предать родного брата? Это исключено, мистер Говард, – сказал Каменная Башка. – Я ручаюсь за преданность этих наемников и их друга из Санди-Хука и готов отвечать за них головой.

– Каков гарнизон крепости? – спросил Корсар.

– По словам богемца, всего пятьсот англичан и ирландцев. Да я и сам не заметил, чтобы укрепления кишели солдатами.

– В нашем распоряжении семьсот солдат и моряков! Нам не остается ничего другого, как напасть на крепость и навсегда избавиться от козней моего брата! Мы застанем англичан врасплох: они никак не ждут нас в Санди-Хуке, когда войска генерала Хау идут на приступ Нью-Йорка.

– Не столкнуться бы с эскадрой адмирала Хау! – сказал мистер Говард.

– Проскочим на всех парусах, – отвечал сэр Уильям. – Теперь ничто не помешает нам атаковать Санди-Хук. Я верну свою Мэри, которую так долго пытался вырвать из лап маркиза.

Корсар, что-то бормоча и сжимая кулаки, в волнении принялся мерить палубу широкими шагами. Внезапно он остановился перед бретонцем и спросил:

– Ты уверен, что мои люди смогут пробраться в подземелье незамеченными?

– Перед входом в подземелье нас каждую ночь будут ждать с фонарями Вольф и его друг. Это пустошь, где нет ни единой живой души. Мы сможем провести внутрь несколько сот человек, готовых напасть на англичан и освободить вашу невесту.

– У нас на борту сто двадцать сильных и закаленных в боях корсаров. Ты ведь уже неплохо знаешь каналы?

– Как свои пять пальцев, капитан.

– Я поручаю тебе управление этим судном. В нужный момент я и мистер Говард приведем к Санди-Хуку нашу эскадру. Проведи в подземелье сотню человек и верни мне «Кабото», пока у моего брата не возникло подозрений.

– Или через четыре дня вы отдадите меня на галеры, капитан! – со смехом отозвался бретонец. – Дело есть дело… Когда я должен тронуться в путь?

– Завтра на закате: сначала нам нужно дождаться вестей о расположении эскадры Хау.

– А пока, капитан, позвольте нам с Малышом Флокко и Ульрихом пройти в камбуз. За все время в Санди-Хуке мы успели только соленой воды наглотаться. Англичане не угощают галетами вооруженных чужеземцев.

Он свистнул своим оголодавшим друзьям, и все вместе они предприняли решительную атаку на запасы продовольствия. Тем временем Корсар и его старпом продолжили осмотр вооружения корабля.

Следующие сутки были полны тревог для экипажей эскадры, а в особенности их капитанов: они опасались неожиданного нападения английской флотилии, которая до сих пор не показывалась в прибрежных водах Нью-Йорка. Тем временем королевские войска под командованием брата адмирала продолжали наступать на армию генерала Вашингтона, однако им так и не удалось прорваться в его лагерь.

Ближе к вечеру Корсар призвал своего верного боцмана, который наконец выспался и вволю наелся, и сказал ему:

– Пришло время поднимать паруса. Ты пойдешь первым на «Кабото» и пройдешь в подземелье. На небе ни звездочки, но нам благоприятствует ветер. Мы спрячем наши корабли среди скал и, услышав колокола часовни, тут же ответим на них пушечными залпами. Ты со своими людьми ворвешься в часовню, а мы нападем на почетный свадебный караул. Берегись, как бы вас не схватили и не поубивали в подземелье до нашего прибытия.

– Я буду осторожен, капитан. У вас не раз был случай убедиться в моей преданности, и я верю, что на сей раз наша затея увенчается успехом. Мы можем выдвигаться?

– Да, выдвигайтесь немедленно, мой старый друг, – отвечал Корсар. – Сумей сберечь мою Мэри и верни мне корабль с двадцатью матросами. Весь остальной экипаж с парой артиллерийских орудий я оставляю в твоем распоряжении.

– Превосходно, капитан. Я буду ждать вас.

«Кабото» поднял паруса и с нетерпением ожидал выхода в море.

Наскоро дав последние распоряжения бретонцу, Корсар и мистер Говард перешли на «Альфредо» – самый крупный и наилучшим образом вооруженный корабль американской эскадры, снаряженный тридцатью двумя орудиями.

Каменная Башка, которого уважали матросы всех кораблей, отдал необходимые приказы, судно вышло из порта и направилось к западу.

Стоял кромешный мрак, и бушующие волны с рокотом разбивались о скалы. Море грозно шумело, и, судя по всему, к югу от корабля уже бушевал настоящий шторм.

– Осадка у корабля небольшая. Мы пройдем, – сказал боцман. – А на случай нападения у нас есть четырнадцать орудий. Чтобы нас не заметили, придется плыть только ночью.