Бог Гнева - Рина Кент

Бог Гнева

КНИГА: Бог Гнева

АВТОР: Рина Кент

СЕРИЯ: Наследие Богов #3

Просим НЕ использовать русифицированные обложки книг в таких социальных сетях, как: Тик-ток, Инстаграм, Твиттер, Фейсбук.

Перевод группы https://t.me/dreambooks1

Анти-героям и злодеям

Примечание автора

Привет, друг-читатель!

Если ты раньше не читал мои книги, возможно, ты этого не знаешь, но я пишу более мрачные истории, которые могут расстраивать и тревожить. Мои книги и главные герои не для слабонервных.

Эта книга содержит primal kink ( партнёр ведёт себя как животное: царапает, кусается,рычит и т.д.), dubcon ( когда один из партнеров неуверен, либо подавляет свои сексуальные потребности, а другой его убеждает с помощью, иногда жестокого, давления. В результате оба достигают удовлетворения.) и упоминания о сексуальном насилии. Я надеюсь, вы знаете свои триггеры, прежде чем продолжить.

Бог Гнева — полностью ОДИНОЧНАЯ книга.

Наследие Богов Древо

Древо взято у https://vk.com/wall-200253411_7436

Плейлист

Love and War – Fleurie

Another Love – Tom Odell

We Have It All – Pim Stones

Save Me – Emily Brophy

Blindfold – Sleeping Wolf

Madness – Tribal Blood

Every Breath You Take – Chase Holfelder

I Want You to Want Me – Chase Holfelder

Young Beast – Wold’s First Cinema

Moth To A Flame – The Weekend & Swedish House Mafia

Certain Things – James Arthur & Chasing Grace

Losing You – James Arthur

Compliance – Muse

Russian Roulette – Rihanna

Глава 1

Сесилия

Это ошибка.

Худшая из всех.

Самая катастрофическая из всех.

Может быть, даже самая смертельная.

Я двигаюсь на месте, потея под маской. Футболка и джинсы прилипают к моей разгоряченной коже, и это почти невыносимо.

Я резко вдыхаю воздух в свои изголодавшиеся легкие, но с таким же успехом могу глотать дым. У меня чешутся пальцы, чтобы дотронуться до маски или поправить парик, который впивается мне в череп.

Ещё раз обдумав, я не делаю этого.

Это место должно быть напичкано камерами наблюдения, и последнее, чего я хочу, это привлечь внимание этих людей.

Не тогда, когда я не должна быть здесь. В тылу врага.

Мой взгляд незаметно перемещается в сторону, пока я методично чередую дыхание через нос и рот.

Кувалда сумерек начинает наклоняться к горизонту, выплескивая оранжевый оттенок за серые облака.

Жуткое ощущение пропитывает густой воздух и проникает в мои кости. Никто, кроме меня, не обращает внимания ни на церемониальный спуск солнца, ни на смелый силуэт опасности, которым покрыто это место.

По обе стороны от меня стоят люди в одинаковых белых масках с черными цифрами на лбу.

Я была одной из первых, кому разрешили войти, и мой номер — двадцать три. Я стою во втором ряду, в котором, как и в первом, двадцать человек.

Нет, студентов.

Здесь четыре ряда, а пятый постоянно заполняется другими участниками, которых направили внутрь готического особняка громоздкие мужчины в черных костюмах и гротескных масках кроликов.

Красные прорези трескаются у рта и окружают отверстия, через которые видны их пустые глаза. Но самое главное, что заставило меня напрячься, помимо их острых, грязных зубов, это то, как тот, что стоял у входа, дважды проверил QR-код приглашения на моем телефоне.

Я была уверена, что он догадается, что я украла чужое приглашение и вторглась туда, куда не следовало.

Несмотря на коричневый парик, который я надела, чтобы скрыть свои привлекающие внимание серебристые волосы, серые контактные линзы и очки в толстой оправе, я не была уверена, что останусь незамеченной.

Тем не менее, я молчала, чтобы не выдать свой британский акцент.

В конце концов, Королевский Университет — всеамериканская школа, а нас из Королевского Элитного Университета легко вычислить из толпы.

Особенно в той части, в которой меня не должно быть.

Как, например, на этом посвящении.

Кролик окинул меня тяжелым взглядом, определенно более долгим, чем тот, которым он смотрел на других участников, но в итоге он надел мне на лицо маску с номером, а на запястье — бирку с тем же номером.

Мне пришлось оставить свой телефон, ключи и очки у его друга — кролика, прежде чем меня пропустили внутрь.

И вот теперь я жду, вместе с примерно восемьюдесятью пятью другими. Пусть будет восемьдесят семь.

Я знаю, потому что считала.

Вот что я делаю, когда мои нервы готовы вскрыть вены и вылить мою кровь на землю. Считаю.

Я также изучаю свое окружение — смотрю, наблюдаю и ищу выход.

Именно эта часть заставила меня подумать, что я совершила ошибку.

Это место не предназначено для побега. Как только ты попал сюда, ты обречен. Физически. Психически.

Эмоционально.

В конце концов, этот особняк принадлежит Язычникам. Это один из двух печально известных клубов в Королевском Университете, в котором кипит коррумпированная власть, бесконечное богатство и мафиозные связи.

На самом деле, большинство его членов либо принадлежат к русской мафии, либо связаны с ней.

Все студенты, пришедшие сегодня — из КУ, кроме меня, и жаждут получить хоть крупицу этой власти. Хоть проблеск чудовищности.

Получить приглашение на посвящение в Язычник, которое проходит дважды в год, в начале каждого семестра — большая честь.

Шансы быть принятым в клуб составляют около одного процента. Мало того, что такие инициации проходят очень жестоко, так еще и основатели клуба очень избирательны.

Можно сказать, что я здесь не ради медали или реального шанса попасть в клуб. Они все равно выгонят меня, как только узнают, кто я такая.

Моя единственная цель — получить информацию об их внутренней работе, безопасности и собрать как можно больше сведений об их членах и собственности.

Вероятность того, что мне удастся сделать это, не привлекая к себе внимания, составляет около пяти процентов, что, безусловно, мало.

Но у меня есть суперсила.

Невидимость.

Если я захочу, я могу незаметно проскользнуть в любую комнату. Все, что мне нужно делать— это молчать, сливаться с фоном и двигаться плавно.

Скрип ворот вырывает меня из напряженных мыслей, возвещая об окончании процесса приема.

Сотня студентов выстраивается в пять аккуратных рядов. Некоторые, как и я, молчат, другие бормочут и болтают между собой. Многие даже шутят, толкаются локтями и подталкивают своих друзей.

Такие слова, как «взволнован», «не могу дождаться» и «наконец-то», парят в мрачном воздухе с энергией искаженной колыбельной песни.

Все