Радужная пони для Сома - Мария Зайцева

Радужная пони для Сома — Мария Зайцева

Глава 1. Сейчас

В последнее время мне снятся на редкость радужные сны.

Странные и охеренные.

В них я перебираю в пальцах разноцветные легкие пряди волос, смотрю в яркие озорные глаза, целую нежные смеющиеся губы…

И кайфую так, как никогда в жизни.

Правда, дальше прикосновений и лайтовых поцелуев дело не идет, но это только потому, что и в реале не свезло.

А почему не свезло?

А потому что кое-кто дебил. Прям конкретный такой, клинический дебил, проебавший свое радужное счастье.

Я просыпаюсь утром, жестко выпадая в осадок от контраста бесконечного кайфа во сне и бесконечной задницы в реале.

Естественно, настроения мне это не прибавляет.

Пару минут лежу, тупо пялясь в потолок и заново привыкая ощущать себя дебилом.

Потом встаю, занимаюсь привычными делами, уже набившими оскомину, но без них вообще было бы херово.

А так…

Пробежка по территории с неугомонным псом, наследством от моей короткой счастливой жизни, мяч, легкая разминка, побить руками и ногами Германа, выместив на невозмутимой резиновой роже всю свою вселенскую злобу, потом в универ.

И там все по накатанной.

Ничего интересного.

Хотя, нет.

Интересно мое постоянное ожидание. Жадное сканирование пространства на предмет появления в зоне видимости радужной макушки одной нежной мелкой поняшки. Это не я ее так обозвал, кстати, это подружка Немого как-то обронила. Я сначала не понял, почему поняшка?

Из-за роста, что ли?

Но потом подумал, повспоминал и заметил закономерность.

Мелкая девка была похожа на одну из тех радужных пони, которых так любят таскать сопливые школьницы в младших классах.

Масть разноцветная, глаза эти огромные… Ну и размер тоже, да. Метр с кепкой, реально. Мне, с моими сто девяносто пятью сантиметрами, в пупок дышит… Макушка где-то в районе груди.

Так что да, четкое мышление у подружки Немого, сходу и в точку.

Радужная пони, Поняшка, Радужка…

Красивая и брыкливая.

Ходит, и все мимо.

И не смотрит.

А почему?

А потому что — читай выше… Дебил, да.

Осознание реального уровня своих умственных способностей воспринимается уже нормально. Ровно.

Нет, в самом начале я бесился, да. Никак не желал признавать очевидное. Злился на Радужку, считал ее дурой, во всем виноватой…

Но со временем, все переосмыслив…

Ладно, чего уж теперь…

Я захожу в аудиторию, привычно усмехаюсь девочкам, привычно даю пять Немому, с мрачной мордой сидящему на последнем ряду, падаю рядом, достаю наушники.

Ну не лекцию же слушать, в самом деле?

Я мог бы и не ходить, но философ — тот еще козел, аккуратно заполняет ведомость на предмет пропусков и потом всех, у кого нет уважительной причины, жестко ебет.

А я, как бы, натурал стопроцентный. И сексом, даже в голову, хочу заниматься с девушками. Верней, с одной, конкретной девушкой. С ней можно и в голову, да…

Вот только она — ни в какую.

И это — самая большая моя трагедия в этом году.

Немой сидит в телефоне, краем глаза вижу, как просматривает фотки своей девочки: шикарной блонди с нереальными буферами и не менее нереальными глазами. Кукла, короче. Мимоходом вспоминаю, как мы все на нее дружно пускали слюни пару лет назад, когда она была еще не девочкой Немого, а подружкой нашего общего приятеля, Лексуса. Как мы завидовали этому придурку, усмотревшему среди массы пестрых курочек-первокурсниц, золотую птичку-невеличку.

Мы с Вилком, еще одним нашим общим приятелем, даже забивались, сколько продержится малышка рядом с этим говнюком. И оба проиграли, потому что я давал месяц им, Вилок — три, а парочкой блонди с Лексусом проходили аж два с половиной года.

Хотя, тут я Лексуса понимаю, девочка невозможно залипательная, грех такую отпускать от себя.

Немой, кстати, в споре не участвовал и вообще скалился злобно и молчал. Хотя, молчание, это его обычное состояние, не зря же кликуха. Но только теперь до меня начинает постепенно доходить, что он еще тогда, два года назад, залип на этой девочке по-взрослому.

И шифровался, главное, все это время!

И потому я, честно говоря, охерел, когда месяц назад выяснилось, что он подсуетился и забрал эту малышку у Лексуса. А его самого отправил на больничную койку. Вот тебе и Немой!

Нет, то, что он может кого угодно на больничную койку уложить, никаких сомнений. В придурке роста больше двух метров и живой массы больше ста кило. Да еще и в анамнезе дед с отцом — чемпионы по боксу. Ясен пень, уложит и на койку больничную, и в землю на два метра вглубь кого угодно…

Но вот то, как ему удалось заинтересовать такую девочку, вообще темная история. Может, и не спрашивал? От него всего можно ожидать, молчаливого удачливого придурка…

Я, кстати, Альке, этой блондиночке, так и говорил: “ Если он тебя заставляет, моргни”.

Она улыбнулась и сдала меня Немому. Мы поговорили… Душевно. Челюсть до сих пор на погоду ноет.

А я ведь тоже не пальцем деланный и черный пояс не за красивые глаза имею. Но против этого зверя без вариантов, само собой… И, главное, не поверил ведь, что я пошутил!

А я реально пошутил!

Потому что хороша блондиночка Аля, очень хороша…

Но я к тому времени уже вперся в Радужную поняшку по самые яйца. И к другим мог что-то подкатывать именно только в шутку.

Просто я тогда еще рассчитывал… На взаимность.

Дебил, да.

Немой разглядывает фотки своей девочки, улыбается непривычной для его физиономии нежной улыбкой, а я ему завидую.

Так, сука, завидую!

Потому что мне не шлют сладкие фотки, нежные смс, горячие голосовые… Верней, шлют… Но не те.

А та… Не шлет. И не пришлет.

И от понимания конечности ситуации, неисправимости ее, болит внутри, там, где сердце. Ноет и ноет, противно так, жизнь мне отравляя.

И как мне с этим всем быть, хер его знает.

Я закрываю глаза, отрешаясь от ситуации, и все равно невольно уношусь в тот самый первый день, когда в моей жизни появилась Радужная поняшка и отравила мое безбедное и веселое существование собой.

Глава 2. За полтора месяца до…

Разноцветные волосы, переливающиеся в искусственном свете ламп столовки, я замечаю сразу.

И торможу всеми четырьмя лапами, как кот.

Потому что прикольно же!

Как мимо пройти?

Оглядываю экспонат со всех сторон.

Ничего