Развод не дам. Точка - Галина Милоградская

Развод не дам. Точка

Глава 1

Агата

— Мась, ну зачем мне крем от загара? Я на два дня всего, моря даже не увижу.

— Знаю я твое «не увижу», — ворчу, собирая Марату чемодан. — Вернёшься опять как варёный рак и будешь помирать все выходные.

— Что бы я без тебя делал, — театрально вздыхает, но тут же мягко улыбается и целует в макушку.

— Вот-вот. Цени что имеешь, — щёлкаю его по носу и закрываю чемодан.

Вся наша жизнь в браке: от встречи к встрече, но я знала, на что подписываюсь. Сложно было устоять перед красавцем курсантом лётного училища. Почти под два метра ростом, русоволосый викинг с квадратным подбородком и пронзительными голубыми глазами — поплыла, едва увидела. Когда узнал, что мой папа — генерал-лейтенант и начальник университета, едва не расстались. Марат не хотел, чтобы обвиняли в корысти, он не такой, он честный. За честность отцу и понравился. Военного лётчика из него не получилось, ушёл в гражданскую авиацию, и теперь летает между городами, а я воспитываю дочку. В таких отношениях своя прелесть: успеваешь соскучиться и не успеваешь надоесть.

— На следующие выходные идём в боулинг с Беловыми, не забудь.

Марат уже обувается в прихожей. Кивает рассеянно, выпрямляется перед зеркалом. Поправляю форменный тёмно-синий воротник. Как же ему идёт! Когда-нибудь перестану восхищаться. В глубокой старости, наверное. Смахиваю невидимую пылинку с плеча, встаю на носочки. Ласково улыбнувшись, Марат нежно целует. Щелчок замка, дверь закрывается. Улетел.

У меня всего несколько минут, чтобы собраться. Вызываю такси, вытаскиваю из-под кровати приготовленный чемодан. Каринка, булочка моя с корицей, у мамы на даче, а я мчу на рейс Марата. Два дня вместе в Сочи, вот это будет сюрприз! Я даже сняла номер в той же гостинице, где он постоянно останавливается. От предвкушения покалывает кончики пальцев. Поправляю волосы, всматриваюсь в корни — надо подкрасить, обновить цвет. Чемодан в руку, здравствуй, море!

В аэропорту как всегда шумно, ярко и в груди дрожит предвкушение. Люблю аэропорты и вокзалы именно за это волнение: радостное от встречи, немного грустное от разлуки, но всё равно светлое и чистое. Иногда кажется — я вампир, и пью эту энергетику. Марат обычно над этим смеётся и говорит, что он так же кайфует в небе. Объявляют посадку. В очереди едва успеваю нырнуть за чужую спину, когда мимо проходит Марат со своим экипажем. Как всегда, широко улыбается стюардессам. Я их всех знаю, приятные девочки. И знают точно — никаких шансов с Маратом нет и не будет. Никогда его не ревновала, просто знаю: такие не изменяют. Юлька надо мной смеётся. Называет наивной дурой, которая верит в сказки. Пусть. Если ей не повезло с двумя мужьями подряд, я тут при чём? Верные существуют, и мой из них.

— Да у него в каждом городе по семье, — снисходительно тянет Юлька.

— Если так было с твоим дальнобоем, я тут ни при чём, — парирую.

Первым мужем у Юльки был моряк дальнего плавания. Закончилось всё печально: трое детей и гражданская жена во Владивостоке. Хорошо хоть с Юлькой детей не сделали… Подруга тогда, конечно, была уничтожена. Как вспомню, так вздрогну.

Самолёт плавно отрывается от земли, в динамиках голос Марата, бархатный и низкий: капитан приветствует пассажиров. Сердце сладко сжимается. Представляю его за штурвалом и низ живота согревается. Устрою ему секс-марафон на всю ночь, половина чемодана забита новым бельём. Марат всегда начинает с того, что смотрит на меня. Не так, даже: пожирает глазами, заставляя кожу покрываться мурашками. Один только этот взгляд возбуждает лучше прикосновений. После родов фигура наконец округлилась в нужных местах, а фитнес и йога утащили с собой лишние килограммы. Люблю своё тело, а Марат — боготворит.

Далеко внизу раскинулось море. Искрится, отражая солнце. Пока жду багаж, постоянно оглядываюсь: конечно, шансов встретить Марата сейчас мало, но не хочу попасться на глаза его экипажу. Наконец чемодан получен. Выхожу из аэропорта, вдыхаю неповторимый запах Сочи. Только здесь так пахнет: совсем немного бензином и очень много — йодом. Таксисты уже зазывают, как будто у меня не хватит мозгов заказать Яндекс или Убер. Достаю телефон, когда сквозь шум аэропорта слышу громкое:

— Марик!

— Папа!

Машинально поворачиваюсь, даже не знаю, зачем. Каменею. Марат в нескольких шагах от меня подхватывает на руки светловолосого мальчишку и другой рукой сгребает в охапку яркую черноволосую красавицу.

Кружится голова. Пошатываюсь, спотыкаюсь. Сестра, подруга, старая знакомая, жена его друга — мозг подбрасывает варианты. Хоть один, чтобы зацепиться и устоять на ногах. Марат её целует. Влажно, я даже вижу, как его язык забирается в её рот. Передёргивает. От боли и шока не могу дышать. Смотрю, как они идут к ярко-красной Мазде, как Марат усаживает сына в детское кресло. Садится на переднее сиденье и тянется за поцелуем.

— Куда поедем, девушка? — усатый армянин с круглым животом широко улыбается, щеря прокуренные зубы.

— За… — сглатываю. — За той машиной, пожалуйста.

Только сейчас поняла, что всё это время сжимала телефон и смотрела на мужа. Это ведь правда был мой муж? Сколько лет мальчику? На вид около четырёх-пяти, нашей Каринке недавно исполнилось семь, в этом году она идёт в первый класс. Ещё три часа назад мы обсуждали отпуск, чтобы вернуться к первому сентября.

В голове гудит. Таксист молчит. Наверняка всё понял. Господи, как мне жить дальше?! Как смотреть людям в глаза? А его экипаж, его друзья… Выходит, все вокруг всё знали, все, кроме меня?! От шока не могу даже заплакать. Марат мне изменяет. У него другая семья. Значит, я — плохая жена, раз он пошёл налево. В чужих глазах буду выглядеть плохой, а Марата ещё и пожалеют. Бедный, пришлось завести другую семью, а эту бросить жалко.

И что делать дальше, как жить? Мы разведёмся? Желудок крутит, тошнота плещется в горле, жжёт желчью.

— Остановите, — сиплю. Едва такси тормозит, распахиваю дверь и блюю. Вздрагиваю — таксист как-то по-отечески хлопает по спине.

— Простите. — Выпрямляюсь, достаю платок и вытираю рот. Беру жвачку.

— Ничего, — улыбается он.

Красная Мазда там, в потоке, далеко не успела уехать. Она паркуется у двухэтажного дома. Во дворе пальма. Район оживлённый, но не центр. Марат выходит