(Не)нужная пара для ’монстра’ - Екатерина Гераскина

Екатерина Гераскина

(Не)нужная пара для "монстра"

Глава 1

Я посмотрела на внушительное многоэтажное здание «Нанокорп» и улыбнулась. Когда-то это была маленькая, захудалая фирма по производству и внедрению наночастиц в повседневную жизнь. Никто не верил в моего мужа, в его идеи и предприятие. Только я была рядом и стойко поддерживала во всех начинаниях, даже если сама иногда нуждалась в поддержке. Но я понимала, что то, чем муж болеет, важно для нашей семьи, благополучия и будущего.Тень горечи набежала на мое лицо, когда я вспомнила о том, во что нам обошлись становление и развитие этой кампании, но тут же улыбнулась. Сегодня не тот день, когда следует предаваться печали. Сегодня очередная годовщина нашего счастливого брака. Пять лет свадьбы. Да, всего лишь смехотворная дата, но для меня безумно значимая. Я зашла в прозрачные двери нашей кампании и махнула охраннику на входе о том, чтобы не сообщал супругу о моем появлении. Пусть будет сюрприз. Конечно, я отпросилась у него сегодня на целый день, чтобы привести себя в порядок перед ужином в лучшем ресторане нашего города, но удержаться, чтобы раньше времени поздравить, не было сил. Массивное мужское кольцо с сапфиром, сделанное на заказ по моим эскизам, лежало в клатче. Женскую версию такого же кольца я заказала и себе. Оно уже красовалось на моем пальце. В тон камню на мне было облегающее темно-синее платье чуть ниже колен, невероятно узкое и подчёркивающее каждый женственный изгиб моего тела. Прямое строгое декольте скрашивалось вертикальным вырезом, доходящим до груди, пусть небольшой, но ровно такой, чтобы помещаться в ладони любимого человека. Ярко-рыжие волосы роскошными локонами струились по спине. Я шла небольшими шажками, предвкушая нашу встречу и улыбку мужа. Я планировала закончить то, на что у нас не хватило времени утром. Я растянула губы в призывной улыбке, мурашки от собственной фантазии не заставили себя долго ждать и роем устремились вниз живота. Тем временем я как раз поднялась на лифте на десятый этаж, где просторное помещение было занято только кабинетом, приемной и конференц-залом, где мы принимали иностранных партнеров. Секретарши на месте не оказалось, и я снова улыбнулась. Значит, ничто не остановит меня от сюрприза…Я практически на цыпочках подошла к двери. Увы, но дорогие черные туфли на высоком каблуке отстукивали ритм по мраморному полу не хуже солдат на плацу. В руке я сжимала маленькую сумочку, где лежал мой подарок для моего мужа.Я дотронулась до холодного металла дверной ручки, надавила на нее, и неслышный щелчок замка позволил толкнуть дверь. Я растянула губы в счастливой улыбке и… замерла.Улыбка медленно сползла с моих губ. Я задержала дыхание, не в силах выпустить воздух, пропитанный похотью, сексом, призывными тихими стонами, шлепками и влажным звуком соединения двух тел, которые принадлежали моему мужу… и нашей секретарше. Она лежала грудью на массивной стеклянной столешнице в расстёгнутой блузке. Ее пышная и силиконовая грудь в красном бюстгальтере терлась о стекло, пока та в блаженстве закатывала ярко накрашенные глаза, а губы вытягивала в длинное «о». А мой муж усиленно работал сзади, шлепая секретаршу по голым бедрам. Первая мысль возникла в моем израненном мозгу: «Он даже не разделся, просто спустил штаны. Даже галстук, который я ему сегодня завязывала, не развязан».Бред. Ведь этого не может быть. Я просто все не так поняла, и муж мне сейчас все объяснит. Именно это он должен был мне сказать, когда я вошла и застала его с секретаршей. Но муж молчал и смотрел прямо мне в глаза и входил в нее. Я выпустила рваный и судорожный вздох, когда перед глазами поплыли черные круги. Только это не помогло, потому что эти же глаза, которыми я не хотела бы никогда видеть этой картины, заплыли влагой. Я сжала ручку двери, и только она давала мне опору, которой только что лишилась.Если бы кто-нибудь спросил бы меня: хотела бы я знать, что мой муж мне изменяет? Я ответила бы, что это полный бред, ведь мы любим друг друга. А потом тише добавила бы, что если это так, то лучше оставаться в блаженном неведении. И вот сейчас я стояла и смотрела на непроницаемое лицо супруга, не останавливающегося ни на миг, и хотела забыться. Но это невозможно. Любовь живет три года? Вроде так писали в книге, которую моя подруга Анна не так давно прочитала. Значит, моя любовь уже давно с истекшим сроком годности.Голубые глаза мужа неотрывно следили за мной, словно выискивая эмоции. Он ждал взрыва, криков, выяснения отношений? Но я просто выгорела, в одну секунду стала пустой и неспособной жить. Краски померкли. Грудь сдавило, пока я падала в свой личный персональный ад. Закатить истерику? Зачем? Разве это поможет сохранить наш брак, когда супруг даже не устыдился, а продолжил «радовать» секретаршу?Когда-то мы жили в съемной квартире. Потом дела пошли в гору, и мы купили собственное двухкомнатное жилье и поддержанный автомобиль. А уже через год сменили квартиру на элитное просторное жилье в центре, старую машину — на новую иномарку. Видимо, пришло время поменять и «старую» жену…Жену, которая не оправдала себя, как женщина, и потеряла три месяца назад нашего малыша. Выкидыш при нормальном течении беременности был странным, но, увы, такое случается.Я закрыла дверь, не в силах больше на это смотреть. Подать заявление на увольнение? Не знаю, думаю и без меня решится этот вопрос.Я покинула приемную, с трудом передвигая ногами, зашла в лифт и спустилась на первый этаж. Улыбку охранника я проигнорировала, как и его окрик о том, все ли со мной в порядке.Я кое-как добралась до скамейки в сквере, который был разбит мной на деньги от нашей фирмы. Таково было требование местной мэрии за возможность выкупить бизнес-центр только для себя.Я не заметила, как ко мне кто-то подошёл, и повернула голову, когда мне на плечо положили руку. Я подняла глаза, совершенно не соображая, что хочет незнакомец. Его тонкие, но слишком выразительные губы шевелились, но я была словно глухая от бьющего до сих пор пульса в ушах. Меня немного потрясли, и я подняла голову, чтобы посмотреть в настолько светло-карие глаза, что невольно возникло сравнение с янтарём.— Никогда не