Забыть тебя (не)возможно - Тори Майрон

–Рони, вставай! Ты проспала!

Это не самые лучшие слова, с которых может начаться новый день, но именно они безжалостно вырывают меня из глубокого сна.

–Нет, мам. Не проспала. Будильник ещё не прозвенел,– сонно мычу я и скрываюсь от всего мира под одеялом.

–Да? Тогда почему Алана с шофёром уже ждут тебя возле входа, а ты всё ещё валяешься в постели?

Что?!

Не может быть!

Я вылетаю из кровати, как пробка из бутылки шампанского. Аж в глазах начинает рябить от стремительно скачка. Хватаю телефон с полки, смотрю на время и чертыхаюсь!

Я же пять будильников вчера поставила, чтобы проснуться наверняка. И всё равно умудриласьоблажаться.

В этом вся я!

Поспать я люблю, что уж там скрывать. А вот носиться сломя голову в первые минуты после пробуждения – терпеть ненавижу. Но именно так зачастую и проходит моё утро.

Душ за две минуты, чистка зубов за одну. К чёрту сушку волос – по пути до универа сами высохнуть успеют.Второпях натягиваю одежду, брызгаю капельку любимых духов, наношу тушь на ресницы и подкрашиваю бледные губы.

Короткий взгляд в зеркало. Оборот вокруг своей оси. Видок не идеальный, но и не полный отстой. Сойдёт!

–Держи! Я быстро сделала пару сэндвичей. По пути хоть поешь,– мама встречает меня в коридоре, вручая пакет с завтраком, и я забрасываю его в сумку.

–Спасибо, но не стоило. Спать бы лучше шла,– шустро справляюсь с застёжкой на туфлях, глядя на усталое лицо мамы.

–У меня весь день для этого есть.

–Тяжелая ночка?

–Как всегда.

–Я когда-нибудь уговорю тебя уйти из клиники?

–А я уговорю тебя прекратить писать свои порнокнижечки?

–Я пишу не порно, мама, а романтическую эротику. Сколько можно тебе повторять?

–Ага. Читала я твою эротику. Глаза из орбит вылезали. До сих пор не верю, что это моя дочь пишет подобное.– Её щёки сильно краснеют.

–Тогда не читай их, раз они тебя настолько повергают в шок. Писать я их не прекращу. Мне же нужно как-то зарабатывать, пока универ не закончу. В отличие от тебя, у меня нет щедрого спонсора.

–Спонсор, как ты выразилась, вообще-то твой родной отец. И могла бы уже прекратить упрямиться и принять от него помощь. Он очень скучает по тебе,– мама смягчает голос до предела.

Она всегда так делает, когда речь заходит о папе.

–Пусть скучает дальше!– помрачнев, отрезаю я.

–Рони, ну нельзя же так!

–А так, как он поступил, можно?

–Я его уже давно простила. И тебе нужно сделать то же. Как-никак, тебя он ничем не обижал.

–Прошу, замяли тему.

–Ладно. Но только потому, что ты опаздываешь. Беги,– поцеловав меня на прощание, мама, к счастью, легко соглашается свернуть неприятную беседу.

И большое ей спасибо за это. Не хочется портить себе настроение с самого утра. Мне и так сейчас Лана весь мозг проест.

Она не выносит, когда я опаздываю. А я это делаю… эм… всегда. К тому же из-за её поездки в Париж мы не виделись аж целый месяц. А для нас это целая вечность, поэтому вместо радостного приветствия подруга точно устроит мне вселенскую взбучку.

Однако, к моему удивлению, когда я выбегаю из дома, Алана не то что не злится, а даже не замечает моего появления.

Прислонившись спиной к машине, она сверлит взглядом экран смартфона и улыбается так по-идиотски, что тут даже к гадалке ходить не надо, чтобы понять – она переписывается с очередной «любовью всей её жизни», что меняются быстрее, чем дни в календаре.

Нет, она не шлюха, как считают некоторые завистницы в универе, а просто очень влюбчивая и эмоциональная. И этот факт, само собой, постоянно усложняет ей повседневность. А однажды чуть было не разрушил нашу дружбу. К счастью, мы сумели разрешить наш бурный конфликт сразу же, как только его причина свалила из города.

–Алло! Земля вызывает, мисс Браун!– насмешливо произношу я.

Алана вздрагивает от неожиданности, выбираясь из романтичного чата в WhatsApp, и радостно восклицает:

–Рони! Как я соскучилась!

Она резко набрасывается на меня с объятиями, я даже сумку роняю от её напора.

–Правда? А сразу и не скажешь. С кем ты там так самозабвенно переписываешься? Ты же только вчера прилетела. Неужели успела уже с кем-то познакомиться по пути из аэропорта?

–Я тебя умоляю. Единственное, что я вчера успела,– это рухнуть в кровать и отключиться. Девять часов полёта выжали из меня все соки.

–Ты что, летела экономклассом?

–С ума сошла? Нет конечно. Просто от времени, проведённого в Париже, я осталась под таким впечатлением, что никак не могла заснуть. Эмоции меня так и распирали!

–И кто на сей раз тому причина?– усмехнувшись, закатываю глаза.

–Он,– подруга окрылённо вздыхает, точно диснеевская принцесса, мечтающая о своём ненаглядном рыцаре на белом коне, а затем показывает заставку на своём айфоне.

С экрана на меня смотрит смазливый брюнет, которого Алана крепко обнимает и целует в щёку.

–Я так понимаю, меня ожидает долгий рассказ о «том самом?»– повторно закатываю глаза.

–Не говори об этом с таким скептицизмом. На сей раз он точно «тот самый».

–Ты всегда так говоришь.

–Нет! На этот раз я стопроцентно уверена. Он – моя вторая половинка. Я это поняла сразу же, как его увидела.

И это она тоже всегда говорит, но я решаю держать язык за зубами.

–Поэтому я и задержалась в Париже. Мы с Домиником не могли друг от друга отлипнуть. Скажу честно, я вообще не хотела возвращаться. К чему мне учиться, если папа в конце года просто может купить мне диплом? Но, представь себе, Катрина ни с того ни сего решила врубить режим строгой мамочки и пригрозила, что заблокирует мою кредитную карту, если я не вернусь домой к началу учёбы,– возмущается Лана, отбрасывая назад длинные каштановые волосы.

И да, свою маму Алана всегда называет только по имени. Та ещё с детства потребовала обращаться к ней именно так.

Странно? Для меня – очень. Но в каждой семье свои заморочки, а в семье Браун их целое море.

–Ладно, принцесса, по дороге расскажешь о своём сказочном принце. Мы и так уже сильно опаздываем, а мне, в отличие от тебя, папа в конце года диплом не купит.

–Только потому, что ты сама ему не позволяешь,– выдаёт Лана и запрыгивает в машину.

Я следую за ней, ничего не отвечая. Второй раз за утро затрагивать тему отца не входит в мои планы.