Сообразим на троих - Алексей Аверьянов

— Тебя подвезти? — заботливо спросила Вера. — Можем такси вместе взять.

— Не, я на метро, оно дешевле. Да и хочется побыть в толпе. Оказывается, компания из трех человек бывает непредсказуема.

Надя улыбнулась на прощание и сняла с вешалки куртку. — Ну давай, спишемся.

Официант с непроницаемым лицом поторопился принести Вере счет.

Эпилог. Люба

Дверь немного скрипнула, но это не должно разбудить домашних.

Люба осторожно вошла в квартиру. Машенька с Коленькой, как и ожидалось, уже давно спали, а вот Павел ждал жену за ноутбуком на кухне.

— Как посидели? — участливо поинтересовался он, закрывая ноут и включая маленькую лампочку подсветки.

— Нормально.

— Кушать будешь?

— Нет.

— Ну чего ты такая вредная? Лягушонок, что-то случилось?

— Нет. Я в ванну и спать. Завтра будний день. Детей в школу вести тебе.

— Я помню, — откликнулся муж. — Давай хоть пообщаемся, что ли. Или проведем время вместе… Я могу помассировать тебе плечи. И не только их…

Павел многозначительно улыбнулся, явно заигрывая. Но Любу это не впечатлило, она буркнула что-то в ответ что-то нечленораздельное, что муж правильно расценил как отказ.

— Жаль…

Паша грустно зашаркал старыми тапочками в спальню.

На полпути выглянул из-за угла:

— Может, тогда после ванны? А?

— Нет, я устала.

Люба закрыла дверь на защелку и лишь тогда смогла почувствовать себя в безопасности.

Отрегулировав воду, она легла и еще раз проверила температуру. Сочтя ее достаточно комфортной, направила струю на начало бедра, а потом все выше и выше.

Подняла глаза и схватила с бортика первую попавшуюся детскую игрушку. Резиновый крокодильчик подошел идеально. Она зажала его зубами и расслабилась, позволяя струе воды ласкать ее промежность. Ей было плевать, как она выглядит, все равно никто не видит.

Мысли и образы в голове мельтешили, унося то в студенческие годы, на веселые и бурные вечеринки, то в сегодняшний вечер, когда она целовалась с незнакомцем и трогала второго, чувствуя, как у него внизу все просыпается…

Легкий писк крокодильчика, сдерживаемый стон, рука ползет по груди, животу и ниже… подходит вторая волна… Люба вновь сжимает зубы. Ей хочется еще, но приятные мысли уже ушли. Сознание затягивает рутина. Все то, что ждет ее за дверями ванной.

Она встает и накидывает халат. Мокрый пол до утра успеет высохнуть, переживать не стоит. Она медленно открывает дверь и плетется в спальню, стараясь не шуметь. Муж спит или делает вид, не важно, она как хорошая жена должна лечь рядом. Ложится. Халат немного сковывает движения, но она пододвигается к супругу и целует в плечо. Ей кажется, что он все-таки спит. Значит, можно и самой закрыть глаза, расслабиться и нырнуть в сон.

Опять проявляются картинки из прошлого. Она и какой-то парень. Он ее трогает, и она его гладит…

Вдруг Люба распахивает глаза. Сладкий сон ушел. Вместо него пришли мысли о том, что надо сделать завтра.

Теперь перед глазами офис, бумаги и какие-то графики. Люба вновь опускает веки.

Сон приходит быстро.

Эпилог. Вера

— Очень красивый вид!

Восхищенный мужской голос вывел ее из забытья. Сознание еще туманилось, но рефлексы оказались быстрее мысли:

— Спасибо, я дважды в неделю хожу в зал.

Вера заулыбалась и потянулась как кошка, демонстрируя свое прекрасное обнаженное тело.

Но он смотрел не на нее. Голый, он стоял у панорамного окна и разглядывал виды города.

— Сок будешь? — Вера постаралась не обижаться на собственную глупость.

— А какой?

— Могу предложить ананасовый, говорят, от него улучшается вкус чего-то другого, поинтересней.

Она говорила игриво, дефилируя от кровати в сторону кухни, даже старательно виляла попкой. Будь у нее хвост, она виляла бы и им.

— Нет, пожалуй, откажусь, — он проговорил это чуть громче, чтобы она могла услышать его из кухни.

Но она уже стояла у него за спиной.

Одной рукой держа стакан, второй заскользила по его животу.

— Мне кажется, третий раз у меня не получится, — излишне серьезно ответил он и остался стоять.

— Так давай я помогу, возможно, у меня получится поднять твоего солдата.

Она поставила стакан на тумбочку и стала опускаться на колени. То, что их кто-то мог увидеть в окно, ее абсолютно не волновало, скорее наоборот, заводило.

Он не мог противиться.

Она попробовала, но ни одна из уловок не смогла пробудить в нем то, что все еще бушевало в ней.

— Может быть, через полчасика получится? — он улыбнулся виновато.

Но она уже знала, что на этот раз все.

— Что ж, нет так нет, — из погрустневшего голоса пропало заигрывание. — Мне пора спать, а тебе в такси.

— Я могу остаться… — преодолевая робость, предложил он. Уже не в первый раз, но она всегда его выгоняла.

— Нет, это исключено, — отрезала Вера и сейчас. — Или еще, или домой.

Повисла пауза. Она ждала его реплики. Он судорожно пытался придумать что-то, что еще не использовал, чтобы исполнить ее желание. Возможно, он сумеет возбудиться, но ему самому казалось, что это его физический предел на сегодня.

— Одевайся, я пока закажу такси, — холодно и безразлично произнесла она.

Он наблюдал, как элегантно и грациозно она садится своей упругой попкой на барный стул, как берет в руки телефон и вспыхнувший экран освещает ее упругую грудь.

Она заметила его внимание и игриво раздвинула ноги, посмотрев на него с надеждой и вожделением.

Он провел рукой по своему вялому члену и еще раз предложил дать ему тридцать минут.

Но ее реакция предсказуема, врата в рай захлопнулись. Женские пальчики по памяти вбивали в приложение его домашний адрес.

Она слушала, как он выходит за дверь. Вот идет к лифту, вот открываются створки, кабина везет его вниз. Привычно она будет наблюдать, как он сядет в машину и поедет. Потом придет уведомление о списании средств за поездку.

Так уже было много раз.

Она ему звонит из бара, они встречаются, наслаждаются друг другом. А потом она его выгоняет. Именно так.

И не потому, что он плохой, а потому, что ей страшно. Он замечательный. Моложе ее лет на десять. Умен и красив, прекрасно сложен и эрудирован. Но она никогда никому не рассказывала про него. Хотя даже голос разума твердит, чтобы она впустила его в свою жизнь. Но она так решила.

Такси тронулось. На экран телефона упала первая слезинка.

Ей было больно. От одиночества, от собственных страхов, от ужаса, что он повзрослеет, уйдет от нее.

И она найдет кого-нибудь другого. А потом все повторится, раз за разом.

А она так и не решится впустить кого-нибудь в свою жизнь.

Эпилог.