Бойся, я с тобой - Таня Танк

Хожу одна по людным

И суетным местам

И синеглазых мальчиков

Встречаю тут и там.

(Жанна Агузарова)

Пока эта книга создавалась, ее прочитало не меньше двадцати человек. Среди них были мужчины и женщины, бывшие и настоящие жертвы хищников, а также те, кто считал, что никогда в жизни не сталкивался с ними.

Парадокс, но как раз те, кто сильно пострадал от перверзников, сочли, что книга… не о них. Эти, без сомнения, жертвы говорили примерно следующее: «Не, мой все же был не таким подонком. Он сломал мне всего два ребра, а не три, как тут некоторым». Или: «Думаешь, у меня с NN было это самое? Он же только замахивался на меня, но не бил, а если оскорблял, то всегда просил прощения». Или: «Просто у моего работа такая – припирать людей к стенке и выворачивать им душу наизнанку. Вот он иногда и не успевал переключиться».

Поразил и самообман ныне действующих жертв. Стоило перверзнику достать из кармана кусочек сахарку, как они моментально «забывали» о фактах насилия, которые еще вчера вызывали у них негодование и боль. «Нельзя так взъедаться на человека только из-за того, что он потерял симку с моим телефоном, – оправдывала передо мной поведение перверзника одна из жертв. – И эту девку не он привез, а его брат, специально чтобы досадить мне, так как видел, что NN в меня влюблен».

Слушать это было грустно. Я попробовала «освежить» память моей собеседницы: «А то, что он выклянчил у тебя свидание, а потом сам на него не явился – этого не было? А о том, что он выставил тебя с вещами в два часа ночи в чужом городе, забыла? А то, что ты уже три месяца плачешь и болеешь – это тоже не считается? Если такая забывчивая – записывай».

После подобных диалогов понимаешь, почему хищники не ощущают недостатка в жертвах. Да потому, что очень многие готовы играть с ними в эти игры. Отказываясь при этом признавать себя жертвами и руками-ногами отбиваясь от информации, способной разрушить иллюзорный мир их «любви».

Меня, кстати, отговаривали писать эту книгу. Уверяли, что бесполезно. Мол, в чужих историях читатели не увидят параллелей со своими, а если и увидят, то все равно не уйдут от своих обаятельных и харизматичных мучителей. Что ж, это их выбор, их судьба. Мое дело – предупредить об опасности и уповать на то, что имеющий уши да услышит.

…Другая часть моих добровольных читчиков вообще отказалась признать то, что проблема существует. И это несмотря на то, что книга просто пестрит страшными картинками из жизни, а тема насилия и деструктивных отношений всесторонне исследуется, по меньшей мере, на протяжении века. Как тут не вспомнить Роберта Хэйра, который как-то предложил научному журналу статью с электроэнцефалограммами агрессоров. Редактор вернул текст со словами: «Эти электроэнцефалограммы не могли быть получены от реальных людей». Тем не менее, это были электроэнцефалограммы реальных психопатов!

Хищники существуют, но мы почему-то упорно не хотим этого признавать. Поэтому примерно треть аудитории отреагировала на прочитанное так: «Ужас-ужас. Где они только их находят? Я вот ни разу таких уродов не встречал(а)».

Ой ли? Если учесть, что двуногие хищники составляют 4–5 % человечества, то нет никаких сомнений, что вы их встречали, но просто не отфиксировали, что это они. Многих из нас куснули походя, и мы, пережив недоумение и непродолжительную боль, со временем попросту забыли о них. И уж как минимум, каждый из нас слышал о таких людях. Или наблюдал их проделки со стороны, посмеиваясь, а то и откровенно потешаясь, как графиня Ростопчина, над «глупыми» жертвами. Это мог быть: