Извините, я опоздала. На самом деле я не хотела приходить. История интроверта, который рискнул выйти наружу - Джессика Пан

Я понимаю, что мне не следует расспрашивать мужчин об их одиночестве, не делясь собственным опытом. Но раз уж мы все здесь, то я заодно и вам расскажу.

Было время в моей жизни, когда я была настолько одинока, что моим единственным другом был глухой кот по имени Луи. За исключением того, что у меня была сильная аллергия на него и ни один из нас особенно не любил другого. Луи был котом моей соседки по квартире в Пекине, которая редко бывала дома, так что обычно в квартире находились только мы с Луи. Я могла быть дома уже три часа, но, поскольку он не слышал меня, я поворачивала за угол, а он пугался и подпрыгивал на метр в воздух, что, в свою очередь, дико меня раздражало.

Мой друг Пол рассказывает, как на велосипеде один доехал от Нидерландов до Испании. «Тебе было одиноко?» – внезапно спрашиваю я.

После работы я возвращалась домой, ужинала в одиночестве и ложилась спать. Луи проводил свои ночи, нестройно завывая у двери моей спальни в 2 часа ночи, но исчезал каждый раз, как я выглядывала за дверь, чтобы выяснить, почему он орет. Это было похоже на сожительство с викторианским призраком.

Оглядываясь на те долгие дни, проведенные в одиночестве, я отношусь к этому, как к забавному анекдоту. Но реальность была гораздо более болезненной. Недавно я нашла свой дневник того времени и прочла там: «Я настолько одинока, что даже думаю о смерти».

Не так уж и смешно.

Я не была склонна к самоубийству. Я никогда не причиняла себе вреда. Я ездила на работу и ела еду, чтобы пережить этот день. В мире множество людей, которые чувствовали себя намного хуже. Тем не менее я была наедине со своими мыслями весь день, каждый день, и жила, не замечая, как малейшее взаимодействие с кем-то заставляло меня чувствовать себя замеченной или понятой. Были моменты, когда я ощущала, как темнота и тишина полного одиночества сгущаются.

Это было чувство, от которого я не могла избавиться; когда оно овладевало мной, мне так сильно хотелось, чтобы оно ушло, что я представляла, как засыпаю и никогда больше не просыпаюсь, лишь бы избавиться от него.

Я помню, что это случалось чаще всего, когда я просыпалась в субботу утром, а впереди меня ждали выходные: никаких планов, ни с кем не нужно было встречаться, никто меня не ждал. Одиночество, казалось, повлияло на меня сильнее всего, когда я почувствовала себя бесцельной, без какой-либо инициативы или задачи. Еще это сильно повлияло на меня потому, что я жила за границей, вдали от близких друзей и семьи.

В наши дни выходные без планов – это сценарий моей мечты. Сейчас, в Лондоне, я специально выделяю выходные для этой цели, и они приносят мне огромную радость. Но жизнь другая, когда ты в ней совсем одинок.

Пока я жила в Пекине, я пыталась завести друзей на работе. Я приглашала людей на ужин. Я переехала в новую квартиру, помахала Луи на прощание (на расстоянии вытянутой руки) и нашла нового соседа по комнате, общительного ирландца, который познакомил меня со своими друзьями. Мне пришлось изрядно потрудиться, чтобы рассеять одиночество. В некоторые дни мне казалось, что это тяжелая битва, в которой я могу и не победить, но в конце концов это сработало. Одиночество отступило.

Мне потребовалось много времени, чтобы по-настоящему поверить и понять, что одиночество – это стечение обстоятельств. Мы переезжаем в новый город. Мы находим новую работу. Мы путешествуем одни. Наши семьи уезжают. Мы больше не знаем, как общаться с близкими людьми. Мы теряем связь с друзьями. Это не обоснованное обвинение в том, что мы не можем быть любимы.

Интроверт или экстраверт, застенчивый или общительный – одиночество может поймать вас, независимо от того, кто вы. И это свойственно всем. Одиночество даже называют эпидемией, а в Великобритании назначили министра по вопросам одиночества после того, как в одном из исследований пришли к выводу, что 9 миллионов человек в Великобритании часто или всегда чувствуют себя одинокими. К ним относятся не только очевидные категории людей, такие как пожилые люди и люди, живущие в отдаленных районах. Сегодня люди от 16 до 24 лет чувствуют себя более одинокими, чем представители любого другого поколения. Из-за развития социальных сетей, электронной почты и приложений доставки еды и продуктов мы переносим большинство личных встреч в наши телефоны, и зависимость от этих технологий возрастает с каждым годом. Каждый человек в какой-то момент своей жизни испытывает одиночество. Даже несмотря на то, что этот вопрос широко освещается в средствах массовой информации, поднимать его с кем-то один на один – скользкий путь.

После ужина с Полом я замечаю, что тема одиночества часто натуральным образом всплывает в разговорах с другими, когда я объясняю, что послужило толчком для начала моего года экстраверсии: одна на диване, мои лучшие друзья разъехались по всему миру, а я думаю, что же, черт возьми, со мной не так. Как только я рассказывала это, мужчины, которых я знала, постепенно начинали открываться мне.

Муж моей новой знакомой, Том, говорит мне, что он чувствовал себя одиноким, когда переехал в Женеву, чтобы получить степень доктора наук. Его друг, тогда переехавший в Париж по работе, предупредил его: будет так одиноко, что ты окажешься в баре один, сидя в одиночестве и ища друзей. Том рассмеялся – ему казалось это смешным. У него никогда не будет таких проблем.

Он продержался неделю. Его друг был прав. Он «сходил с ума» настолько, что ходил в бар только для того, чтобы быть рядом с другими людьми. В конце концов он разговорился там с какими-то парнями, а на следующий день сыграл с ними в футбол. Он говорит, что постоянно ходил на мероприятия один, общался с людьми, активно пытался завести друзей, пока наконец не сделал этого. Иногда это не удавалось, но в итоге у него появилось несколько друзей.

Том говорит мне, что он интроверт, и мы обсуждаем ошибочное представление о том, что интроверты не могут быть одиноки.

– Конечно, могут, – говорит он. – Человеческий контакт очень важен. Вы можете использовать Skype или FaceTime, но в какой-то момент вам понадобятся реальные встречи.

Экстраверты могут получать удовольствие от нахождения в шумном городе, где у них случаются небольшие поверхностные связи с людьми, но интроверты ищут определенную связь и склонны чувствовать себя одинокими в толпе, даже если они взаимодействуют с несколькими людьми. (Другими словами, нам трудно угодить.)

Один из друзей Сэма, Пабло, говорит мне, что чувствовал себя одиноким, когда путешествовал один, останавливаясь в хостелах. Он читал в своей кровати, в то время как все остальные вокруг него, казалось, легко становились лучшими друзьями.

На уроках импровизации я подружилась с одним из моих однокурсников, Эдвардом, общительным парнем 20 лет. Когда мы шли к вокзалу Кингс-Кросс, я спросила его, когда он в последний раз чувствовал себя одиноким. Эдвард замолк, пожал плечами и сказал, что подумает об этом. В тот же вечер он прислал мне сообщение: он чувствует себя невероятно одиноким, живя сейчас в Лондоне. Он только что вернулся в Великобританию, проведя пять лет за границей, и ощущает себя потерянным и оторванным от своих старых друзей. Он говорит мне, что на самом деле чувствует себя одиноким почти каждую минуту, когда не занимается импровизацией.