Любовь по требованию и без… - Дарина Ромм

Глава 1

Это утро не задалось с самого начала.

Проснулась я оттого, что к спине прижалось большое жаркое тело. Следом меня по-хозяйски обняла тяжелая мужская рука, а в поясницу уперлось кое-что твердое, нахальное и абсолютно неприличное

Рука быстро и уверенно пробралась в вырез моей ночнушки. Умело там похозяйничала, заставив меня задохнуться от такой наглости, и над ухом прозвучал низкий заспанный голос:

– Кисуля, разве мы с тобой договаривались сегодня встретиться?

Это меня спросили?

Меня, мирно и одиноко спящую в своей уютной постельке?!

Не размышляя, я включила режим сирены и завыла:

– А-а-а-а!

Рука из моего выреза исчезла. Загорелся свет, и мой вопль заткнулся на самой патетичной ноте.

– Ты?! – воскликнули мы одновременно.

Мы, это я и абсолютно голый мужик, лежащий на соседней половине кровати. Вернее, это я воскликнула, а он просто лежал и нагло смотрел.

– Ты что здесь делаешь?! – это, конечно, я спросила. Ему-то, судя по всему, было пофиг.

После этого мы дружно замолчали и принялись разглядывать друг друга. Разглядывать и краснеть.

Опять же, краснеть начала я. А этот гад только усмехался и с интересом заглядывал в вырез моей ночной сорочки, откуда только что выбралась его рука.

И даже не подумал прикрыть свое… эм… наглое безобразие, которое только что упиралось мне в поясницу.

Ну-у… Честно говоря, вообще не безобразие, а очень даже наоборот. Так наоборот, что у меня от воспоминания о знакомстве с ним руки мигом покрылись мурашками и блаженно заныл низ живота.

Похоже, лежащий рядом со мной тип все понял по моему лицу. Оскалил в усмешке белоснежные зубы и своим сводящим с ума голосом предложил:

– Отпразднуем нашу удивительную встречу, а, Снежок? Давай, иди ко мне…

И руку протянул. Только не ко мне, а к своему… наглому другу, еще подросшему в размерах под моим взглядом.

Позвал меня:

– Давай, милая, поздоровайся с ним… Не могу сказать, что рад тебя видеть, но ему ты всегда нравилась…

Я схватила одеяло и дернула на себя, прикрываясь. Зашипела, жалея, что не родилась змеей и не могу от души плюнуть в него ядом:

– Что ты забыл в моей постели, человек-не помню-как-тебя-зовут?

Черные греховные глаза в густых ресницах неспешно прошлись по моему лицу.

Ощупали шею, ключицы… Да так, что мои руки сами подтянули край одеяла повыше. Переползли на губы и тут остановились.

Мужчина сел. Неспешно накинул на бедра одеяло и молниеносным движением схватил меня за горло. Стиснул железной ладонью, стоило мне начать дергаться, и ласкающе провел большим пальцем по нижней губе…

Потянул к себе и с отвращением процедил в мой возмущенно распахнутый рот:

– А теперь ты расскажешь, как оказалась в этом доме, моя прелестная дрянь.

Глава 2

Как я оказалась в этом доме… часть первая

– Снежана, что ты решила делать дальше?

Вопрос Марьяны завис в воздухе и воздушным шариком полетел по кабинету, не находя, куда приземлиться.

Я прямо воочию видела, как он весело порхает под потолком, покачивая привязанной к нему яркой ленточкой. И зачем спросила? Понятно же, что ответа у меня не было.

Да и вопрос мне не понравился, что-то делать сама я не привыкла. Так же, как самостоятельно принимать решения. Почти всю жизнь у меня для этого были сначала родители, а потом муж.

Подруга выпускала колечки дыма через ярко накрашенные губы и, прищурившись, разглядывала меня. Словно верила, что я изменю своим привычкам и кинусь составлять маркетинговый план по устранению возникших в моей жизни проблем.

– Марьяна, что я могу решить? – я пожала плечами, давая понять, что слово «решение» и я плохо совместимы. Хотя, чего там, Маря и так знает это лучше меня – с пятнадцати лет дружим, а сейчас нам уже…

Нет, такие ужасные цифры лучше вслух не произносить. Даже шепотом не стоит. И вообще, после тридцати паспорт у женщин необходимо изымать, а взамен выдавать специальный документ, где графа «дата рождения» будет отсутствовать напрочь.

– Как вообще ситуация? – подруга не теряла надежды отыскать у меня в голове зачатки разума и прояснить, что вокруг меня творится. – Давай по порядку, со дня смерти Гарика.

Услышав про своего дорогого, недавно почившего супруга, я достала шелковый платочек с ручной вышивкой, специально приобретенный для этого печального случая.

Промокнула набежавшие слезы и расстроенным голосом принялась рассказывать:

– На следующее утро после похорон мне позвонил какой-то тип и представился поверенным моего пасынка. Заявил, что у него есть завещание Гарика, по которому он все имущество отписал своему горячо любимому сыну. Так что я могу паковать личные вещи и готовиться перебираться по месту жительства в Бирюлеве.

– А я в Бирюлеве даже и не была никогда, – я обиженно поджала губы.

– При чем здесь Бирюлево? – не поняла Маря.

– Вот! Я тоже у него это спросила, – обрадовалась я поддержке.– А он, знаешь, что мне ответил?

– М-м? – Маря от любопытства даже дым изо рта выпустить забыла, так и сидела, раздув щеки и таращась на меня круглыми глазами.

– Он мне заявил, что его клиент – порядочный человек, и не может выгнать на улицу пятую жену своего любимого отца. Поэтому, так и быть, купит мне за свой счет однушку в Бирюлеве.

– А я не пятая жена, а только третья, – совсем обиделась я.

Все также, не выпуская дым, подруга замычала что-то возмущенное.

Ободренная ее безоговорочной поддержкой, я продолжила свое горестное повествование.

– Еще тот тип добавил, что я могу сама себе подобрать квартирку, чтобы, когда наследник приедет в страну, сразу заключить сделку, – чуть не плача поделилась я с подругой своим возмущением.

– Вот гад, – Маря, наконец, выпустила дым и сердито шлепнула ладонью по столу.

Все-таки приятно видеть такое согласие со своими чувствами у близких людей.

– Ну а ты? – подбодрила меня подруга.

– А я взяла и призналась, что у меня тоже есть завещание. В мою пользу.

– А он?

– Велел начинать бояться, потому что его клиент так это дело не оставит. Зато оставит меня с голой задницей, а может, и еще что похуже.

– И мою квартирку в Бирюлеве пообещал отобрать, – мстительно наябедничала я.

– Так квартира еще не твоя, чего переживаешь? – удивилась подруга.

– Да, но я уже успела привыкнуть к тому, что мне ее купят. Он ведь обещал, – возмущенно раздулась я. Со своим, даже еще не полученным, расставаться я не любила.

– Ну а Сашка твой не поможет? – Маря прищурилась