Либидо – это просто - Юрий Можгинский

Леня поднялся и подошел к стеллажам своих книг. Вглядывался в корешки, затем повернулся, посмотрел на адвоката, очень пристально, и сказал:

– Кажется, ты прав: твой новый друг в интернете, – это и есть твоя девушка. Мне кажется, посылая тебе сообщения, она хотела возобновить отношения с тобой. Но она вдруг испугалась.

– Чего же? Тут какая-то тайная причина.

– Верно, и я ее разгадал.

Леня вернулся в свое кресло. Догадка озарила лицо буддиста, сделав его несколько напыщенным. Впрочем, он имел полное право на это.

– У нее есть муж, – произнес Леня.

Аналитик сказал после нескольких секунд недоумения:

– А вот об этом я как-то не подумал. Мало времени прошло…

Буддист молчал, словно давая юристу возможность самому довести эту разгадку до конца.

Юрист сказал:

– И муж узнал о ее переписке со мной?

– Очевидно! Ведь при нем огромный штат охраны.

– Откуда эти подробности? – спросил адвокат. – Ты говоришь так, будто знаешь его.

– Покажи мне ее фотографию.

Юрист вывел ее на экран. Леня узнал эту девушку.

– Вот оно что…

– Ты ее видел?

– На одном приеме. На таком приеме, где появляются только очень богатые люди. Ты бы все равно ничего не смог сделать. Против денег…

– Черт, если бы я знал, что она предпочла деньги, мне было бы легче расстаться с ней. Боже, как я был глуп!

– Ты?

– Конечно! Ведь я думал, что она просто разлюбила меня. Так ведь бывает.

– Никогда. Всему есть причина.

– Я понятия не имел, что в основе ее поступка лежат деньги.

– Деньги, – подтвердил Леня. – И большие.

– Как волка ни корми, он смотрит в лес… Значит, миллиардер запретил жене общаться со мной?

– Да.

Юрист удивился:

– Но неужели он… Неужели он ревнует?

– В данной ситуации это естественно, – произнес буддист.

– С его-то миллиардами?!

– Он контролирует каждый ее шаг. Такова участь их жен. Богатство не дается легко. Она выбрала деньги, но она не предполагала, что потеряет свободу.

Прошло несколько лет. Время, конечно, лечит и мою душевную боль притупили аффектации новых встреч и переживаний. Как – то зимой, на прием к буддисту пришла женщина, жена крупного бизнесмена. Ее мучил невроз. Она сильно похудела. Ее привезли к офису Лени в роскошном «Бьюике». Она рассказала буддисту о своей проблеме. У нее был страх еды, сопровождавшийся затруднением глотания. Она даже боялась по утрам заходить на кухню. Вплоть до того, что с криком выскакивала оттуда. Муж, миллиардер, накачивал жену виски и в невменяемом состоянии кормил ее.

Леня вызвал своего друга – юриста и попросил о психоаналитической консультации. Юрист сказал ему, что надо искать причину в прошлом. Возможно, эта женщина испытала в раннем детстве испуг. Вполне вероятно, что родители воспитывали ее в строгости и ревностно следили за приемом пищи. Заставляли съедать приготовленные для нее продукты. Делали это с нажимом, в приказном порядке. С тех, далеких времен у женщины живет страх приема пищи.

На следующий сеанс женщину опять привез ее муж. Он был стандартен в духе отечественного миллиардера: крепок, толст, коротко стрижен, лицо его лоснилось и представляло пугающую, зловещую тупую маску. Он согласился оставить свою жену наедине с Леней. Буддист потратил все время сеанса на перелопачивание руды памяти. Он выспрашивал у женщины про ее детство, родителей, воспитание. Всю информацию Леня передал юристу:

– Твоя версия не подтвердилась. Никакой особой строгости в детстве не было. Никто не заставлял ее съедать всю еду, никто не наказывал ее за плохой аппетит.

– Это странно. У нее должны быть особые основания, чтобы бояться кухни. Если строгое воспитание здесь ни при чем, значит, есть иная причина.

Миллиардер вспомнил, что его жена в семнадцать лет влюбилась.

– Но я сказал ей: с этой любовью надо кончать. Ее любовник был нищим, претенциозным нищим. Я предложил ей выйти замуж за меня.

– А где вы с ней познакомились? – спросил Леня.

– В одном спортивном баре. Туда приходят девушки, желающие сделать хорошую карьеру.

– И она послушалась вашего совета?

– Послушалась. Бросила того парня. Отдала мне свой мобильник.

– Это жестоко. Ведь он наверняка звонил ей.

– Послушайте, как вы можете лечить людей, не зная жизни? Ее жестоких законов. Впрочем, вы не логистик.

Леня ответил с излишней самоуверенностью:

– Вы можете отказаться от моих услуг. Деньги я вам верну. Разумеется за вычетом определенной суммы. Ну, за беспокойство, что ли…

Миллиардер сказал с угрозой:

– Ну, вот что, господин буддист! Вы делаете так, чтобы моя жена могла принимать пищу, спокойно обедать, ужинать.

Леня обо всем сообщил юристу. Хотя буддист и старался поддерживать ровное состояние духа, все же тревога оказывала на него заметное воздействие.

– Знаешь, – сказал он, – я поначалу испугался и совсем упустил из виду одну важную деталь.

– Я догадываюсь, какую, – произнес адвокат.

– Ну, конечно же, этот телефон, о котором вспомнил миллиардер! Ты говорил, что звонил своей нимфетке, и натыкался на грубый мужской голос.

– Это был голос миллиардера? – предположил адвокат.

– Толстяк не сообщил мне своей фамилии. Только имя жены…

– Ирина?

– Да.

– Сколько лет твоей пациентке?

– Немного за двадцать, – сообщил буддист.

– Можно я открою свою почту?

– Разумеется. Компьютер в твоем распоряжении.

Юрист вошел в свою Сеть.

– Смотри. – Юрист, подведя стрелку к фотографии Ирины.

– Никаких сомнений, – подтвердил Леня. – Это моя пациентка.

– И моя бывшая любовь.

– Она изменилась.

– Как это объяснить?

– Думаю, все дело в фотоаппарате, – предположил Леня. – Он иногда фиксирует то, что мы не замечаем.

– Что же он зафиксировал в данном случае?

– Она много страдала, – отметил буддист. – Это отразилось в ее фотографическом образе, наложило свой отпечаток… Она постарела, потеряв себя. Заглушив в себе первую любовь, естественность чувства. От этого она и выглядит старше на фотографии. То, что не замечали другие, безжалостно отразилось на снимке.

Приятели вышли на воздух. Поздняя улица была вычищена свежим ночным ветерком. Не хотелось думать о миллиардере и угрозе убийства.