Займись ничем: система долгосрочной продуктивности - Джозеф Джебелли

Эту идею подтверждают многочисленные исследования и личные истории. Те, кто погружен в размышления во время монотонной работы, почти всегда справляются с ней лучше: праздные размышления уплотняют серое вещество в сети оперативного покоя, что способствует пробуждению творческой активности. Даже когда блуждание ума препятствует эффективному выполнению задания и мы слишком витаем в облаках, творческая активность все равно повышается.

Связь, способствующую плодотворной работе, замечают многие писатели, художники и ученые. По легенде, Декарт изобрел систему координат (связавшую алгебру с геометрией), лежа в кровати и наблюдая за мухой на потолке. Лучшие идеи рождаются у физиков именно в моменты праздных размышлений, а не напряженной концентрации. Британскому писателю Мартину Эмису принадлежит следующее глубокое самонаблюдение: «Я научился не форсировать вдохновение, если его нет. Прежде я бы целый день разбивался в лепешку, но теперь бросаю работу и ничего не делаю. Так мое подсознание догоняет сознание, и когда я возвращаюсь к рабочему столу, проблема решается сама собой».

Каждый день примерно в три часа дня, проделав приличный объем работы, я чувствую, что мозг начинает тормозить. Тогда я выхожу на двадцатиминутную прогулку по району. Я завел такую привычку, вдохновившись исследованиями для этой книги. Мой маршрут проходит мимо живописных викторианских домиков и маленьких кафе, по берегу канала и через зеленый парк. После прогулки голова свежеет, так как я задействую сеть оперативного покоя.

Сегодняшний день ничем не отличается. Я иду в парк, смотрю на деревья, начинаю витать в облаках, глядя на зеленую листву, и…

Срабатывает звуковой сигнал.

Зеленые листья. Ветви деревьев. Ощущение спокойствия и счастья. Вот что я записал в блокноте, который дал мне Рассел. Успешное применение техники описательной выборки подразумевает, что испытуемый не приукрашивает свой опыт, а фиксирует все детали, которые уловили его органы чувств. Рассела и его ассистентов интересует только одно: достоверное отображение моего внутреннего опыта.

— Что именно находилось в центре вашего внимания — то, что вы посмотрели наверх, листья, ветви или зеленый цвет? — спрашивает Рассел в начале следующего сеанса.

— Листья и ветви на фоне голубого неба, — отвечаю я.

— Какой цвет на первом плане — зеленый цвет листьев или голубой неба?

— Пожалуй, зеленый цвет листьев. Я больше обращал внимание на листья, чем на ветви и небо. Я почувствовал счастье и покой. Я смотрел на эти листья и радовался, что заметил их.

— Хорошо. Расскажите подробнее.

— Я ощущал спокойствие и радость. Это было приятно. Перед этим я долго сидел в квартире и работал, и был рад вырваться на улицу. Было холодно, но солнечно, и вид зеленых деревьев вызвал во мне покой и счастье.

— А покой и счастье — они ощущались как одно чувство или два разных?

— Два разных. Это было не одно и то же.

— И как они проявлялись? В теле, в уме или, может, эти чувства существовали вовне, в ветвях тех деревьев?

— Покой ощущался в теле. В тот момент я был очень расслаблен. А вот радость, скорее, в уме.

— И оба чувства одинаковые по интенсивности? Вы были в равной степени спокойны и счастливы?

— Точно не знаю.

— Итак, мы выделили три аспекта вашего опыта: зеленый цвет, спокойствие и радость.

— Да. И еще мне казалось, будто меня там не было. В тот момент не существовало ничего, кроме этих зеленых листьев. Ни мыслей, ни тревог. Я просто радовался, что могу укрыться в этой зелени.

Вот как я люблю отдыхать: ложусь на диван, глажу своих кошек Зигги и Лолу и смотрю на комнатные растения. Кошки — короли этого мира, и меня всегда очень успокаивает мысль, что они часть моей жизни. Что бы ни происходило, я всегда могу вернуться домой и зарыться в мягкую шерсть, услышать их ласковое мурлыканье и предаться беспечным размышлениям.

В целом думание как вид досуга довольно непопулярно. Оставшись наедине с собой, мы предпочитаем уткнуться в телефон, а не отпустить ум в свободное плавание. Кажется, что «просто размышлять» скучно и утомительно. Это убеждение настолько укоренилось в нашей психике, что психологи даже придумали для него название: неприятие скуки. И это одна из величайших бед современности.

Дело не только в том, что люди не осознают ценность праздных размышлений; они не видят их пользы для ума. В одном исследовании ученые попросили студентов японских и британских университетов подождать в комнате и просто подумать. У студентов не было телефонов, им запретили дремать и двигаться. Они просто должны были сидеть на стуле и думать. Перед началом эксперимента студентов попросили спрогнозировать, насколько приятным и увлекательным будет этот опыт. Естественно, все ответили, что это будет неинтересно. К своему изумлению, все участники эксперимента обнаружили, что сильно недооценили ценность этого занятия и его пользу для ума. Испытуемые поняли, что их неприятие скуки не имело логического и рационального обоснования: они просто поддались стереотипу, согласно которому просто сидеть и думать о чем-то скучно. Ум их обманул. Но зачем?

Объяснение кроется в любопытной когнитивной ошибке, известной под названием «фокализм», или «уклон привязки». В рамках этого когнитивного искажения человек зацикливается на отдельных элементах ожидаемого события, чаще всего негативных, и это мешает ему правильно спрогнозировать общее впечатление. Именно поэтому студенты считали, что просто сидеть и думать скучно и бессмысленно, — они сосредотачивались на негативных факторах и невольно не замечали всех преимуществ.

Угодить в эту ловушку очень легко. Представьте, что вы планируете провести день в одиночестве и при этом не пользоваться гаджетами. Из-за фокализма вы представите, как скучно и одиноко вам будет, и упустите из виду преимущества — расслабление и возможность порефлексировать. С тех пор как я начал писать эту книгу, я все время пытаюсь урвать эти драгоценные моменты. Следую всем рекомендациям исследователей: убираю телефон, избегаю многозадачности, расслабляюсь.

И вот я лежу на диване, свернувшись калачиком, читаю любимый триллер и не думаю о работе. Эксперимент с описательной выборкой опыта длится пятый день, и я, кажется, проникся бездельем. Я понял, что паника и неопределенность — всего лишь иллюзия. В свободное от работы время я чувствую, как расширяется подсознание. Я подхожу к холодильнику, открываю дверцу и пытаюсь поставить на полку пакет с яблочным соком. Он не влезает, поэтому я перекладываю продукты левой рукой, запихивая