Другая Блу - Эми Хармон

Август, 1993 год

Стояла невыносимая духота. Маленькая девочка ворочалась на заднем сиденье. Ее личико покраснело от жары, одеяльце сбилось, и щечкой она уже лежала на синтетической обивке. Крошка спала совершенно безмятежно. Для такой малышки девочка была на удивление жизнерадостной, почти не плакала, не жаловалась. Всю дорогу машина ехала с открытыми окнами, хотя это не спасало. Наконец солнце село и уже не пронизывало салон иглами лучей. Темнота принесла облегчение, несмотря на царящую снаружи жару под сорок градусов, к тому же машина не так бросалась в глаза. Пока они ехали, кондиционер работал неплохо, но вот уже два часа они стояли в едва заметной тени на парковке рядом с другой машиной. Ждали его.

Женщина за рулем кусала ногти и размышляла над тем, чтобы все бросить и уехать. Что она ему скажет? Но ей нужна была помощь. Деньги, которые она забрала у матери, закончились быстро. Родители Итана дали ей две тысячи долларов, но счета за бензин и комнаты в мотеле съели все запасы куда быстрее, чем она рассчитывала. Так что пришлось выкручиваться самой. Она этим не гордилась, но не видела другого выхода. У нее теперь был ребенок. Ей нужно было заботиться о дочери, даже если это означало секс за деньги или в обмен на какие-то услуги. «Или в обмен на наркотики», – прошептал голосок у нее в голове.

Да, она опустилась так низко. Она не могла поверить, что находится здесь, неподалеку от дома, всего в нескольких часах езды. А она проехала почти через всю страну и обратно, и вот возвращалась с пустыми руками.

Вдруг появился тот, кого она ждала, прошел к своему пикапу, вытащил ключи из кармана и попытался открыть пассажирскую дверь. Его поджидала лохматая собака, серая с черными пятнами, до этого спавшая под машиной. Собака кружила вокруг него, пока мужчина дергал ручку. Раздалось приглушенное проклятие.

– Дурацкая штуковина. Придется менять ручку.

Ему удалось рывком открыть дверь, и собака прыгнула на сиденье, уверенная в своем месте в этом мире. Мужчина закрыл дверь за собакой и снова подергал ручку, не заметив, что за ним наблюдают. Он просто обошел пикап с трейлером, забрался на водительское место и выехал с парковки, на которой машина стояла последние несколько часов. С громыханием проехав мимо, он бегло скользнул по женщине взглядом, не обратив внимания, даже не заметив. Ну как всегда, конечно. Даже не обернулся. Не задумался. Злость вскипела в ней. Как же она устала от этих взглядов мимо нее, вскользь, устала от пренебрежения. Устала быть отверженной.

Она завела машину и поехала за ним, держась на приличном расстоянии, чтобы он ничего не заподозрил. Да и с чего ему подозревать? Он даже не знал о ее существовании. Это делало ее невидимой, верно? Если придется, она будет ехать за ним всю ночь.

* * *

5 августа 1993 года

К разочарованию и огорчению офицера Муди, вызов пришел около четырех часов дня. Его смена вот-вот должна была закончиться, но он пообещал диспетчеру разобраться и заехал на парковку мотеля «Стоувей»^[1]. Судя по названию, в этом унылом мотеле останавливались как раз те, кому позарез нужно было укрытие. Стоявший на въезде надувной неоновый чемодан с высовывающейся из него головой сдулся и поник на послеполуденной жаре. Офицер Муди жил в Рино все свои двадцать восемь лет и знал не хуже других, что люди останавливались в «Стоувей» вовсе не ради ночного отдыха. Он услышал вой сирен «Скорой помощи». Очевидно, администратор мотеля позвонил не только в полицию.

У него весь день бурчало в животе. Дурацкие буррито… А он с таким удовольствием пообедал ими. В них было так много сыра, гуакамоле, бекона, сметаны и зеленого перца чили, и вот расплата. Ему в самом деле нужно было домой. Он так хотел, чтобы в мотеле ошиблись насчет гостя в комнате наверху, тогда он бы смог быстро собраться и уехать. Но ошибки не было. Женщина оказалась мертва. На дворе стоял август, а она находилась в номере № 246 уже сорок восемь часов. Август в городе Рино, штат Невада, был сухим и жарким, и от тела исходил неприятный запах. Буррито грозились вернуться назад, так что офицер Муди поспешно ретировался, ничего не трогая и сообщив спешащим наверх врачам «Скорой помощи», что их помощь уже не понадобится. Его начальник голову бы ему оторвал, позволь он им топтаться на месте преступления. Он запер за собой дверь в номер и сообщил с любопытством ожидающей его возвращения администраторше, что полиция будет осматривать все помещения и им понадобится помощь. Потом он позвонил начальнику.

– Мартинес? У нас тут труп женщины. Место преступления опечатал, «Скорую помощь» отправил назад. Прошу помощи.

Час спустя эксперты фотографировали комнату, полиция прочесывала местность, допрашивая каждого постояльца (и даже сотрудников близлежащих фирм), а детектив Стэн Мартинес, начальник офицера Муди, забрал записи с камер наблюдения. О чудо, в мотеле они действительно были. Судмедэксперт должен был вот-вот приехать. Девушка с ресепшена утверждала, что они не сдавали эту комнату, потому что там не работал кондиционер. Никто не заходил и не выходил из номера уже больше двух дней. Ремонтника вызвали, но починка кондиционера не была в списке приоритетных задач. Никто не знал, как женщина пробралась в номер, но она точно не расписывалась и не использовала кредитную карту для оплаты. Документов при ней также не обнаружили. К несчастью для расследования, она умерла два дня назад или даже раньше, а мотель был не из тех, где останавливаются надолго. «Стоувей» находился практически на обочине автомагистрали, на окраине города, и если кто что и видел или слышал в ночь ее смерти, то давно уже уехал.

Когда офицер Муди наконец добрался домой в восемь вечера, то чувствовал себя ничуть не лучше. Опознания женщины еще не проводили, но он знал, что при ней не было ничего, кроме одежды, никаких зацепок. Муди чувствовал себя неуютно, и совсем не из-за буррито.

* * *

6 августа 1993 года

– Ну что, есть какие-то подвижки, узнали, кто она? – Офицер Муди не мог выбросить ту женщину из головы. Он проворочался всю ночь. Дело ему не дали, так как патрульные не вели расследований. Но Мартинес был его начальником и обычно охотно делился новостями, особенно если разгадка была близка.

– Судмедэксперты сняли отпечатки, – сообщил детектив Мартинес.

– И что? Что-то нашли?

– Да. Она у нас проходила с мелкими нарушениями, в основном наркотики. Узнали имя, нашли старый адрес. Ей только что исполнилось девятнадцать лет, третьего августа, – поморщился детектив.

– Хочешь сказать, она умерла в свой день рождения?

– Так говорят судмедэксперты, да.

– Передозировка? – Офицер Муди не знал, зашел ли он уже слишком далеко с вопросами. Детектив Мартинес мог быть как разговорчивым, так и довольно скрытным.