Mayday! Но полёт нормальный - Волховец

Astrid

Mayday! Но полёт нормальный

Взлетный режим

Нью-Йорк

Сидя в кресле пилота-инструктора, я изо всех сил делал вид, что действительно должен быть здесь и всерьёз включён в процесс обучения начинающих пилотов, желающих сдать мне хотя бы одну сессию без происшествий. Но проблем было сразу несколько:

1. Я, нахрен, действительно не должен быть здесь;

2. Мне чертовски плевать на процесс обучения начинающих пилотов;

3. Здесь все безнадёжны;

4. Смотри, нахрен, пункт первый.

Самым забавным было то, что начальство посчитало, будто весь происходящий здесь цирк и отстранение от полётов, станет для меня серьёзным наказанием, заставляющим на молекулярном уровне проникнуться чувством вины и осознанием собственной неправоты. Но как они не поймут одной простой истины: тем, что не существует, проникнуться невозможно.

Я чертовски прав и ещё охренеть как чертовски прав.

Работа командира воздушного судна заключается в том, чтобы доставить пятые точки пассажиров, сидящих за спиной, из пункта «А» в пункт «В», но никак не любезничать с ними после полётов и уж тем более не делать фотографии на память. Ручные обезьянки, предназначенные именно для такого рода вещей, есть в любом южном городе, или на крайний случай, на борту есть стюардессы, чьё призвание едва ли не танцевать с бубном вокруг пассажиров, так что сделать парочку фото для них станет наипростейшим квестом из всех, с которыми они бы столкнулись в небе, на земле и ещё чёрт знает где.

Но мой отказ, возможно, не самый вежливый после непростого рейса, какой-то дамочке, был лишь предлогом наконец-то преподать мне урок. Большим боссам в крутых штанишках и с залысинами на их мега-умных головах уже давно не нравится, что я отказываюсь произносить обязательную речь перед полётом о том, как сильно обнажаю эту компанию, насколько горд работать именно в ней, ведь это лучшая компания на свете и бла-бла-бла. Ну и ещё куча побочных эффектов от моего ангельского характера тоже их немного, а может быть и много, раздражала.

Внезапно кабина симулятора затряслась и накренилась вперёд, да так, что планшетка, спокойно лежащая у меня на коленях, упала на пол. Я же, успевший за неделю уже привыкнуть к подобным исходам полётов, взялся за поручень и спокойно посмотрел на экзаменуемого.

— Сэр, похоже, мы падаем! Сэр! — Парень нервно щёлкал на кнопки, пытаясь перекричать сигналы, свидетельствующие о проблеме полёта, а точнее, о его скоротечном завершении, то и дело беспорядочно дёргая сайдстиком, ещё больше увеличивая угол атаки, доводя ситуацию до критической точки. В конце концов, он рефлекторно отклонил от себя сайдстик до упора и это стало его последней ошибкой на сегодня.

— Ну надо же. Похоже, у нас сваливание. — спокойно комментируя и наблюдая за его растерянным взглядом, я всё ждал, когда же сессия подойдёт к концу. Отметив, что парень не предпринял ни единого верного действия, больше утвердился в его неготовности сдать мне хотя бы теорию. О практике вообще молчу.

За окном симулятора на нас неумолимо неслась земля, датчики надрывно пищали наперебой, парень, имя которого, кажется, Сэм, вжался в спинку кресла и зажмурил глаза, понимая собственный провал.

Сигнализация о минимальной высоте. Скорость сто метров в секунду. Резкий рывок и всё остановилось. Наступила долгожданная тишина.

— Поздравляю тебя, — выдохнув, я наклонился и поднял планшетку, — самолёт упал в лесу, разрушился и сгорел. Все пассажиры на борту, в том числе и мы с тобой, погибли в момент столкновения с землёй.

— Н-но, сэр, в этом есть и ваша вина, — запинаясь и вытирая пот со лба, неловко пробормотал парень.

— Что прости? — Притворяясь до глубины души потрясённым, я уставился на него, всеми силами сдерживая себя, лишь бы не вытолкать его из кабины взашей.

— Вам же было с самого начала всё равно на полёт. И… Если бы вы подсказали… Если бы вы помогли, этого всего бы не случилось. — С обидой проговорил он, отстёгивая ремень, после чего провёл потными ладонями по штанам, оставляя на ткани влажный след.

— О, да. Ведь это я должен был быть готов, — склонив голову на бок, я сощурился на НаверноеСэма. — Вот что, я могу тебе помочь. Серьёзно, — наклонившись вперёд, понизил голос до уровня заговорщического шёпота, что вызвало волну интереса и огонёк надежды во взгляде у парня. Он подался навстречу, сосредотачивая всё своё внимание на мне. — Выучи это дерьмо и приходи снова. — В руке очутился толстый справочник по эксплуатации «Airbus» и натянув на лицо улыбку, сунул его провалившемуся пилоту.

Парень, стиснув зубы, схватил справочник и, яростно сверкая глазами, выскочил из кабины симулятора, наконец-то оставляя меня одного.

По списку было ещё три пилота, но сил на этих недотёп у меня уже не оставалось. Хотелось попросту бросить всё, прийти домой, принять душ и завалиться перед телевизором со стаканчиком хорошего виски со льдом, но, увы, это лишь мечты. Шумно выдохнув, зажмурил глаза и потёр пальцами переносицу.

— Прошу прощения, — раздался мелодичный тонкий женский голосок. — Сэр? — Я бы слушал его и слушал, но пора очнуться и вспомнить, где нахожусь. Обладательница приятного тембра тут же безраздельно завладела моим вниманием, как только я открыл глаза и посмотрел на неё.

Потрясающе красивая блондинка с пухлыми губами и без грамма макияжа на лице, внимательно смотрела, ожидая ответа, пока я сканировал её тело взглядом. Утончённая фигурка, с идеальной талией, которую выгодно подчёркивала голубая форменная рубашка. А уж ножки какие, я бы не прочь…

— Можно войти? — Слегка улыбнувшись, спросила она, на что я лишь тупо кивнул.

Только через долю секунды в голове возникли колкие замечания о том, что это не место для стюардесс, что ей лучше найти себе на одном из рейсов папика и бегать по салонам, растрачивая его деньги, но заметив, как она уверенно села в кресло пилота, отрегулировала его и пристегнула ремень, эти мысли выветрились.

«Ну же, Тай, приходи в себя. Голову, включи голову. А эту выключи.» — вопил мой внутренний голос.

— Итак, я готова. — Лёгкая нервозность в её позе немного отрезвила меня, вновь возвращая уверенность и трезвость, из которых я состоял на семьдесят процентов, остальным же было лишь неимоверное обаяние, которое я всегда старался отключать, пока находился на работе. И сейчас я, мать вашу, на работе.

— Эллисон Хендерсон. — зачитал я имя следующего в списке на провал.

— Да, сэр. — откликнулась она.

— Интересный выбор профессии, — не удержался я. — ну давай, Эллисон Хендерсон, посмотрим, на что ты способна.