Сама уверенность. Как преодолеть внутренние барьеры и реализовать себя - Клэр Шипман

Стив Суоми, конечно, имеет уникальную возможность изучать новые веяния в запутанном вопросе влияния природы и воспитания. Подопытные мартышки находятся в его власти, и он проводит над ними такие эксперименты, о которых его коллеги, работающие с людьми, могут только мечтать. Он отбирал обезьян, которые, судя по результатам генетического анализа, обладали высокой уверенностью или повышенной тревожностью, – и затем тщательно управлял внешними обстоятельствами, чтобы понять, что будет происходить. Результаты оказались поразительными. «Некоторые черты действительно наследуются, – заявил он с загадочной улыбкой. – Но это не значит, что их нельзя изменить».

Суоми установил, что у макак-резусов мать играет важнейшую роль в формировании характера и поведения детей. Совсем как у людей! Общение с матерью и ее забота особенно важны в первые шесть месяцев жизни. Насколько важны? «Мы наблюдали за обезьянами, которые, судя по результатам генетических анализов, должны были вырасти пугливыми и тревожными. Этих детенышей мы отдали на воспитание приемным матерям, которые всегда оказывали безусловную поддержку своим детям, – рассказал Суоми. – Когда эти малыши выросли, у них все было в порядке. Они прекрасно общались с другими, не испытывали сложностей с тем, чтобы попросить кого-то о помощи, и в конечном итоге оказывались на вершине иерархии среди своих сверстников».

Итак, дела обстоят следующим образом: обезьяны, родившиеся с устойчивыми генами, отлично устроятся в жизни – какой бы ни была их мать. Те, которым достался ген «социальной тревожности», при беспокойной или отстраненной матери вырастут нервными особами. Среднестатистическая мать воспитывает более или менее тревожных персон, но по-настоящему талантливая мать способна превратить ребенка, генетически запрограммированного на тревожность, в здорового взрослого. Ее забота помогает малышу преодолеть генетические препоны.

На основе этих наблюдений Суоми сделал неожиданное открытие с далеко идущими последствиями. «Генетически проблемные» обезьяны, выращенные замечательными матерями, стали не просто нормальными членами сообщества, но лучшими. Они преуспевают. Они сильнее, здоровее и увереннее сверстников. С супермамами они сами превратились в суперзвезд.

Суоми открыл то, что другие исследователи только начинают понимать. Есть гены, которые делают обезьян – и людей тоже – не более уязвимыми перед внешней средой, а более восприимчивыми к ней. А это совсем другое дело! Суоми обнаружил, что макаки с геном тревожности подобны губке: они буквально впитывают худшее – а заодно и лучшее – из полученного опыта.

В научных кругах идея о генах восприимчивости становится все популярнее. Недавно на ее основе была выдвинута теория орхидей. По мнению специалиста по психологии развития Брюса Эллиса и педиатра Томаса Бойса, большинство детей с точки зрения генетики напоминают одуванчики: они выносливы и способны процветать в любых условиях{39}. При этом, утверждают авторы теории, мы были неправы, долгие годы говоря о слабости детей не-«одуванчиков». Базируясь на многочисленных доказательствах, Эллис и Бойс утверждают, что к этим детям следует относиться как к орхидеям. Их трудно растить, но если они попадут в надлежащие условия и получат правильный уход, то расцветут ярче и пышнее, чем их более крепкие и выносливые сверстники-«одуванчики».

Другие исследования подтверждают, что на людей с геном восприимчивости обстоятельства влияют гораздо сильнее. Не так давно исследователи два года следили за судьбой тысяч малышей из Германии, отнесенных к группе риска из-за постоянного плача, капризов и неумения сосредоточиться{40}. Ученые делали видеозаписи общения родителей с детьми и затем давали рекомендации о том, как лучше взаимодействовать и заниматься с малышами. Под конец исследования организаторы отметили существенное улучшение поведения у всех без исключения детей. Самым же приятным сюрпризом оказалось вот что: наиболее заметные улучшения были отмечены у детей, чью вариацию дофаминового гена ученые связывают с высоким риском СДВГ, хотя, возможно, это просто еще один ген восприимчивости. Позитивное родительское вмешательство в их случае изменяло ситуацию к лучшему вдвое сильнее, чем у детей с нормальной разновидностью этого гена.

Ученые из Эссекского университета проверили эту теорию на взрослых. Использовав компьютерную игру с разнообразными картинками, они обнаружили, что люди с укороченной вариацией гена серотонина гораздо больше подвержены воздействию как позитивной, так и негативной информации. Они более восприимчивы и, как полагают некоторые исследователи, лучше адаптируются{41}.

Давайте попробуем проанализировать эту информацию с точки зрения реалий окружающего мира. Люди, рожденные с данной вариацией гена, возможно, обладают самой низкой уверенностью в себе среди ваших знакомых – а возможно, и самой высокой. Это зависит от сложностей, с которыми им пришлось столкнуться, и полученной в детстве поддержки.

«И, разумеется, – заметил Суоми, пожимая плечами, – то, в каких обстоятельствах вы окажетесь, зависит исключительно от везения». Он считает, что помимо детства существуют и другие критические периоды, в которые среда влияет на людей с геном восприимчивости. Не так давно он начал изучать связь между геном серотонина и периодами полового созревания, рождения детей и менопаузы.

Мы все еще ждали результатов генетических анализов, и теория гена орхидей здорово щекотала нам нервы. «Одуванчики» мы или «орхидеи»? Кэтти была уверена в своей «одуванчиковости», поскольку способна справиться с чем угодно. «Но при этом ты очень гибкая», – утверждала Клэр, к тому моменту уже совершенно неспособная представить, какими будут ее результаты. Может, на нее оказала влияние сверхзаботливая мама? Или стойкость закодирована в ее ДНК? Теперь она не могла отделаться от тревожных мыслей по поводу своих детей. «Кому из них не хватает внимания? Может, им тоже стоит пройти генетическое тестирование? А вдруг кто-то из них – “орхидея”? Неужели он высосет из меня всю энергию, ничего не оставив для других?»