Мой сводный кошмар - Анастасия Воронцова

Мой сводный кошмар

Анастасия Воронцова

Пролог

Это утро началось паршиво.

Впрочем, я уже не могла вспомнить, когда в последний раз было иначе.

В последние недели погода часто менялась, и меня целыми днями мучили мигрени. Сегодняшнее утро не стало исключением.

Поморщившись от головной боли, я слепо шарила рукой под подушкой, пытаясь нащупать мобильный, чтобы выключить жужжащий будильник. А затем раздался глухой стук, и я тяжело вздохнула. Телефон упал на пол, вынуждая меня наполовину свеситься с кровати, чтобы потянуться за ним, как вдруг дверь в мою комнату открылась.

Мне даже не нужно было поворачиваться, чтобы узнать, кто на пороге. Только один человек в этом доме делал это так бесцеремонно.

Наконец, нащупав телефон, я резко повернулась, прожигая сводного брата взглядом.

— Мог бы и постучать, ради разнообразия, — прошипела я, повыше натягивая одеяло.

Кирилл Барский стоял, скрестив руки на груди, и привалившись к дверному косяку. Весь из себя такой холодный и мрачный. А еще высокий, широкоплечий, не обделенный ни симпатичной мордашкой, ни мускулами, ни вкусом. Темноволосый, синеглазый отличник и спортсмен. Словом, типичный недоступный красавчик из девичьих мечт.

Никогда терпеть таких не могла.

Впрочем, он тоже был от меня не в восторге.

— Много чести, — фыркнул он, поворачиваясь, и бросил уже не глядя: — Все ждут только тебя, — в его голосе сквозило недовольство. Видимо тетя Алина опять послала его меня разбудить. Ее младшая дочь даже под страхом смертной казни бы этого не сделала.

Когда за ним захлопнулась дверь, я тихо зарычала и бросила в нее подушкой. Та с тихим звуком упала на пол, но я и не подумала ее поднять.

Боль в висках вновь заставила меня поморщиться и ненадолго прикрыть глаза.

В любой другой день я бы осталась и попыталась поспать еще немного, в надежде, что мигрень ослабнет, но я не могла позволить себе ни одного пропуска. Чтобы оставаться на стипендии, мне нужно было поддерживать как успеваемость, так и посещаемость. А значит, как ни прискорбно, придется собираться и ехать в универ.

Сборы не заняли много времени. Все необходимое я держала в рюкзаке, привычка краситься по утрам исчезла со смертью родителей, да и с выбором одежды я никогда особо не мучилась. Просто вытащила из шкафа первую попавшуюся фланелевую рубашку и джинсы с завышенной талией.

Словом, из комнаты я вышла довольно скоро. По крайней мере послать сына ко мне второй раз тетя Алина не успела.

Когда я вошла на кухню, она как раз хлопотала у плиты. Судя по запаху и горе банановых шкурок неподалеку — готовила панкейки.

Меня всегда удивляло то, как тете Алине удавалось совмещать успешный бизнес, воспитание детей и домашние дела. При этом по ней никогда нельзя было сказать, что она устала, или спала всего пять часов. Даже в домашней одежде и фартуке тетя Алина выглядела превосходно.

Переложив очередной панкейк на тарелку, она вытерла руки о полотенце и улыбнулась мне.

— С добрым утром, Зарина! Садись, я почти закончила. Там еще есть кофе, если хочешь. Потом Кирилл отвезет вас с Линой в универ.

— Спасибо.

Я кивнула, протягивая руку к кофеварке. Кофе — вот, что мне сейчас нужно, чтобы почувствовать себя человеком.

При виде меня младшая дочь тети Алины скривилась, словно перед ней был мерзкий жук, и вновь уткнулась в телефон, чтобы проверить, сколько подписчиков прибавилось на ее канале.

Лина была из тех девушек, что уделяют слишком много внимания своей внешности и считают каллории, а потому к панкейкам она так и не притронулась. Вместо них моя сводная “сестренка” медленно потягивала свой смузи через трубочку из специального стакана.

Так и проходили наши совместные завтраки.

Кирилл ел молча и быстро, первым вставая из-за стола, Лина меня либо игнорировала, уткнувшись в телефон, либо пыталась поддеть, я же просто ела, а тетя Алина пыталась сгладить обстановку разными вопросами. Обычно у нее ничего не получалось.

Этот раз не стал исключением.

Молча сунув тарелку в посудомоечную машину, Кирилл накинул куртку и вышел из дома. Вслед за ним, прихватив с собой недопитый смузи, и не выпуская из рук телефон в розовом мобильном чехле, ушла и Лина. И тогда, понимая, что ждать меня никто не будет, ушла и я, еще раз поблагодарив тетю Алину за завтрак.

Оказавшись на улице, я по привычке забралась на заднее сиденье черного внедорожника и, надев наушники, отвернулась к окну, погружаясь в собственные мысли.

За годы, проведенные в этой семье, я повзрослела.

Взялась за учебу, нашла подработку. Научилась жить с тем, что родителей больше нет. Даже вернулась к занятиям гимнастикой на какое-то время.

Родители очень хотели, чтобы я добилась успехов в этом виде спорта, и я считала что отдаю им дань памяти, продолжая тренировки, но после неудачи на последних соревнованиях поняла, что больше так не могу, и решила выбрать другой факультатив.

Как бы то ни было, каждый год, навещая могилу родителей, я давала им обещание, что справлюсь. Стану тем человеком, которым они могли бы гордиться.

Должна справиться.

Глава 1

Злата

Универ был для меня одновременно и адом, и спасением.

После окончания школы я сдала экзамены и наконец распрощалась с людьми, которые видели во мне лишь ту, что потеряла родителей в автокатастрофе, но главное — с тех пор я была слишком загружена учебой и тренировками, чтобы жалеть себя.

Единственной ложкой дегтя в этой бочке меда было обилие придурков, ну и то, что я делила группу со сводным братом и сестрой. Впрочем, последнее — не такая уж и проблема, если учесть, что мы с ними даже не разговаривали.

Мы были слишком разными, слишком чужими друг другу. На самом деле у нас не было ничего общего, кроме ВУЗа и крыши над головой.

Барские принадлежали к высшей касте, и крутились в соответствующей компании. Их окружали самые богатые и популярные студенты и студентки нашего универа.

Ими восхищались, им завидовали, кое-кто был готов на все, чтобы хоть ненадолго приблизиться к ним, или просто мечтал быть на их месте.

Я же была никем. Невидимкой. Сторонним наблюдателем.

Со мной не мечтали дружить, мне не пытались понравиться. Словом, ничего такого, с чем каждый день сталкивались мои сводные брат и сестра. Впрочем, от этого я не страдала.

Честно говоря, меня мало интересовала