Умеренность - Райан Холидей

С другом мы сами можем сохранять спокойствие. И можем его успокоить. Мы даем советы, а не пристаем с назиданиями. Это не только доброта, но и огромная польза. Мы можем быть для друзей ресурсом, вытащить их из глубин и вернуть на путь успеха и счастья.

А теперь представьте, на что вы были бы способны, имей возможность регулярно оказывать такую услугу самому себе.

Там, где есть любовь и поддержка, мы растем.

Быть добрым к себе — акт самодисциплины. Будьте себе хорошим другом.

Не корите себя. Развивайте себя. Совершенствуйте себя. Именно так и поступают друзья.

Сила отдать власть

Джордж Вашингтон завершил работу и отправился домой.

Он только что победил Британскую империю, и у его ног был целый континент. Он мог получить его в качестве трофея, но отказался — фактически отказался — от любой власти, которой пожелал бы, от любых почестей, о каких можно только мечтать. А ведь он мог бы объявить себя королем, и его семья правила бы века.

Вместо этого он поклонился и отказался от своей шпаги.

Король Георг III был поражен новостью. «Если он сделает это, — сказал он американскому художнику Бенджамину Уэсту, — то станет величайшим человеком в мире»[242].

Как и Наполеон, Вашингтон в молодости изучал историю завоевателей. Он тоже был знаком с поучительными примерами Александра Македонского и Юлия Цезаря. Просто он принял их близко к сердцу. Его вдохновляла история Цинцинната — римского военачальника, которому в минуту опасности вручили права диктатора. Разбив врагов, он немедленно отказался от практически неограниченной власти и вернулся к занятиям сельским трудом.

Управлять своими устремлениями — это одно. Держать себя в руках — другое. Но отказаться от власти?! Добровольно отдать силу, которая должна безжалостно развращать, или поделиться ей?

Это редчайшая вещь.

Это воплощенная умеренность.

Нас приучают приобретать, приобретать и приобретать. Нам рассказывают, что, борясь, нужно идти к вершине. Некоторым из нас посчастливилось туда попасть.

Главный тренер. Генеральный директор. Владелец. Президент. Начальник.

Зачем отдавать то, что у вас есть? Зачем делиться тем, что принадлежит вам?

Самые убедительные аргументы у тех, кто не смог этого сделать.

История Рима (да что там, история человечества!) — это почти всегда история людей, которых власть сделала хуже. От Нерона до Наполеона, от Тиберия до Трампа — власть не просто развращает, она разоблачает человека. Она подвергает личность немыслимым нагрузкам и невероятным искушениям. Она ломает даже самых сильных.

Дов Чарни основал American Apparel — дом моды, основанный на принципах справедливых условий труда и этичного брендинга. Но, по мере роста успехов и возникновения соблазнов, он медленно и неуклонно предавал изначальные принципы, цепляясь за тотальный контроль и власть, даже когда стресс и проверки высасывали из работы радость. Инвесторы, консультанты, сотрудники — все советовали ему привлечь компетентных специалистов для решения сложных проблем, но он не мог этого сделать[243].

Он предпочитал подхалимов и старлеток, которыми легко повелевать — не надо делиться властью и наделять полномочиями. Совет директоров решил сместить Чарни из-за его несдержанности, но сначала предложил последний вариант: уйти с поста генерального директора, стать творческим консультантом, сохранив опционы на покупку акций и зарплату в миллион долларов в год. Однако Чарни предпочел все разрушить, лишь бы не видеть, как кто-то получает хотя бы минимальный контроль над его детищем.

Разделение властей стало одним из блестящих нововведений отцов-основателей американского государства. Они понимали: концентрация власти опасна, руководство — бремя, которое лучше распределить. Вашингтон возвратил власть народу, чтобы тот разделил ее и распределил по своему усмотрению. Большинство амбициозных лидеров не могли игнорировать сладкоголосия сирен. Вашингтон сумел.

Человек, который не способен сопротивляться, представляет опасность для себя и для организации. Человек, который нуждается в этом, не может снести ситуации, в который он не главный, не великий, даже если он достигает великих свершений. Это зависимые люди! Не они обладают властью, а власть обладает ими.

Они не станут теми лидерами, чьи организации максимально и стабильно успешны. Они не способны планировать преемственность, наделять полномочиями других, делать хоть что-то, что снижает их собственную значимость.

Взглянув на открывшиеся в мягком свете кроткой философии возможности, Вашингтон вернулся в Маунт-Вернон, выбрав путь Цинцинната. Джордж хотел побыть в тишине и покое. Смирить себя тяжелым трудом. Он соблюдал разделение гражданской и военной власти. Он ставил интересы государства выше себя.

Это было нелегко для амбициозного человека с категоричным мнением. И все же он сделал это.

Но разве Вашингтон не стал после президентом? Да, стал, но неохотно. И по результатам всеобщих выборов. Через два срока он окончательно ушел в отставку, обозначив не зафиксированную в конституции норму умеренности. Ей будут следовать в течение следующих полутора веков, а в 1951 году закрепят в конституции в виде двадцать второй поправки.

В Риме император обладал невероятной властью: он мог получить практически все, что пожелает. Однако и Марк Аврелий, и Антонин предпочли при выборах на должность консула положиться на мнение народа — баллотировались как частные лица и не требовали почета и власти.

Возможно, вы подумали: «На их месте я бы “взял деньгами” — я бы предпочел власть». Возможно, они тоже. На вашем месте.

Платон говорил, что лучшие лидеры не стремятся к власти. На самом деле они в ней просто не нуждаются. Они победили свои аппетиты и эго, стали сильнее, независимее, менее развращенными, более спокойными, добрыми и сосредоточенными на главном.

Королева Елизавета предложила премьер-министру Черчиллю (в этой должности он был и во время Второй мировой войны) титул герцога[244]. Он был польщен и тронут и едва не разрыдался. Затем взял себя в руки и вежливо отказался. «Я вспомнил, что должен умереть тем, кем я всегда был, — сказал он позже, — Уинстоном Черчиллем».

Важен не титул. Не власть. Не богатство. Не управление.

Величие не в том, что у вас есть.

Оно в том, кем вы решили стать. Или в том, кем оставаться.

Подставить другую щеку

Мартин Лютер Кинг произносил заключительную речь на Конференции южного христианского руководства в 1962 году в Бирмингеме. Как президент этой организации, он поблагодарил собравшихся, напомнил представительной объединенной аудитории о планах на следующий год. Вдруг на сцену выскочил белый мужчина и начал жестоко избивать оратора. Позже стало известно, что нападавшего звали Рой Джеймс.

Первый же тычок в лицо развернул Кинга, и немедленно последовала серия ударов — по голове и