Мама на полное содержание - Ксения Фави

- Эта женщина тоже не может стать матерью моих детей.

Он с пренебрежением листает страницы по-мужски красивой с выпирающими венами рукой. Этот человек и в целом такой - брутальный, респектабельный. В нем чувствуется сила.

- Вам не понравились конкретные параметры?

В клинику он обратился за подбором донорской яйцеклетки. А я занимаю здесь должность менеджера по вип-клиентам. Нередко проблемным. Хотя Егор Золотов на капризного царька не похож.

- В целом не то, - он морщится, поднимает взгляд на меня.

Осматривает от макушки, до лежащих на столе пальцев рук. Не смущаюсь, выгляжу я достойно. Макияж минимальный - с темными глазами и ресницами он мне почти не нужен, густые пряди волос идеально выпрямлены, серый строгий костюм и блузка, правда, из прошлогодней коллекции. Но это ведь не преступление, правда? К сожалению, большая часть дохода идет не на мой гардероб.

- Знаете, - он смотрит на мои недлинные ногти оттенка нюд, - я понял, мне не нужно вот это вот всё.

Егор отбрасывает пачку распечатанных страниц. Я надеваю вежливую улыбку.

- Понимаю вас.

Не вру. Его случай мне сразу показался бесперспективным. Одно дело, когда к донорству и суррогатному материнству прибегают из-за здоровья. Приходят семьями. И совсем другой случай - увидеть на пороге богатого красивого холостяка. Даже возраст тут не играет. Золотову тридцать семь, он в расцвете сил и мужественности.

Так, мои мысли что-то далеки от профессиональных.

- Мне нужны наследники, - клиент напоминает о себе, - и я хочу детей. Но, наверное, лучше произвести их на свет естественным путем. И чтобы у них была настоящая мать, а не сборная солянка доноров.

М-да, Пал Палыч выскажет мне, что не удержала денежного клиента. Но у меня язык не поворачивается спорить с Золотовым. Это ведь его жизнь! Говорю только одно.

- Донорство - отличная вещь тогда, когда без него не обойтись.

Егор кивает.

- Да, никого не хотел бы обижать, - лицо его остается спокойным.

Жду, когда он начнет прощаться. Но мужчина смотрит на меня пристальным взглядом. Его энергетика такая мощная, что мне все труднее остаться в образе менеджера. Хочется поправить волосы, закусить губу и смутиться. Впрочем, последнее я и так делаю внутренне. Не покраснеть бы еще!

- Уважаю ваши рассуждения, - держусь изо всех сил.

Но моему самообладанию осталось недолго. Можно было бы открыть обратный отсчет - два, один…

- Василиса, вы согласитесь стать матерью моих детей?

Какого черта?!.

Не могу выдавать ругательства даже на бредовые слова клиентов. Но улыбаться больше не в состоянии.

- Простите, у меня в клинике административная должность. Я не выступаю донором, суррогатной мамой…

- Я уже сказал, они мне не нужны, - перебивает бизнесмен, - и не спешите нажимать тревожную кнопку. С моими мозгами все в порядке, давайте поговорим.

Ох, я бы не была так уверена. Но, наверное, только впечатление, которое на меня произвела его личность, заставляет послушаться.

- Не представляю, что вы можете мне сказать.

Золотов откидывается на темном кресле, прищуривается. Какие же у него выразительные глаза… Он больше не сканирует, а просто держит зрительный контакт. И я смотрю на него как кролик на удава.

- Вы подходите мне идеально, - выдает бизнесмен, - сколько вам? Двадцать пять?

Выдыхаю.

- Двадцать седьмой.

Он не смущается.

- Все равно. Вы молоды, но уже достаточно сознательны. Судя по должности в таком возрасте - умны. Знаете, как вести себя в беременности. Красивы без пластики и тонн грима, хорошо сложены. Добры, но со стержнем. Ваш характер мне тоже подходит.

Он что на базаре? Профессионализм меня покидает.

- Да откуда вы знаете мой характер?! - вскакиваю из-за своего стола. - Может быть я полный неадекват за стенами этого здания? Может, у меня была куча операций на внешности и отвратительное здоровье? Может, я употребляю в конце концов?

Глубоко дышу. Сколько месяцев я не позволяла себе сорваться? Но этот самоуверенный человек задел за живое. И дело тут совсем не в его абсурдном предложении. Но об этом я не хочу даже думать.

- Вы ведь говорите неправду.

Да чтоб его! Считаю до пяти.

- Послушайте, - получается сбавить тон, уже хорошо, - мы только тратим время. Не знаю, с чего вы взяли, что я захочу вам рожать. У меня есть своя собственная личная жизнь. Давайте…

- Это тоже неправда.

Теперь я внимательно его оглядываю. Он меня знает? Не зря мне показалось, я его где-то видела. Но списала на то, что он похож на какого-нибудь актера.

- Все равно нам говорить не о чем.

Складываю руки на груди. Мужчина остается сидеть.

- Вы не хотите детей, Василиса? Только представьте - совершенно спокойное материнство. Все нужное в финансовом плане. Да что там, всё самое лучшее. Вы можете работать, а можете полностью заниматься детьми.

Звучит заманчиво, ага.

- А мы с вами? Я ведь вас не люблю! Или у детей будет всё, кроме нормальной семьи?

Его полные губы чуть напрягаются.

- У них будет семья. А какая любовь нужна вам, Василиса? И приносила ли она уже в вашу жизнь радость.

Золотов бьет меня под дых, даже не убирая рук со стола. Делаю глоток воздуха, морщусь как от физической боли.

- Вам нужна любовь, Василиса?

Из меня вырывается стон.

- Нет! – выдыхаю. - Уходите.

Он смотрит своим, черт возьми, умным взглядом, но словами не добивает. И моя просьба до него доходит.

- Мы еще вернемся к этому разговору. До свидания.

А вот ответ мой олигарх не воспринял. Он в принципе не привык к отказам или настолько уверен в моем случае? Еще вопрос - адекватен ли он вообще.

Я вот точно не в себе после нашего диалога. Меня в прямом смысле накрывает отходняк - морозит, пальцы трясутся. В небольшой комнате отдыха при кабинете нахожу палантин. Кутаюсь в теплую кашемировую ткань, но она начинает греть далеко не сразу. Сижу на низком диванчике, буквально клацая зубами.