Формула. Универсальные законы успеха - Альберт-Ласло Барабаши

На GitHub работа в командах давала очевидные преимущества. Командные проекты были гораздо успешнее одиночных. Чем больше был коллектив, тем больше у него было подписчиков. Поскольку сайт также отслеживает, какой вклад каждый из членов команды вносит в проект, Джим видел, кто из них работал больше остальных. Иными словами, он оценивал личную результативность. Анализируя данные, он заметил поразительную вещь: нигде не было баланса. Во многих случаях львиную долю работы выполнял один член команды. Чем больше была команда, тем усерднее работал такой человек. Получается, что в каждом коллективе был прирожденный лидер. По мере роста команды этот лидер брал на себя все больше работы.

Несоразмерность вкладов членов группы наблюдается не только на GitHub^[121]. Взять, например, десятки — а часто и сотни — редакторов, которые трудятся над каждой страницей «Википедии». Как и GitHub, «Википедия» отслеживает активность каждого редактора, позволяя нам увидеть, как распределялась работа между ними. И распределение снова неравномерно: большинство редакторов вносят мелкие правки — меняют отдельные слова или добавляют крупицы новой информации. При этом несколько редакторов тянут воз на себе, в одиночку создавая и без устали редактируя большую часть контента. Такую же динамику мы видели, наблюдая за командами школьников, проводящих исследования в сфере синтетической биологии^[122] с целью проектирования новых функций в живых организмах. Чем больше была команда, тем более неравномерным был вклад ее членов в итоговый продукт.

Самое важное, что при анализе GitHub Джим установил, что степень вовлеченности лидеров в проект играла ключевую роль в командном успехе. У редких проектов, добивавшихся ошеломительного успеха, было кое-что общее, какой бы ни была их цель: чем сильнее было влияние единственного лидера, тем успешнее они становились.

* * *

«Ни одна великая идея не родилась на конференции»^[123], — сострил Фрэнсис Скотт Фицджеральд. Наблюдения Джима говорят нам, что Фицджеральд был неправ: великие идеи могут родиться в ходе командной работы, но их должен отточить и направить в нужное русло один визионер. Многопрофильность команды закладывает прочный фундамент успеха, но группа не может преуспеть без лидера. Чем более успешна команда программистов, тем более неравномерен вклад ее членов в общее дело. В такой команде неизменно появляется лидер, который задает тон и выполняет большую часть работы. Его соратники играют чрезвычайно важную роль, делясь своим опытом и заполняя пробелы, но именно лидер отвечает за цельность проекта, исправляет отдельные ошибки, отвергает фрагменты ненадлежащего качества и проверяет, чтобы итоговый продукт соответствовал его представлениям и стандартам.

Но сколько должно быть лидерства? Если суперзвезда-одиночка вроде Дэвиса вносит в совместный проект такой огромный вклад, то какую роль сыграют две суперзвезды, а то и пять? В какой момент на кухне станет слишком много Джулий Чайлд? Ответить на этот вопрос сложно, если речь идет о людях-суперзвездах. Все гораздо проще с курами.

Уильям Мьюир изучает разведение животных^[124] — в частности, как гены и селекция работают вместе при создании поведенческих характеристик. Он ученый и профессор, но также и фермер-куровод. Хотя в богато иллюстрированных детских книгах эта профессия романтизируется, на самом деле куроводы думают лишь об одном: как максимизировать яйценоскость кур. Работая со множеством клеток с птицами, Мьюир с огромным интересом изучал принципы селекции. Одни куры неслись лучше других. Уильям решил использовать самый очевидный способ, который пришел ему в голову: выбрать лучшую несушку из каждой клетки, посадить их вместе и разводить только их. Он предположил, что через несколько поколений у него будет целый курятник великолепных птиц, высиживающих яйца. Иными словами, он хотел создать команду, включив в нее одних звезд.

Для сравнения Мьюир также определил самую продуктивную клетку. Не каждая курица из этой клетки была великолепной несушкой, но вместе они несли впечатляющее количество яиц. Он посадил этих кур в клетку по соседству со своими суперкурами и занялся разведением каждой из групп. Само собой, ему хотелось посмотреть, насколько суперптицы со временем превзойдут несушек из контрольной группы. Мьюир позволил курам размножаться на протяжении шести поколений — это стандартная процедура при разведении животных, — а затем, используя прапраправнучек кур из оригинальных групп, принялся считать яйца.

Когда Мьюир впервые представил результаты своего исследования на научной конференции, он начал с описания контрольной группы. Шесть поколений спустя она процветала. Куры были упитанными и здоровыми, а их общая яйценоскость повысилась на 160 процентов. Иными словами, эксперимент уже завершился успехом: ученый показал, что изоляция и селекционное разведение случайно сложившейся команды, то есть кур из самой продуктивной клетки, помогла ему значительно повысить количество откладываемых яиц. Кроме того, это значило, что планка для суперкур, отобранных на основании индивидуальной продуктивности, была поставлена очень высоко.

Однако, когда Мьюир перешел к слайдам о клетке суперкур, слушатели ахнули. Шесть поколений спустя потомки суперкур уже не казались суперзвездами. Складывалось впечатление, что жизнь изрядно их потрепала. Из девяти кур осталось только три. Остальные шесть были убиты выжившими соседками по клетке. Три выжившие курицы пребывали не в лучшей форме: у них почти не осталось перьев, их хвосты были помяты и ощипаны, а голая кожа на крыльях была покрыта шрамами. Их клетка стала местом военных действий. В ходе эксперимента эти куры и вовсе забыли о том, чтобы исправно нестись. Измученные, измотанные постоянными конфликтами, они не несли яйца.