Самая большая иллюзия - Игорь Ларсон

Я мало слышал о Винсенте Дрейке – хозяине «Softtronic». На фирме не было принято обсуждать личную жизнь кого-либо из сотрудников, тем более руководства. Каждый занимался своим делом, поэтому Дрейк для большинства был загадкой.

Мы вышли из аэропорта и сели в «ягуар» Харли. Машина тронулась с места, и мы помчались в город. Дорога была приятной и легкой. Я не заметил, как пролетело время, – и мы уже были на месте.

– Все, Ник, выгружайся. Мы приехали, – сказал Алекс, останавливая машину.

– Так быстро? – удивился я. – Знаешь, я столько лет в Америке, а до сих пор Питер снится. Здесь многое похоже на него, – сказал я, имея в виду некоторую схожесть архитектуры.

– Что снится? – не понял он.

– Питер. Санкт-Петербург. Город в России. Я там родился, – пояснил я.

– Я знал, что ты русский, но ты никогда не рассказывал о родном городе, – сказал Харли.

В Нью-Йорке столько эмигрантов, что никому нет дела до того, откуда ты взялся. Еще со школы в Бруклине я привык к этому и никогда не затевал разговоров про свою родину ни с кем, даже с близкими знакомыми. Потому Харли, как и все остальные, ничего не знал о моем русском прошлом. Исключением была только жена, Линда. За семь лет, прожитых вместе, мы узнали друг о друге все и понимали один другого без слов. После свадьбы я даже решил взять ее фамилию. Так из Игоря Каменского я стал Игорем Ларсоном. Однако все знакомые зовут меня Ник – это прозвище тоже родилось в Бруклине, даже не помню почему. Кто-то назвал меня так, остальные подхватили. Я не возражал, и со временем прозвище стало для меня таким же близким, как настоящее имя.

Выйдя из машины, мы с Харли перешли дорогу и оказались рядом с милым четырехэтажным домом в типично европейском стиле. Я остановился и стал осматриваться, разглядывая достопримечательности.

– Что застыл, парень? – спросил Алекс.

– Очень красиво! – ответил я. – Аж дух захватывает.

– У меня поначалу так тоже было, – поддержал он. – После привычной толкотни бизнес-районов Нью-Йорка здесь сперва теряешься. Я первую неделю после переезда всюду с собой фотокамеру таскал – столько красоты кругом. Каждый день думал, что это может закончиться в любой момент. Но потом привык. Уже как дома себя чувствую.

– Я буду жить здесь? – указал я на дом, рядом с которым мы остановились.

– Да, Ник. На ближайшую неделю это твои владения, – подтвердил Алекс. – Окна вон там. – Он показал он на мансарду.

Мы поднялись наверх и вошли в квартиру. «Милая, аккуратная и чистая» – первое, что пришло мне в голову.

– Посмотри, какой вид из окна! – словно продолжая мои мысли, сказал Харли.

Окна выходили на какой-то канал, вдоль которого возвышались несколько средневековых строений и католический собор.

– Ну как? – поинтересовался Алекс.

– Сойдет, – нарочито небрежно ответил я.

– Ну раз сойдет, тогда давай шевелись. У тебя не так уж много времени. Надеюсь, ты не забыл о мероприятии вечером? – спросил он.

– Во сколько оно будет? – поинтересовался я.

– В семь вечера. Я заеду за тобой в шесть тридцать. Будь готова, Золушка. Опаздывать нельзя, – засмеялся он. – Если бы твой рейс не задержали, мы бы еще прокатились по окрестностям. А так, придется сразу отправляться на бал. Полагаю, ты взял одежду поприличней? – спросил он, направляясь к двери.

– Взял, конечно, – ответил я.

– Тогда порядок. Да, чуть не забыл. В холодильнике полно еды. Поешь с дороги и ознакомься с планом действий. Там на столе, – он показал пальцем на журнальный столик в центре комнаты, – какое-то напутствие от Дрейка. Каждый, кто приехал на проект, получил такое.

Я подошел к столу и взял лежащий на нем конверт.

– О'кей. Посмотрю, – сказал я.

– И не забудь съесть после прочтения, – сказал Харли, и мы оба расхохотались. – До вечера, – попрощался он затем и вышел из квартиры.

Я сел на кровать, вскрыл конверт и принялся изучать послание. В нем говорилось, что Компания «Softtronic» в лице ее президента приветствует меня и благодарит за приезд. Также сообщались некоторые профессиональные детали и то, что на собрании, которое состоится сегодня в семь часов вечера в центральном офисе компании по указанному адресу, будут разъяснены остальные подробности.

Я глянул на часы на стене и подвел свои, до приезда Харли оставалось около полутора часов. Я не спеша распаковал сумку и отправился в ванную.

Когда я уже стоял в душе, мне послышался телефонный звонок. «Показалось», – подумал я. Однако звук повторился, и я выключил воду. Телефон действительно звонил. Причем не мой мобильный, а городской в комнате. Наскоро обтершись полотенцем, я вышел из ванной и взял трубку. Звонил Харли.

– Ты чего не отвечаешь, Ник?! – прокричал он. – Я тебе пятнадцать минут на мобильный звоню!

На том конце было невероятно шумно. Мне казалось, что он и своего голоса не слышит.

– Я был в душе! Телефон с собой не брал! А что случилось?! – прокричал я в ответ.

– Не ори так, – сказал Харли уже нормальным тоном. – Я ж не глухой.

Из трубки по-прежнему доносился шум, но казалось, Алекс прекрасно слышит каждое мое слово.

– Тут такая история, Ники. Я колесо пробил на дороге. Жду аварийку. Думаю, за тобой заскочить не успею. Так что хватай такси и жми на встречу сам. Возьми ручку, я продиктую адрес.

– Не надо. Он в послании указан. Так что найду как-нибудь. Все нормально, – ответил я.

– О'кей. Увидимся на месте. Только не опаздывай, Дрейк этого терпеть не может. Счастливо, старик, – попрощался он.

– И тебе всего, – сказал я и повесил трубку.

Я взял справочник, выбрал номер парка такси и сделал заказ.