Разговор с незнакомцем - Малкольм Гладуэлл

«Если вся преступность сконцентрирована на небольшой доле городских улиц, то, спрашивается, какого рожна понапрасну тратить ресурсы на другие места? – недоумевает Вейсберд. – Тем более если она привязана к своему ареалу и с трудом меняет его». Сторонники теории привязки считают, что решили проблему, которая так озадачивала в эпоху упреждающего патрулирования. Как можно успешно патрулировать огромные города силами нескольких сотен полицейских? Вовсе не обязательно раздувать штаты или переводить город на режим особого положения. Все очень просто: нужно сосредоточить усилия на тех областях, где концентрируется вся преступность.

Но вернемся к статистическим показателям ДПС в Северной Каролине. Если патрульные стали останавливать там вдвое больше водителей (целых 800 000 человек в год), говорит ли это о фокусировке и правильной концентрации усилий? Или, скорее, похоже на то, что дорожная полиция штата увеличила численность личного состава и просто-напросто дала команду всем своим сотрудникам на любых участках дорог останавливать как можно больше народу? Из канзасского эксперимента правоохранительная система вынесла тот урок, что упреждающее патрулирование работает, только когда оно агрессивно. Но она упустила второй важный момент: агрессивное патрулирование должно ограничиваться зонами концентрации преступности. В Канзас-Сити сработал закон привязки.

Вейсберд и Шерман, по их словам, без особого успеха потрясали своими картами и таблицами, пытаясь убедить коллег в существовании закона концентрации преступности. Когда-то в молодости, еще только начиная свои исследования в 72-м бруклинском участке, Вейсберд, после нескольких часов обхода улиц вместе с полицейским патрулем, обернулся к своим спутникам и спросил: «А какой смысл в том, что мы снова и снова возвращаемся в одни и те же кварталы?» Ответом ему были недоуменные взгляды.