Порядки помощи - Берт Хеллингер

Хеллингер (обращаясь к одному из участников): Продолжим с тобой.

Участник: Речь идет о женщине 39 лет. Когда ей был 21 год, ей ампутировали левую ногу. Она никогда не знала своего отца и…

Хеллингер перебивает: В чем ее проблема? О чем идет речь?

Участник: О контакте с родителями.

Хеллингер: В чем препятствие?

Участник: Она не знает своего отца и ее забрали от матери, когда ей было 2 года, из-за недоедания. После этого она больше и с матерью не виделась.

Хеллингер: Это никак не связано с ногой. Как это произошло?

Участник: У нее был рак, опухоль инкапсулировалась, и после этого ногу ампутировали.

Хеллингер: Так у нее был рак? Это, конечно, нечто особенное. А теперь вопрос к тебе. Отнесись к нему внимательно. Она способна жить?

Участник: Да.

Хеллингер: Некоторые участники группы отрицательно качали головой.

Участник: Я кивнул.

Хеллингер: Ты в гармонии с ней, когда ты киваешь?

Участник (после некоторого раздумья): Мне кажется, да.

Хеллингер: Нет.

Участник: Хорошо.

Хеллингер: Ты не сможешь ей помочь. Ее судьба — непосильная тяжесть для твоей души.

Когда участник кивает: Ты все понял. У тебя есть две возможности. Или ты передашь ее кому-то еще или (и это будет лучшее решение) ты должен будешь внутренне вырасти. Оба смеются.

Участник: Вырасти — это хорошо.

Хеллингер: Хорошо. Давай посмотрим, проверим для тебя, для клиентки и для всей группы. Ведь речь идет о многослойном процессе.

Обращаясь к группе: С кого я начну? Где наибольшая сила? Это проверка, мы же учимся. Мы учимся восприятию. Так, клиентку — в любом случае, а следующим будет рак.

Обращаясь к участнику: Рак будет следующим, и он будет самым опасным. Когда мы имеем дело с раком — все остальное не имеет значения. Правда?

Участник: Да, это так.

Хеллингер (обращаясь к группе): Поэтому и нужно искать, где самое трудное.

Обращаясь к участнику: Часто на рак не хотят смотреть. А переводят внимание на мать или все что угодно другое. Вопрос в том, готов ли ты посмотреть на рак? Вот что было бы для нее помощью.

Участник кивает.

Хеллингер выбирает заместительницу для клиентки и ставит напротив нее заместителя рака.

Клиентка сначала смотрит на пол, а затем на рак. Она покачивается вперед-назад. Через некоторое время Хеллингер выбирает еще одну женщину и ставит ее в расстановку.

Хеллингер (обращаясь к этой женщине): Ты — смерть.

Смерть приглашающим жестом раскрывает ладони и медленно идет вперед. Рак поворачивается к смерти. Клиентка делает несколько небольших шагов в сторону смерти.

Хеллингер (через некоторое время, обращаясь к участнику): Посмотри на это, как ты думаешь, где твое место?

Участник: Рядом с ней.

Хеллингер: Для тебя здесь нет места, куда бы ты ни встал.

Участник: Теперь я тоже это вижу.

Хеллингер: Закончим на этом. Дальше идти не нужно. Динамика совершенно ясна.

Обращаясь к заместителям: Спасибо вам всем.

Смерть

Хеллингер (через некоторое время, обращаясь к участнику): Я хочу тебе кое-что рассказать о смерти. «Смерть завершает» — это прекрасная мысль.

Участник: Я много раз слышал об этом и читал. (При этом он смеется.)

Хеллингер (обращаясь к группе): Что он сейчас сделал?

Обращаясь к участнику: Понимаешь, что ты сделал?

Участник: Я переиграл.

Хеллингер: Вот именно.

Оба смеются.

Хеллингер: Это, конечно, предполагает, что и сам помощник рассматривает свою смерть как завершение, упокоение. Тогда смерть будет на твоей стороне и даст тебе силу.

Все, что мы отрицаем, овладевает нами. Все, что мы уважаем, делает нас свободными. Так?

Участник: Да.

Хеллингер: Всего тебе хорошего.

Обращаясь к группе: Теперь подумайте, когда клиентка придет к нему снова, как она себя будет чувствовать: лучше или хуже? Конечно, лучше.

Обращаясь к участнику: Теперь ты близок к действительности, к ее действительности. Когда она заметит, что ты близок к ее действительности, действительность сможет подействовать, что-то может измениться к лучшему.