Мой сладкий грех - Ника Орлова

Ника Орлова

Мой сладкий грех

Глава 1

Ника

— Привет! — подбегаю радостно к родителям, встречающим меня в аэропорту.

— Привет, родная, — обнимает папа, — очень соскучились.

— Мама, ты подстриглась? Тебе идет, — целую ее.

Безмерно рада их видеть, очень скучала по дому. Папа забирает у меня чемодан, и мы идем к стоянке.

Три месяца я провела в Норвегии на стажировке. Теперь мне остался один шаг до дипломированного специалиста — написание дипломной работы. Написание — не совсем то слово. Я дизайнер интерьеров, мне нужно найти реального клиента с реальным помещением и сделать там ремонт, по собственному дизайн-проекту.

— Вчера видела твоего научного руководителя, — говорит мама, когда мы отъезжаем от аэропорта, — спрашивал, когда ты в институте появишься.

— Надеюсь, ты не сказала, что я сегодня прилечу? Хотелось пару дней отдохнуть.

— Сказала, ты же не предупреждала.

— Блин, — корчу гримасу, — я совсем не готова с ним встречаться. Прежде, чем к нему идти, мне нужно найти помещение для дипломной работы.

— Я нашла. — улыбается мама, — Вчера была у Волковых в гостях, Назар купил себе дом и хочет сделать там ремонт. Алина обещала с ним поговорить, думаю, не откажет.

— Он в городе? — в груди поднимается дрожащее волнение, а мозг покалывает множеством иголок.

— Да, уже третий месяц. Похоже, больше на ринг не вернется.

— Почему?

— Ты же видела последний бой? — говорит папа.

— Видела, и что?

— Парень, которого тогда унесли с ринга впал в кому, у него случился отек мозга, в коме пролежал три недели, когда вышел, оказалось, что больше спортом заниматься не сможет.

— С ним что-то не так теперь? — я уехала и не знала продолжения этой истории.

— Не знаю подробностей, но врачи запретили тренироваться. Назар тяжело перенес этот инцидент, взял паузу, а пару месяцев назад Влад сказал, что он решил заняться бизнесом, больше никого не хочет калечить.

Дядя Влад — это папин друг, его сын Назар Волков, известный в стране и за ее пределами боксер. Три года назад он заключил контракт с немецким агентством и уехал работать в Германию. В последнем поединке он встретился с именитым и не менее известным, соперником. Бой был тяжелый, ставки высокие, внимание всего мирового боксерского сообщества было приковано к этому событию. В одиннадцатом раунде Назар вырубил соперника прямым нокаутом, тот потерял сознание и так и не пришел в себя. Бригада медиков унесла его с ринга, а лицо Волкова в этот момент я не забуду никогда. Это был шок, я не увидела в глазах ни капли радости от победы. Вокруг бесновалась толпа оголтелых зрителей, а он даже не стал давать интервью, ушел с ринга.

— Жаль, конечно, — сокрушается мама, только двадцать шесть лет, такой известный и титулованный, мог бы еще порадовать всех спортивными достижениями.

Останавливаемся на красный, папа переключается сугубо на разговор с мамой, а я слушаю, затаив дыхание.

— Профессиональный бокс давно вышел за рамки спортивных соревнований. Это серьезный и прибыльный бизнес. Промоутерская компания, с которой он работает, одна из самых серьезных компаний во всем мире. Гонорары Назара достигли миллионов долларов, он уже заработал достаточно. А если морально что-то сломалось, то уже, возможно, и не сможет держать такую планку, а промоутер будет требовать большего, они тоже на нем немало зарабатывают. Все-таки, уходить нужно красиво, а не когда у тебя не получилось. Хотя Волковы еще надеются, ты же сама понимаешь, зачем Влад предложил ему сеть отцовских отелей.

— Зачем? Чтобы он завыл от скуки в этом бизнесе и захотел обратно?

— Конечно.

— Влад же ими никогда не занимался, они всегда были в аренде. Неужто пригодились? — улыбается мама.

— Получается, пригодились.

— Так он совсем забросил тренировки?

— Нет, четыре раза в неделю тренируется для поддержания формы.

— Так может, еще вернется?

— Все может быть.

Когда мне было четырнадцать, Назару было двадцать, он уже тогда был известен в стране, как будущее мирового бокса. Его лицо мелькало по телевидению, в журналах, в рекламе, на плакатах. Все девочки, которых я знаю, были влюблены в него по уши. Мне завидовали, потому что наши родители дружат, и я иногда имею возможность видеть его.

С тех самых четырнадцати лет, мысли о нем не давали мне покоя. Однажды, после дня рождения матери Назара, его попросили подвезти меня из ресторана домой. Сидя рядом с ним в машине, я представляла, что он мой парень. С того вечера он поселился в моей голове, если не навсегда, то очень надолго.

Высокий, огромный и красивый, не человек, а машина. Он очень похож на своего отца, первого в свое время красавца. Такой же томный взгляд карих глаз, обворожительная улыбка, темные волосы шикарное телосложение.

Он никогда меня не воспринимал, как девушку, я была для него обычной знакомой девочкой, каких сотни. А он будоражил мое воображение каждый день. Я смотрела по телевизору каждый его бой, читала все новости, ловила каждую фразу, когда об их семье разговаривали родители.

Три года назад он уехал жить в Германию, я поступила в институт, и мы ни разу не виделись, даже когда он несколько раз приезжал домой в отпуск.

Сейчас, когда я представляю, что смогу работать над дизайном его нового дома, у меня в животе поднимаются тысячи бабочек, как же я хочу его увидеть. У Назара всегда было много поклонниц, вокруг него всегда красивые девушки, я не питаю особых иллюзий, но, все же…

По приезде домой нас встречает моя старшая сестра Даша и ее жених Денис. Даша накрыла на стол. За семейным ужином я делюсь впечатлениями о Норвегии, родные последними новостями в городе, обсуждаем предстоящую свадьбу сестры. Засиживаемся допоздна, я так за всеми соскучилась, готова говорить обо всем и бесконечно. Когда Денис уезжает домой, после душа я прихожу в спальню к Даше и усаживаюсь рядышком на кровать.

— Ты Волкова видела, как он? — сестра знает, что я влюблена в него.

— Видела, несколько раз. Денис не любитель по клубам ходить, поэтому не часто встречались после его приезда. Ничего особенного не заметила. Но это и не удивительно, он никогда не делился наболевшим, для всех вокруг у него всегда все хорошо. Я от мамы узнала, почему он вернулся. А ты себе никого в Норвегии не нашла? Так и сохнешь по нему?

— Не нашла. Хотя желающих хватало.

— И что, никто не дотягивал до Волкова?

— Даш, просто не мое.

— Как