История целибата - Элизабет Эбботт

Опубликованный в 1740 г. роман Сэмюэла Ричардсона «Памела, или Награжденная добродетель» стал литературным событием первостепенного значения. Когда добродушный и отзывчивый Ричардсон писал его, он уже был мастером и опытным профессионалом в составлении и написании писем. Придав своему мастерству форму распространенного повествования, он рассказал подлинную историю, глубоко его затронувшую, и без всякой задней мысли, неожиданно для самого себя написал свой первый роман на английском языке.

В течение пятнадцати лет после того, как «джентльмен» пересказал ему то, о чем был написан роман, Ричардсон обдумывал историю молодой служанки и ее неприятного и слишком широко распространенного опыта, полученного на службе. Совсем еще ребенком, когда ей было двенадцать лет, ее заставили идти в услужение, поскольку семья не могла решить свои финансовые проблемы. Она стала горничной женщины, которая спустя три года умерла, и после ее кончины сын хозяйки «сделал все возможное и пустился во все тяжкие, чтобы ее соблазнить». В то время это было вполне обычным делом – так же поступали с сотнями тысяч молодых служанок по всей Англии.

Однако именно в этом месте история Памелы расходится с обычным развитием аналогичных событий – беременностью, осознанием связанного с ней позора, изгнанием со службы, родами в какой-нибудь убогой лачуге или даже в канаве, крушением надежд, нищетой и, возможно, смертью. Дело в том, что в истории, услышанной Ричардсоном, у хорошенькой служанки «было некое средство для… многих невинных уловок, которое помогало ей избегать хитро расставленных капканов для ее добродетели». В самом печальном случае, если бы все ее уловки оказались тщетными, Памела была готова утопиться. Она продолжала стойко противиться напору хозяина, и в конце концов, «благодаря ее благородному противодействию, бдительности и другим замечательным качествам, девушке удалось настолько смягчить» своего мучителя, что он поступил порядочно, хоть и совершенно несвойственно таким мужчинам, как он, и женился на ней.

Но еще удивительнее было то, что невесте удалось преодолеть социальную пропасть, разделявшую ее с мужем, и «вести себя с таким очевидным достоинством, кротостью и смирением, что все, кто ее знал, относились к ней с любовью». Ее обожали и богатые, и бедные, а благодарный супруг ее боготворил. Несомненно, все это происходило в действительности, и Ричардсон поставил перед собой задачу предать эту историю бумаге. Он скрупулезно излагал ее с позиций своей героини со всеми нюансами и суждениями, которые могли одолевать пятнадцатилетнюю девушку. И в результате «Памела» стала литературным произведением, насчитывающим пятьсот тридцать три страницы.

«Памела» начинается с елейной невинности. В слишком длинных и чересчур грамотных письмах к родителям молоденькая Памела сообщает нам, что сестра ее хозяина считает ее «самой красивой девицей из всех, каких она видела в жизни», и все в доме ее очень любят. Сразу же после того она пишет, что хозяин осыпал ее подарками из гардероба покойной матери, и предметно перечисляет все до последней пуговицы и шелковой сорочки. После этого хозяин отказал сестре в просьбе позволить Памеле работать на нее на том подозрительном основании, что его племянник мог бы слишком заинтересоваться смазливой девицей или она могла бы начать крутить с ним шашни, что нарушило бы существующее положение вещей, вполне всех устраивавшее. К счастью, достойные всяческого уважения родители Памелы заблаговременно предупреждали ее о неловких ситуациях, напоминая девушке, в частности, что «лишь добродетель и доброта составляют истинную красоту».

Именно на то время пришлось начало истинных проблемы Памелы, потому что хозяин «теперь показал себя в истинном свете; а мне этот свет представляется непроницаемо черным и жутко пугающим». Однако она знает, что нужно делать, чтобы он держал себя в руках, и со слезами на глазах упрекает его в том, что он «унижается, позволяя себе такие вольности с бедной служанкой». Когда Памела стремится сохранить свои целомудрие и достоинство, ее положение неуклонно ухудшается, но она так же сильно влюбляется в него, как и он в нее, несмотря на мерзкую привычку отзываться о ней как о «привлекательной потаскушке», такой же «скользкой, как угорь». Тем не менее, поскольку она себя всегда безупречно вела, он решил сделать ее «хозяйкой дома».

Одна из хитростей Памелы состояла в том, что она писала записки, которые хозяин всегда перехватывал и читал. Две из них содержали молитвы для его церковной общины, одна предназначалась джентльмену, твердо решившему «погубить бедную, доведенную до отчаяния, беззащитную девушку», последняя – той девушке «ради сохранения ее добродетели и невинности». Остальные ее затеи и последовавшие за ними осложнения довели хозяина до того, что вместо стремления к совращению Памелы он «принял решение пренебречь всеми мыслимыми и немыслимыми порицаниями, осуждениями и обвинениями» и жениться на ней. Он предвидел остракизм, которому его подвергнет общество; даже его сестра и другие знакомые дамы отказывались посещать его дом и постоянно судачили только о том, что он женился на горничной своей матери.

В великий день свадьбы Памела так нервничала, что не могла ничего взять в рот, у нее так дрожали руки, что она пролила горячий шоколад. Во время скромной церемонии в ответ на вопрос: «Согласна ли ты взять этого мужчину в законные мужья?» – она смогла лишь присесть в реверансе, а когда жених надел ей на палец обручальное кольцо, снова сделала книксен и прошептала: «Благодарю вас, господин мой». И действительно, ее добродетель была вознаграждена.

«Памела» оказалась невероятно успешной. К вящему восторгу ее издателя, уже за первый год разошлось пять тиражей книги. (Почти двести шестьдесят лет спустя роман все еще входит в списки произведений, обязательных для чтения в колледжах и университетах.) Смысл книги состоит в том, что девичья добродетель и девственность являются качествами, имеющими спрос, и в огромной степени могут повысить шансы на успех как их обладательницы, так и ее семьи. Это вполне соответствовало взглядам на проблему набиравшего силу среднего класса. Великий поэт Александр Поуп восторженно отзывался о том, что «Памела» больше сделает для торжества добродетели, чем тома проповедей. Наряду с ним объявились и яростные критики романа. Среди них особенно выделялся Генри Филдинг, которому была ненавистна жеманная и расчетливая стыдливость героини. Через несколько месяцев после триумфального выхода в свет «Памелы» Филдинг нанес ответный удар, издав «Ша-мелу» с подзаголовком следующего содержания:

Апология жизни миссис Шамелы Эндрюс, в коей многие бесстыдные обманы и подтасовки книги под названием «Памела» изобличены и раскрыты и все беспримерные уловки этой юной интриганки представлены в истинном и справедливом свете… Надлежит иметь в каждом семействе…[960]

В этой работе продажная распутница Шамела делится секретами со своей столь же развратной матушкой Генриеттой Марией Гонорой Эндрюс. Когда хозяин предложил ей содержание в размере двухсот пятидесяти фунтов в год в обмен на услуги сексуального характера, Шамела с возмущением ответила: «Я ценю свою дабрадетель <так!> больше всего на свете, и скорее стану женой самого бедного бедняка, чем потаскухой самого богатого богача». Матери своей Шамела не без доли самолюбования признается: «Когда-то я мечтала сама составить себе небольшое состояние. А теперь я собираюсь обрести большое богатство за счет моей дабрадетели». В конце концов ей удается убедить мистера Буби жениться на ней, что означает: