Куриный бульон для души - Марк Виктор Хансен

- Я рада, что вы остановились, - благодарно улыбнулась она. - Я молилась об этом. У вас найдется несколько минут посидеть и поговорить? - Мы поднялись за ней на крыльцо и устроились в тени.

Природная красота нашей хозяйки поразила меня. Она была стройной, но не тощей. За исключением морщинок в уголках ее ореховых глаз, мраморная кожа была гладкой и словно прозрачной. Ее серебристо-седые волосы были забраны в аккуратный узел.

- Многие проезжают мимо, - начала она, - особенно летом. Смотрят из окон машин и не видят ничего, кроме старого здания, в котором живут старые люди. Но вы увидели меня, Маргарет Мерфи. И нашли время для остановки. - Маргарет задумчиво продолжила: - Некоторые считают стариков слабоумными, а дело все в том, что мы просто одиноки. - Затем, посмеиваясь над собой, прибавила: - И еще мы, старики, любим поболтать, а?

Теребя красивую овальную камею в обрамлении бриллиантов, которая украшала ее хлопчатобумажное платье в цветочек, Маргарет поинтересовалась, как нас зовут и откуда мы едем. Когда я ответила, что из Балтимора, ее лицо прояснилось, а глаза заискрились.

- Моя сестра, благослови Господи ее душу, всю жизнь прожила в Балтиморе на Гораш-авеню.

Я возбужденно объяснила:

- В детстве я жила всего в нескольких кварталах оттуда, на Хоумстед-стрит. Как звали вашу сестру? - И тут же я вспомнила Мэри Гиббоне. Она была моей одноклассницей и лучшей подругой. Более часа мы с Маргарет делились воспоминаниями о нашей юности.

Мы оживленно беседовали, когда появилась сестра со стаканом воды и двумя маленькими розовыми табле-точками.

- Извините за вторжение, - приветливо сказала она, - но время приема лекарства и вашего дневного сна, мисс Маргарет. Нам надо поддерживать ваш моторчик. - Она с улыбкой подала Маргарет лекарство.

Мы с Джимом переглянулись. Маргарет без возражений приняла таблетки.

- Можно мне еще немного посидеть с друзьями, мисс Бакстер? - попросила она. Однако сестра мягко, но твердо отказала. Потом помогла Маргарет подняться из кресла. Мы заверили ее, что заедем к ней через неделю, на обратном пути. Лицо Маргарет прояснилось. - Это было бы чудесно, - сказала она.

После целой недели солнца уезжали мы с Джимом в облачный и сырой день. Под свинцовыми тучами интернат показался особенно неприглядным.

После нескольких минут ожидания к нам вышла мисс Бакстер. Она передала нам коробочку и письмо. Пока Джим читал его, она держала меня за руку:

Мои дорогие!

Прошедшие несколько дней были самыми счастливыми в моей жизни, с тех пор как два года назад умер Генри, мой любимый муж. У меня снова была любящая и внимательная семья.

Вчера вечером врача как будто обеспокоило состояние моего сердца. Однако я чувствую себя чудесно. И пока я испытываю такое счастье, я хочу поблагодарить вас обоих^за радость, которую вы принесли в мою жизнь.

Беверли, дорогая, я дарю вам камею, которая была на мне в день нашего знакомства. Мне подарил ее мой муж в день нашей свадьбы 30 июня 1939 года. Она принадлежала его матери. Пусть она доставит вам удовольствие, и надеюсь, что в один прекрасный день вы передадите ее своим дочерям и их детям. С этой брошью я отдаю вам свою безграничную любовь.

Маргарет

Через три дня после нашего прошлого визита Маргарет тихо скончалась во сне. Взяв камею, я не смогла удержаться от слез. Осторожно перевернула ее и прочла выгравированную на серебряном ободке надпись: «Любовь - это навсегда».

Как и воспоминания, дорогая Маргарет, как и мои воспоминания.

Беверли Файн

Все еще живет маленькая девочка

Приведенное нюке стихотворение бьшо написано женщиной, которая работала сестрой в отделении для престарелых Королевской больницы в Монтрозе, Шотландия. Сначала оно было напечатано как анонимный материал в больничном журнале для персонала. Через несколько месяцев персонал больницы Эшльюди, рядом с Данди, нашел среди вещей умершей старой пациентки рукописную копию этого стихотворения. Оно настолько поразило персонал, что списки с него широко разошлись по больнице и за ее пределами. В конце концов отыскался автор стихотворения. Она умерла во сне в возрасте 80 лет.

Что ты видишь, сестра, что ты видишь?

Разве ты не думаешь, глядя на меня, -

Вот лежит старуха, не очень умная,

Неловкая, с отсутствующим взглядом?

Которая роняет пищу и не отвечает,

Когда ты громко говоришь: «Постарайтесь же!»

Которая словно бы не замечает того, что ты делаешь,

И все время теряет то чулок, то туфлю?

Которая, хочет она или нет,

Позволяет тебе делать, как ты хочешь,

И чей долгий день заполнен купаниями и кормлениями?

Ты об этом думаешь, ты это видишь?

Тогда открой глаза, сестра, ты смотришь на меня.

Я скажу тебе, кто я такая, что сидит тут так неподвижно,

Двигается по твоему знаку,

Принимает пищу по твоему желанию…

Мне десять лет, у меня есть отец и мать,

Любящие друг друга братья и сестры;

Юная девушка шестнадцати лет, летящая, как на крыльях,

Мечтающая о любви, которую скоро встретит;

Двадцатилетняя невеста с бьющимся сердцем,

Помнящая клятвы, которые она обещала выполнять;

В двадцать пять лет у меня уже свой ребенок,

Для которого я должна построить надежный, счастливый дом;

Женщина тридцати лет, мой второй сын так быстро растет,

Связанный со мной неразрывными узами;

Мне сорок, сыновья выросли и покинули дом,

Но рядом со мной муж, который не дает мне грустить;

В пятьдесят вокруг меня снова играют малыши,

У нас снова дети - у моих дорогих и у меня.

Пришли темные дни, умер мой муж,

Я смотрю в будущее и содрогаюсь от ужаса,

Потому что мои младшие уже сами растят своих детей,

А я вспоминаю о годах и любви, которую знала.

Теперь я старуха, а природа жестока -

Она любит сделать так, чтобы старый человек казался дураком.

Тело разрушается, грация и сила уходят;

И там, где у меня когда-то было сердце, теперь камень.

Но внутри этого старого остова