От судьбы не спрячешься - Мария Шаронина

Мария Шаронина

От судьбы не спрячешься

Глава 1

— Давай, милая, постарайся ещё немного, — ласковый голос повитухи едва доносился до обессилевшей от болезненных потуг роженицы, что уже больше суток пыталась дать этому миру новое дитя.

Маяна, уставшая и измученная последними часами своей жизни отчаянно сделала решительный рывок, со слезами радости и облегчения, услышав долгожданный пронзительный крик новорождённого малыша.

— Прародительница света даровала тебе прекрасную дочь, Маяна, — радостно возвестила Иллария, обмывая и пеленая в приготовленную заранее ткань здоровенькую девочку, после чего, передала громко кричащий кулек счастливой матери.

— Моя красавица, — заворковала молодая оборотница, отчаянно желая, чтобы ее муж Мирон поскорее вернулся с дозора. Она не ожидала, что роды начнутся именно в его вахту, но их непоседа решила появиться на божий свет чуть раньше положенного срока.

— Представление малышки клану будет ровно через три дня, — обмыв и сменив простыни под новоиспечённой мамочкой, сказала Илария, — а пока отдыхай и набирайся сил, я пришлю к тебе Аду, она поможет по хозяйству, пока не вернется Мирон.

Благодарно кивнув знахарке клана, Маяна с умилением смотрела на то, с каким усердием и жадностью присосалась к её груди дочка.

И в этот момент безграничного счастья и умиротворения, молодая оборотница еще не знала, какую страшную весть ей принесут уже на следующий день.

— Альфа? Извините, я сейчас приведу себя в порядок, — услышав мужскую поступь за дверью, женщина в предвкушение ждала появления Мирона, но безмерно удивилась вошедшему в их дом Касьяну. И теперь попыталась быстро встать и поприветствовать своего вожака.

— Нет, Маяна, лежи, — остановил ее мужчина хмурым взглядом, — вчера ты подарила радость всему клану, побереги свои силы.

— Владыка, представление дочери будет только через два дня, что случилось? — с тревогой в голосе спросила оборотница, предчувствуя беду. — Мирон?

То, с какой силой сжал челюсти альфа, лишь подтвердило ее догадку.

— Прости, Маяна, за эту страшную новость, слишком поздно пришла подмога, — резко выдохнул Касьян, с сожалением смотря на черноволосую оборотницу, — на границе клана произошла бойня с одичавшими, Мирон, храбро сражаясь с превосходившим его числом тварей, погиб в бою.

Вцепившись обеими руками с острыми когтями в покрывало, Маяна изо всех сил сдерживала отчаянный крик всепоглощающей утраты. Широко, раскрыв, свои карие глаза она беззвучно плакала, боясь напугать дочь. А та, будто, поняв, все те страшные слова, что произнес их альфа, скуксилась и громко заплакала.

— Прости, маленькая, не уберег я его, — хриплым от голоса боли, тихо произнес Касьян, вынимая из резной люльки плачущего ребенка, — я постараюсь сделать все, что в моих силах, чтобы эта утрата не была напрасной.

Раскрыв свои ярко-синие, как и у ее отца глаза, малышка заглянула ими в самую душу волка, причиняя еще большую боль от потери лучшего друга.

— Как же так, — всхлипнула оборотница, остекленевшим взглядом смотря в пустоту сквозь пространство и время, — не увидел, не назвал, не обнял…

— Крепись, Маяна, ты сильная, ты справишься, — твердо произнёс вожак, передавая матери ее дитя. — Я и клан ваша опора до конца жизни, воспитаем, обучим, сбережем.

— Как Мирона сберегли? — машинально прижав к себе дочь, женщина впервые, так посмотрела на Касьяна, что даже его внутренний зверь поморщился от силы этого взгляда.

Но волк понимал, что заслужил ее злость и гнев.

— Я решу эту проблему, даю слово, — рыкнул Касьян, стараясь унять собственную ярость разъедающую нутро.

— Мужа мне это уже не вернет, — в бессилии отворачиваясь от альфы, Маяна отчаянно желала остаться наедине с дочерью.

— Прости, — еще раз произнес Касьян, после чего, бесшумно притворив дверь комнаты, вышел.

— Мы справимся, — тихо, сквозь горькие слезы потери, произнесла Маяна, — мы обязательно справимся!

Два дня спустя

Представление клану новорожденных было явлением светлым и радостным, но не в этот раз.

Новость о гибели одного из лучших воинов их общины разлетелась быстро, и теперь каждый кто мог разделить горечь утраты Маяны, старался поделиться своим теплом и участием.

Сердце оборотницы обливалось кровавыми слезами, но лицо оставалось бесстрастным, как и глаза. Она полностью сосредоточилась на обрядовых словах жрицы, что по обычаю пророчила ее малышке здоровья и долгих лет жизни. Лишь на моменте, где слово должен был взять ее супруг и дать имя их новорождённой дочери, возникла небольшая пауза.

Растерянно посмотрев на жрицу покрасневшими от пролитых слез глазами, Маяна лишь крепче прижала к себе малышку.

— На правах главы клана, нарекаю тебя Талией, — совсем рядом с ней раздался низкий голос альфы, — пусть жизнь твоя будет счастливой и цветущей, как и имя твоё.

— Талия, — тихо выдохнула Маяна, с благодарностью кивнув своему вожаку.

— Да будет так, — провозгласил жрица, а малышку тут же окутало золотистое свечение.

— Благословение прародительницы, — ахнули соклановцы Маяны, искренне радуясь за девчушку.

Такое свечение означало лишь одно: будущая пара вожаку стаи выбрана и одобрена богами свыше.

— Великая богиня, — взволнованно выдохнула оборотница, прижимая к себе дочь так, словно ту уже сейчас под венец заберут.

— Мирон был мне больше чем другом, я считал его названным братом, — пророкотал вожак, заметив манёвр Маяны, — и видимо, сама судьба предопределила нам быть родственниками, пусть и через наших детей.

— Они еще совсем малыши, — напомнила оборотница мужчине, у которого шесть лет назад появился наследник. Его сын — Гордей, уже сейчас показывал недюжие способности и силы, перенимая науку от отца старших воинов клана. Рано пошел, рано обернулся в зверя, приручив свою внутреннюю суть уже в четыре. Если так пойдет и дальше, из мальчишки вырастет сильнейший из их вида.

— Время пролетит быстро, и не заметишь, как твоя дочь будет веревки вить из моего сына, — подошедшая к супругу Луна клана Амира, робко улыбнулась Маяне, так же сочувствуя ее горю.

— Как же, из него совьешь, — слегка усмехнулась в ответ оборотница, переводя взгляд на играющих неподалеку детей. Не нужно говорить, кто был среди них лидером, ведь звонкий непререкаемый голос будущего вожака, узнать было нетрудно.

— Гордей, подойди, — негромко приказал сыну Касьян, но тот услышал, даже в пылу игры четко контролируя окружающую обстановку.

— Отец? — жилистый волчонок, быстро оказался рядом, сверкая на родителей черными как ночь глазами.

— В храме жреца, Талию благословила сама Прародительница, что ты на это скажешь?

Переведя, не по-детски серьезный взгляд на заворочавшуюся у Маяны на руках девочку, мальчишка уверенно заявил:

— Буду оберегать и защищать ее до конца жизни.

— Сильные слова, — кивнул отец Гордею, — не забывай о них никогда.

Кивнув, мальчик вновь убежал к