Социальный вид - Мэттью Либерман

Как и в предыдущих исследованиях, 4–5-летние дети прекрасно справились с тестом «Салли и Энн»: правильный ответ дали 85%. Из группы с аутизмом тест прошли только 20% детей, и это колоссальная разница. Не могла ли быть причиной когнитивная сложность задания? Если бы дело было в ней, дети с синдромом Дауна тоже показали бы плохие результаты, а их результаты соответствовали группе детей с нормальным развитием. Собственно, во всех трех группах дети хорошо запомнили последовательность событий в тесте, так что аутисты вполне способны следить за развитием действий. Их проблема — в специфическом дефиците способности ментализации. В последующих исследованиях выяснилось, что они не распознают блеф, иронию, сарказм и бестактность268.

Аутисты вряд ли приписали бы враждующим треугольникам Хайдера и Зиммель из главы 5 (см. рис. 5.1) психические характеристики: убеждения, эмоции и личностные качества269. Психолог из Йельского университета Эми Клин записала трактовки мультфильма детьми с нормальным развитием и аутистами, в которых очевидно отсутствие у последних модели психического. Вот как описал события ребенок с нормальным развитием:

Большой треугольник — как взрослый мальчик или хулиган — был один. Потом пришли еще двое ребят, и самый маленький стеснялся и боялся, а другой — маленький треугольник — не дал себя в обиду и защищал слабого. Большой треугольник им позавидовал и начал задирать маленький треугольник. А тот расстроился и говорит: «Ты чего?» и «Зачем ты так делаешь?».

Из этого текста легко представить себе всех участников драмы и их ощущения. Здесь постоянно упоминаются названия психических состояний, анимированные геометрические фигуры действуют как разумные создания. Описать сюжет таким образом вполне естественно — эта трактовка кажется совершенно адекватной.

А вот что видел ребенок с аутизмом:

Большой треугольник вошел в квадрат. Там были маленький треугольник и круг. Большой треугольник ушел. Геометрические фигуры сталкивались и отскакивали друг от друга. Маленький круг вошел в квадрат. Большой треугольник был там вместе с ним. Маленький треугольник и круг гонялись друг за другом. Они как бы колебались, как будто в магнитном поле. Потом все исчезли с экрана.

Во втором описании полностью отсутствует сюжет. Аутист просто описывает движения фигур, не вкладывая в них никакого смысла, социального или любого другого. Надо заметить, технически его версия несомненно точнее. Большой треугольник никакой не хулиган и никому не завидует. А круг — не стесняется и не боится. Это геометрические фигуры, у них нет чувств, мыслей и характера.

Но несмотря на точность, пользы от этого описания никакой. Мы везде ищем сюжетные нити, потому что без них не можем прогнозировать, что будет дальше (суд? про­ткнут друг другу колеса? трогательно побратаются?). В мире, где каждый непроизвольно воспринимает психическое состояние окружающих, не уметь этого — значит оказаться в невыгодном положении. Аутисты не способны увидеть психологию за действиями, поэтому им трудно наладить отношения и общаться с теми, для кого это естественный процесс.

Причины аутизма

На тему связи аутизма с нарушением модели психического в науке нет разногласий: они точно связаны. Ученые спорят о двух вещах: приводит ли это нарушение к проявлениям аутизма, и он развивается вследствие дефицита модели психического, или наоборот — дефицит появляется из-за неких не связанных с моделью психического процессов развития. Проще говоря, является модель психического причиной или следствием аутизма.

Как бы ни хотелось свести аутизм к проблемам модели психического, исследованиями это не подтверждается. Появляется все больше доказательств того, что ее нарушения не могут быть единственной его причиной. Во-первых, вспомним, что лишь 20% аутистов прошли тест «Салли и Энн». Можно переформулировать: некоторые дети с диагностированным аутизмом способны пройти тест. Если бы все дело было в модели психического, то ее дефицит должен был наблюдаться у всех аутистов. Тест «Салли и Энн» — не единственный и не самый сложный270, однако некоторая часть аутистов с проявлениями асоциальности его успешно проходит, и это подтверждает, что расстройства аутистического спектра не всегда сопровождаются нарушениями модели психического.

Во-вторых, у аутистов есть перцептивные и когнитивные искажения, не имеющие отношения к модели психического. Ута Фрит провела тест на встроенные фигуры с группами нормально развитых и аутичных детей271. Один из примеров теста — на рис. 7.2. Дети искали «спрятанный» в коляске треугольник, изображенный слева (того же размера, формы и ориентации).

Рис. 7.2. Пример теста на встроенные фигуры. Надо найти такой же треугольник (того же размера, формы и ориентации) на изображении детской коляски

Источник: Shah, A., & Frith, U. (1983). An islet of ability in autistic children. Journal of Child Psychology and Psychiatry, 24(4), 613–620

Думаю, вы уже сами попробовали его найти и у вас не сразу получилось (подсказываю: он в капюшоне коляски). Так вот, у аутистов это получается быстрее. В такого рода тестах они всегда демонстрируют лучшие результаты. Превосходство не назовешь нарушением, хотя в данном случае оно свидетельствует о когнитивно-перцептивном дисбалансе.

Люди с нормальным развитием дольше проходят этот тест, потому что привыкли смотреть на весь образ, а не на его составляющие, которые надо еще объединить для извлечения высокого смысла. Мы видим лужайку, а не травинки. Результаты теста на встроенные фигуры зависят от способ­ности расчленить увиденное на нефункциональные элементы. При аутизме наблюдается дефицит восприятия высокого смысла272, как в окружающих предметах, так и в речи, поэтому если для выполнения задачи надо сосредоточиться на частях в ущерб целому — аутистам нет равных. Несомненно, существует параллель между извлечением высокого смысла из увиденного и постижением целей и мотивов, стоящих за поведением окружающих.

Однако эти два нарушения не всегда соседствуют в аутистических расстройствах273. Почему некто действует определенным образом, отчего произошло некое событие — определяется в разных нейронных контурах, так что это, похоже, раздельные процессы. Некоторые предполагают, что дефицит модели психического является первопричиной асоциальности при аутизме и что нарушение восприятия цельного образа отвечает за прочие несоциальные трудности. Чтобы так и было, надо допустить, что в результате обучения ментализации у аутистов улучшатся соответствующие социальные навыки. По данным многочисленных исследований, в процессе обучения у аутистов значительно повышаются способности к ментализации274, но это не приводит к сколь-нибудь заметным подвижкам в социальных навыках.

Причина или следствие?

Предыдущие исследования подтвердили отсутствие у аутистов модели психического, но заставили усомниться, что сопутствующие нарушения социального развития обусловлены именно этим. Было бы понятнее, если бы дефицит модели психического был вторичным — следствием из следствий аутистических нарушений. Чтобы понять разницу, представьте легкоатлета, получившего травму левого колена на тренировке. С большой долей вероятности в течение недели у него возникнут боли в правом бедре: щадя больную левую ногу, он увеличит нагрузку на суставы здоровой правой, а это чревато болезненными ощущениями. В данном случае боль в левом колене является прямым следствием травмы, а боль в правом бедре — вторичным, поскольку она появилась из-за боли в колене.